Casual
РЦБ.RU

В целом мы довольны

Февраль 2012

Интервью с управляющим директором ОАО «Банк «ОТКРЫТИЕ» Михаилом Автуховым

В беседе управляющего директора банка «Открытие» Михаила Автухова с главным редактором проекта «Финансы городов и регионов» Сергеем Глазковым затронуты актуальные проблемы рынка субфедеральных и муниципальных облигаций.

РЦБ: Михаил Олегович, давайте подведем итоги года. В 2011 г. ваш департамент банка «Открытие» показал хорошую динамику по сравнению с предыдущим годом. Вы вывели на рынок облигации 5 субфедеральных эмитентов на 7,5 млрд руб.: Ярославской, Калужской, Нижегородской и Костромской областей и Удмуртской Республики. В прошлом году у вас было разме­щено субфедеральных облигаций на 5,5 млрд руб., но эмитентов было больше.

М. А. В целом мы довольны итогом прошедшего года. Мы находимся в числе лидеров рынка: по количеству эмитентов мы — вторые. Наши ближайшие конкуренты — Росбанк и Уралсиб оказались впереди нас только за счет объема уникальных крупнейших займов: у Росбанка на 9 млрд руб. выпуска Красноярского Края, а у Уралсиба на 12 млрд руб. Самарской области. У нас более диверсифицированный портфель эмитентов. При этом не все наши ожидания оправдались. Например, Ставропольский край, где мы победили как организаторы, не стал размещать свои облигации. Последний квартал не был простым ни для эмитентов, ни для инвесторов, потребовал от нас максимальной концентрации, напряженной работы. Но в целом год стал для нас достаточно успешным. Я считаю, что мы, наряду с Росбанком, являемся лидерами рынка.

Для Ярославской области было проведено небольшое доразмещение. Первый новый облигационный выпуск — Калужской области — состоялся в мае на хорошем рынке, с высоким спросом. Калужская область выделяется тем, что обладает очень большим инвестиционным потенциалом и продолжает активно заниматься повышением своей инвестиционной привлекательности. Поэтому вызвала достаточно большой интерес к своему небольшому займу на 2,5 млрд руб.: спрос превысил предложение в 3,8 раза.

РЦБ: Калужская область еще выделилась максимальной дюрацией своего 5-летнего выпуска: 1344 дня. Она стала лидером по дюрации, хотя все ваши эмитенты имели 5-летние выпуски.

М. А. В середине года это была совершенно обычная дюрация для нового выпуска субфедерального заемщика. Даже в конце года, несмотря на трудности, мы практически сохранили срочность, хотя в интересах инвесторов нам пришлось снижать дюрацию с помощью механизма амортизации.

РЦБ: Снижение дюрации проходило по вашей инициативе? Как к этому отнеслись эмитенты?

М. А. Это был компромисс между спросом и ставкой. Чем больше срок, тем выше была бы ставка и ниже был бы спрос. Инвесторы серьезно опасались продолжения процесса роста ставок в сентябре — октябре. Ситуация стабилизировалась только в ноябре.

С выпуском Нижегородской области мы стали первооткрывателями второго окна на рынке субъектов: 17 ноября — это был первый крупный эмитент, который размешался на новых рыночных условиях после летней паузы. Размещение было успешным, и в этом большая заслуга эмитента, который не побоялся стать первым. И это было правильно. Были опасения, что спрос будет недостаточным, ситуация на рынке может ухудшиться. Это размещение открыло окно, дало понимание, что можно размещать достаточно крупные объемы. Последующие крупные займы высококачественных эмитентов, например Красноярского края, подтвердили это.

РЦБ: Облигации Нижегородской области имели достаточно большую дюрацию: 1093 дня, почти 3 года.

М. А. Мы также предусмотрели амортизационную структуру по данным облигациям и пошли навстречу эмитенту с целью создания оптимального графика выплат в ближайшие 5 лет. Мы поняли, что разработанная структура выпуска будет наилучшей для эмитента и не отпугнет инвесторов. Наши прогнозы полностью совпали с действительностью. Сейчас, пожалуй, это наиболее активно торгуемый выпуск субфедеральных облигаций, фактически бэнчмарк, даже в сравнении с более крупными выпусками Самарской области и Красноярского края. Оборот облигаций Нижегородской области седьмого выпуска в 2011 г. превысил 9 млрд руб.

РЦБ: Чем Вы это объясняете?

М. А. Качеством и количеством инвес­торов. Их состав более равномерный, розничный, большой объем выпуска обусловливает и большой объем вторичных торгов. Также наш банк с первых дней активно поддерживает вторичный рынок и выступил основным маркетмейкером займа, что в нестабильное время придало уверенности инвесторам и вызвало еще больший интерес к облигациям Нижегородской области. Сейчас мы наблюдаем продолжение процесса открытия новых лимитов и прихода новых инвесторов в данный выпуск.

РЦБ: Однако облигации Костромской области были неудачно размещены 24 ноября: только половина объема от 4 млрд руб.?

М. А. Это в значительной степени объясняется рыночной ситуацией. Неудачный момент и наличие высококачественных конкурентов. В тот момент она оказалась на фоне других не менее интересных и качественных бумаг. Позже, в середине декабря, в подобной ситуации оказались бумаги Республики Коми, Вологодской области. Однако вторичный рынок для того и существует, чтобы при изменении ситуации инвесторы могли «исправиться». Все эти бумаги пользуются высоким спросом на вторичке.

РЦБ: Всех своих эмитентов вы размещали методом бук-билдинга, и только Костромская область размещалась с помощью аукциона.

М. А. Таково было пожелание эмитента и наших партнеров по сделке.

РЦБ: На мой взгляд, отрицательную роль сыграл именно способ размещения — аукцион. Если бы использовался бук-билдинг — все было бы хорошо.

М. А. Действительно, формат аукциона до последнего момента не позволяет точно спрогнозировать результат размещения. К облигациям Костромской области был большой предварительный интерес, но на аукционе его не оказалось.

РЦБ: Уже через неделю, 1 декабря, вы размещали облигации Удмуртии, но с помощью бук-билдинга, и опять все было хорошо.

М. А. Предварительный интерес тоже был большим, но в данном случае как раз формат бук-билдинга нам позволил привлечь андеррайтеров. Правда, надо отметить, что Костромская область — редкий гость на рынке. Удмуртия хорошо известный рынку эмитент: практически каждый год выходит с новым выпуском, республика обладает высоким кредитным рейтингом, который на 3 ступени выше рейтинга Костромской области.

При бук-билдинге в книгу заявок включаются заявки-оферты от инвесторов, которые позволяют четко понимать, в каком объеме и по какой доходности в дату размещения будет продана бумага. За счет использования бук-билдинга мы получили от наших клиентов и партнеров гарантии выкупа, значительно превышающие объем выпуска, поэтому заем был полностью размещен.

При проведении аукциона, как в случае с Костромой, очень сложно определить, какой объем и по какой ставке заносится в книгу в конкретное время аукциона. Это слепой метод: даже сам организатор не видит содержание заявок, которые ему поступают. В этом случае организатору на этапе премаркетинга невозможно гарантировать эмитенту тот или иной объем выкупленных инвесторами облигаций. Не гарантирован и итог размещения.

РЦБ: Метод размещения Костромской области выбирали не вы? Это не ваш выбор?

М. А. Нет, выбор был не наш.

РЦБ: По-моему, этим выбором негативный результат был предопределен.

М. А. Отчасти да, выбором аукциона.

РЦБ: В прошлом году были еще примеры, когда именно аукционы показывали плохие результаты, в частности аукцион Республики Коми. Однако для эмитента, для органа власти предпочтителен именно аукцион. Например, Москва использовала только аукцион. Это связано с последующей отчетностью органа власти перед проверяющими органами. Аукцион снимает все вопросы: ставка определена аукционом, т. е. объективно, без какого-либо влияния эмитента.

М. А. При бук-билдинге все то же самое. Реестр заявок, поступивших в период открытия книги, в которых указаны ставки поступивших заявок, мы представляем эмитенту. Просто эти заявки являются офертами от инвесторов эмитенту. Организатор направляет по итогам своей работы сформированную за день или несколько дней книгу эмитенту. Эмитент акцептует эти заявки, он делает выбор по ставке точно так же, как и по итогам аукциона.

При аукционе заявки выставляются электронным образом, в конкретную дату формируется реестр, на основании которого эмитент выбирает, отсекает и определяет ставку. При аукционе никакой гарантии размещения нет. Аукцион полностью зависит от конъюнктуры, которая складывается на рынке в день проведения аукциона.

Может быть, кому-то из эмитентов электронный способ выставления и сбора заявок вслепую для организатора и кажется более правильным, более объективным, но, на мой взгляд, более правильным является тот способ, который позволяет разместиться по более низкой ставке и в том объеме, который нужен эмитенту.

РЦБ: Для инвестора, который отправляет деньги для участия в аукционе, применение бук-билдинга тоже дает пре­имущество?

М. А. И для инвестора аукцион тоже менее интересен. Инвестор может выставить заявку и не попасть в число купивших облигации, в этом случае его деньги зря отправлялись на аукцион. А при бук–билдинге инвестор в дату расчета отправляет именно ту сумму, на которую приобретет облигации. Деньги используются эффективно, никакого преддепонирования не требуется.

РЦБ: Получается, что бук-билдинг имеет преимущество по сравнению с аукционом и для инвесторов, и для эмитентов: выбор цены отсечения производится одинаково, но размещение становится более гарантированным. Никаких недостатков нет?

М. А. Некоторые недостатки есть. После даты закрытия книги до даты размещения проходит 1—2 дня, за которые может существенно измениться конъюнктура. Этот риск мы имеем всегда. Правда, случаев отказа, практически, нет.

РЦБ: А кто может отказаться, кто может потерять?

М. А. Эмитент может потерять, если ставка за эти 1—2 дня снизилась. Или инвестор, если ставка возросла. Но выбор даты проведения аукциона подвержен точно такому же риску. На день раньше, на день позже — конъюнктура так же может измениться.

РЦБ: А кто выбирает способ размещения?

М. А. Способ размещения — это всегда выбор эмитента. Организатор может только рекомендовать. Выбор аукциона, вероятно, основан на прошлом опыте эмитента.

РЦБ: Надо будет этот вопрос вынести на всеобщее обсуждение среди эмитентов.

М. А. Те эмитенты, кто прошел бук-билдинг, критических замечаний не высказывают. Они убедились, что это справедливый, гарантированный и комфортный способ, лишенный рисков неопределенности. Конечно, на хорошем рынке любой способ размещения даст хороший результат. Но на нестабильном рынке появляются нюансы. Здесь выявляются преимущества бук-билдинга.

РЦБ: Чем кончилось неудачное размещения облигаций Костромской области? Что было потом, после аукциона, на вторичном рынке?

М. А. Мы очень активно работали с этой бумагой, привлекали новых инвесторов уже после ее размещения, благодаря чему ее динамика была лучше рынка. И сейчас она торгуется с доходностью около 10%. Премия, которую рынок запросил за нее, объясняется не ее качеством, а конъюнктурными соображениями в момент размещения. Сейчас эти конъюнктурные вопросы нивелированы.

РЦБ: После размещения облигаций Калужской области 26 мая наступила пауза. Почему она возникла?

М. А. В июне — июле еще не было плохих признаков, кроме нагнетаемого страха возможных проблем в связи с дефолтом Америки, в который никто не верил. На­оборот, была надежда на то, что негатив уйдет и осенью все будет хорошо. Были ощущения, что сентябрь будет довольно позитивным. Но в конце лета появилась потребность глобальной переоценки кредитного качества, уровня доверия, которую спровоцировало понижение рейтинга Америки. Это послужило поводом пересмотра уровня кредитоспособности Европы, бегство в качество. На рынке акций возникло много страхов, стоимость риска заметно возросла. Эмитенты, которые приняли решение размещаться осенью, заплатили около 2% премии. Если раньше они рассчитывали разместиться с доходностью около 8%, то теперь — 10% …10,5%. Это справедливо и для субфедеральных эмитентов, в том числе Нижегородской области.

РЦБ: Они были первыми, кто согласился на повышение доходности?

М. А. Да. Если бы был другой вариант, мы бы им воспользовались. Но на кредитном рынке произошла точно такая же переоценка, и занять большую сумму, заложенную в бюджетный план области, по прежней цене на рынках было уже невозможно. Банки, включая крупнейшие государственные, в ноябре не готовы были давать деньги на 3-5 лет, а ставки, которые они озвучивали, были выше тех, по которым удалось разместиться на публичном рынке.

В отличие от кредитов облигации позволяют диверсифицировать инвесторов и рефинансировать долг на рынке. Поэтому нашлись инвесторы, готовые предоставить такие деньги. Это был очень смелый и правильный шаг со стороны области, вслед за которой стали выходить на рынок и остальные заемщики.

РЦБ: Увеличением доходности на 1,5% по облигациям Нижегородской области удалось сохранить и срок — 5 лет, и дюрацию — большой. Премия все решила?

М. А. На это пришлось пойти. Субфедеральные облигации хорошо воспринимались инвесторами, в то время как корпорациям денег на эти сроки не давали. После августа корпоративные облигации размещались на период до 3 лет, а субфедеральные — с дюрацией свыше 3 лет. До августа корпоративные заемщики вполне могли себе позволить взять деньги и на 5 лет.

РЦБ: При этом у эмитентов рейтинги не понизились, но сроки обращения облигаций сократились. Получается, что во всем виноват S&P, который понизил рейтинг Америки?

М. А. Это послужило поводом. Увеличение риска совпало с опасениями инвесторов, на это наложились макроэкономические проблемы ведущих экономик, возникла высокая неопределенность. В такой ситуации все неохотно расстаются с деньгами, и это очень дорого для заемщика. С 2007 г. мы каждый год наблюдаем то или иное обострение кризисных явлений. Поэтому решение S&P — спусковой крючок, который снова поверг инвесторов в состояние страха.

РЦБ: В связи с понижением рейтинга нескольких европейских стран возникла идея, что американские рейтинговые агентства неправильные и нужно создать свое «правильное» европейское? Как Вы считаете, это может повысить объективность?

М. А. Много мнений — это хорошо. Взвешенная и последовательная политика рейтингового агентства вызывает у его клиентов доверие к его оценке. Но агентства тоже ошибаются, — неверная оценка subprime привела к кризису. Рейтинговые агентства дают ленивым инвесторам пищу для размышлений. Обвинить их в необъективности — это одна из точек зрения, с которой можно не соглашаться.

РЦБ: Вы активно используете рейтинги, они для вас важный показатель?

М. А. Конечно. Мы интегрированы в нашу экономическую среду, а в ней рейтинги очень востребованы. Это и Ломбардный список ЦБ РФ, и возможность рефинансирования. Это и оценка кредитного качества, которая позволяет нам понимать, как инвесторы, не обладающие собственной экспертизой, будут оценивать долг заемщика. Мы опираемся в первую очередь на международные рейтинговые агентства.

РЦБ: По сравнению с прошлым годом произошли существенные изменения в периоде обращения или в дюрации?

М. А. Дюрация осенью снизилась по сравнению с весной. Заемщики, которые могли себе позволить размещение без амортизации, осенью ее утратили. Например, Свердловская область, Красноярский край, у которых дюрация была на уровне 2 — 2,5 лет. Как я уже сказал, это компромисс по доходности и срочности. Эмитент не хотел платить за срочность.

РЦБ: Ваш банк продолжает активно действовать на рынке субфедеральных облигаций и по-прежнему не участвует в кредитах для органов власти?

М. А. Государственные банки имеют низкие ставки по фондированию, за счет чего они имеют возможность использовать неликвидные низкодоходные инструменты. Мы не собираемся фокусироваться на кредитах. Облигация — ликвидный инструмент. Мы используем более удобный для нас инструмент, который приносит не меньшую, чем кредиты, пользу и нам, и эмитентам. При этом он дает возможность заемщику занимать на более длинные сроки и по не менее комфортным ставкам. С помощью облигаций мы даем большую диверсификацию, даем заемщикам новое качество.

РЦБ: В связи с объединением Сбербанка и «Тройки Диалог» вы не опасаетесь, что в ближайшем будущем он станет главным игроком на рынке долговых инструментов для субнациональных органов власти? С учетом монопольной роли Сбербанка на рынке кредитов для органов власти?

М. А. Всегда надо быть в форме, быть готовым к конкуренции. Мы стараемся быть лучше. Главное: мы должны быть активнее, по хорошему хитрее, быстрее, креативнее. Наличие жесткой конкуренции делает нас более продвинутыми, что ли. «ТройкаДиалог» не первый год работает на этом рынке, и ничего — справляемся.

РЦБ: Но после объединения ее возможности могут резко возрасти, и спрос с нее будет больше.

М. А. Несомненно, в 2012 г. конкуренция в этом сегменте усилится.

РЦБ: Как вы оцениваете команду «Тройки Диалог», способны они реализовать свой новый потенциал в короткий срок, в течение этого года?

М. А. Думаю, что «Тройка Диалог» может позволить себе иметь самых хороших профессионалов. Но пока для нас главный конкурент — Росбанк. У него самый большой багаж наработок.

РЦБ: А в текущем году, что Вы ждете от рынка и что можете ему предложить? Поговорим о ваших сильных сторонах.

М. А. В этом году мы ждем повышения активности заемщиков. В прошлом году эти надежды не оправдались, потому что Минфин продолжил политику бюджетного кредитования по низким ставкам. Это больше интересует субъектов РФ. К тому же осеннее повышение ставок сначала вызвало желание подождать их снижения. Все это не привело к повышению активности в прошлом году.

Я надеюсь, что в этом году активность будет выше: больше эмитентов, крупные объемы займов. В связи с тем что Минфин декларирует резкое снижение бюджетного кредитования, регионы будут больше средств брать на открытом рынке. Короткие кредиты — на 1…2 года — не ведут к улучшению кредитного качества регионов. Короткий долг снижает рейтинг потенциально сильных регионов и ведет к росту ставки.

Мы — один из самых сильных игроков на этом рынке, хорошо работаем с долгом на вторичном рынке. Мы являемся маркетмейкером по всем облигационным выпускам, которые мы размещали. Это дает всем нашим клиентам возможность заимствовать по более низким ставкам, иметь более ликвидный долг.

РЦБ: Какие параметры характеризуют активность игрока на рынке?

М. А. Мы прекрасно обслуживаем клиента и инвестора, как маркетмейкер обес­печиваем рефинансирование, заботимся о включении выпуска в Ломбардный список, в котировальный лист. Это дает приток инвесторов в бумаги. Наличие активного рынка дает более низкую доходность. Неликвидный рынок — это премия, ликвидный рынок — отсутствие премии! Более низкие уровни при размещении.

Мы вошли в тройку лидеров за прошлый год. Это привлекает и клиентов, и инвесторов. У нас становится больше клиентская база, которой мы предлагаем наш первичный продукт. Это облегчает размещение и дает более низкую доходность.

РЦБ: Вам это помогает побеждать в конкурсах?

М. А. Критерии, которые предъявляются на конкурсах, — наличие опыта на рынке, объем оборотов на бирже, маркет-мейкерство. Все это было востребовано на конкурсах в прошлом году.

РЦБ: Вы не выиграли конкурсы по размещению облигаций Красноярского края и Самарской области — самые крупные займы прошлого года. Почему?

М. А. Заранее было ясно, что мы не выиграем. Наше российское законодательство несовершенно при проведении конкурсов.

РЦБ: В чем заключается несовершенство?

М. А. Универсальных критериев не существует. Требования меняются от конкурса к конкурсу. Правила вроде бы и есть при проведении конкурсов, но их как бы и нет.

Но что делать, таков мир! Нельзя выиграть все конкурсы, хотя мы к этому стремимся. Поэтому мы и не участвовали в самарском конкурсе.

РЦБ: Как не участвовали? А как же это сочетается с вашей активной позицией?

М. А. Мы умеем хорошо прогнозировать ситуацию. Анализируем критерии, общаемся с регионом, делаем запросы и уж после этого делаем выводы: о своем участии или неучастии в конкурсе. По итогам данной работы.

РЦБ: Значит, регион не скрывает, кого он предпочитает в качестве организатора?

М. А. Регион предлагал нам участвовать: им нужно больше участников. Но мы понимали, что мы проигрываем.

РЦБ: А попробовать разве не интересно?

М. А. Сколько сказку не перечитывай — конец не изменится. Пробовать можно, но не интересно. В каждой сделке для нас важна победа. Олимпийские принципы в бизнесе на месте своего работодателя я бы не одобрил, поэтому и не строю так бизнес. Для меня наиболее важным показателем является результат, победа.

РЦБ: Значит, у вас есть свой спорт, свой профессиональный способ разряжаться?

М. А. Ну почему, не только. Мы и обычные спортивные игры любим и тоже участвуем.

РЦБ: Какие?

М. А. Футбол, баскетбол. У нас есть своя банковская команда по баскетболу.

РЦБ: Так Вы не только болеете, но и сами играете?

М. А. Конечно.

РЦБ: А как называется команда?

М. А. Прозаично. «Открытие», как и банк. Но очень по-родному.

РЦБ: Вы активный игрок в баскетбол?

М. А. Не могу сказать, что активный, но играть люблю, хотя и редко получается.

РЦБ: В вашем департаменте еще есть игроки?

М. А. Да, один играет в футбол, остальные занимаются в спортзале: крутят педали, плавают в бассейне, поднимают всякие тяжести.

РЦБ: А к игре вы их насильно не привлекаете?

М. А. Нет. Мы живем в свободном мире.

РЦБ: То есть вы в этом вопросе демократичны, вы не диктатор?

М. А. Нет. В этом вопросе точно демократ.

РЦБ: Прошлый раз, в мае 2011 г., вы говорили о планах вашего банка: об открытии новых офисов в Нью-Йорке, в Гонконге, о присоединении Свердловского губернского банка, о получении рейтинга и прочее. Что вы реализовали из этих планов?

М. А. Практически все реализовано. Мы открыли офис в Нью-Йорке.

РЦБ: Что он собой представляет?

М. А. Пока это несколько человек, костяк. Происходит активный набор менеджмента: будет человек десять в текущем году. Это будет запуск основных продуктов, и прежде всего DMA (электронный доступ на российскую биржу для тех наших клиентов в США, которые хотят торговать нашими акциями). С этого мы начнем, на это сейчас есть высокий спрос. Офис сейчас работает, расширяется и в этом году уже станет боевой единицей. Это будет наше окно в Америку, и первым продуктом будет DMA. С долговыми продуктами мы туда пока не идем. Размещение еврооблигаций, облигаций в долларах на рынке США сейчас пока не очень интересует наших эмитентов.

РЦБ: Это относится и к корпоративным и субфедеральным эмитентам?

М. А. Только корпоративным. Субфеды пока никакого интереса к внешним облигациям не проявляют.

РЦБ: Хотя с начала 2011 года для субфедеральных эмитентов такая возможность открылась.

М. А. Пока в рублях заимствовать выгоднее.

Офис в Гонконге мы пока не открыли, и четкой даты нет — еще присматриваемся, оцениваем. Что касается остальных планов, то рейтинг банк получил, а Свердловский губернский банк успешно присоединен. Это наше базовое подразделение в Свердловской области и во всем Уральском регионе.

РЦБ: Название его поменялось?

М. А. Это филиал банка «Открытие» — «Губернский», так же как филиал банка «Петровский» в Северо-Западном регионе, преемственность мы сохраняем. Санация Губернского банка закончена. В связи с этим АСВ увеличила свою долю в банке с 17 до 24%.

Мы получили в прошлом году рейтинг «В–, Позитивный» от S&P. На наш взгляд, это самая консервативная оценка нашего банка из возможных. Она отражает то обстоятельство, что наш банк появился в результате слияния нескольких банков. Мы рассчитываем на повышение рейтинга уже в ближайшем будущем и уверены, что 2012 г. будет для нас прорывным и подтвердит те усилия, которые были вложены в это слияние.

РЦБ: Наличие этих филиалов помогает в вашей деятельности?

М. А. Через них осуществляется связь с некоторыми корпоративными клиентами: в Новосибирске, Екатеринбурге, СПб. Мы работаем в тесном контакте с управляющими наших филиалов, они помогают выстраивать коммуникации с нашими клиентами.

РЦБ: Как Вы оцениваете перспективы рынка субфедеральных облигаций в новом 2012 г.?

М. А. Рынок субфедеральных облигаций будет лучше рынка облигаций в целом. Активнее станут инвесторы, будут больше занимать и субфедеральные эмитенты. Не так много идей на облигационном рынке корпоративного долга. Из корпоративных заемщиков на нем остались только высококачественные, вес второго эшелона не растет, для третьего эшелона рынок совсем закрылся, состоялось всего несколько размещений, а рыночных — одно-два. Высокодоходные корпоративные эмитенты ушли, поэтому долг субъектов РФ стал еще интереснее. По доходности 10% все-таки интереснее, чем 8%, по «ВВВ-эмитентам» и заметно выше 6% как цели по инфляции. При этом этот долг квазигосударственный, риски дефолта в текущей ситуации крайне невысоки.

Кроме того, выборы в 2012-м могут впоследствии привести к более глубоким экономическим реформам. Думаю, что после выборов это станет ясно в течение 1—3 мес. Будет бо?льшая автономия регионов, стимулирование региональных экономик, и сохранится ориентация на экономический рост субъектов РФ. Надеюсь, что будет четкий посыл выходить на рынок, используя рыночные инструменты, а не рассчитывать на бюджет. Роль ЦБ РФ должна возрасти. С одной стороны, много денег не появится, с другой — я не разделяю опасений по поводу ухудшения ситуации с ликвидностью, оттока иностранного капитала. Регулятор проводит очень взвешенную политику и сгладит негативный эффект, который может быть. Я думаю, что основным станет соблюдение баланса, более глубокого анализа ситуации.

Облигационный рынок — это производная от ликвидности внутреннего рынка. ЦБ РФ демонстрирует хорошую внятную политику. В целом рынок субфедеральных облигаций должен развиваться: это показатель зрелости государственной политики по выстраиванию рынка. Увеличение доли публичных заимствований приводит к качественному изменению эмитентов, повышает долговую культуру субъектов РФ: учит общаться с инвесторами, с рейтинговыми агентствами, учит большему горизонту планирования, учит качественно управлять долгом. Поэтому увеличение объемов рынка как суфедерального, так и корпоративного долга — это очень правильная политика государства, которую демонстрируют и реализовывают Минфин, ЦБ РФ и биржа.


Содержание (развернуть содержание)
Пенсионная система России: время перемен
Стратегическийвыбор «РЕГИОНа» — квалифицированный инвестор
Мы опережаем рынок и помогаем его развитию
Наша заслуга не в том, что мы заработали в 2011 году 8% против минус 2% в среднем по рынку, а в том, что мы зарабатываем каждый год
2012 год: макроэкономическая ситуация и перспективы для финансовых рынков
Доверительное управление в российских банках: итоги 2011 года
Коллективные инвестиции и доверительное управлениеиз 2011-го в 2012-й: «живые» стратегии
Альтернативные инвестиции: жилая недвижимость
Профессиональный подход к оценке рисков — путь к эффективному управлению инвестициями
Организация службы риск-менеджмента в российских Негосударственных Пенсионных Фондах
Банк России меняет режим
Что год грядущий нам готовит?
Фондовый рынок Китая:проекция экономической мощи
США: опять «зеленые ростки»?
Вексель — альтернативы нет
Роботы отправят управляющих на свалку истории?
В целом мы довольны
Российский долговой рынок, субфедеральный сегмент:реалии и перспективы
Кредитование субъектов Российской Федерации в 2011 году

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
Александр Ермак
Рынок рублевых облигаций: предварительные итоги 2016 года
В 2016 г. ситуация на рынке рублевых облигаций была неоднозначной: периоды негативной динамики цен сменялись благоприятной конъюнктурой под влиянием целого ряда внешних и внутренних факторов.
Дмитрий Пискулов
Деривативы российских банков в 2016 году
В 2016 г. СРО НФА представила очередной анализ российского рынка производных финансовых инструментов, построенный на основе опроса респондентов из числа крупнейших банков — членов СРО.
Константин Кутейников
Альтернативные инвестиции. Монеты из драгоценных металлов
Выбор объектов инвестирования разнообразен: банковские депозиты, ценные бумаги и деривативы, наличная валюта, драгоценные металлы, антиквариат и недвижимость. Существует ли альтернатива данным видам инвестирования?
Ольга Старовойтова
XBRL — революция или планомерное изменение?
Одной из приоритетных задач Банка России в настоящее время является перевод финансовой, надзорной и статистической отчетности некредитных финансовых организаций на единый стандарт передачи данных в формате XBRL.
Все публикации →
  • Rambler's Top100