Casual
РЦБ.RU

Путь в тысячу шагов начинается с первого шага

Январь 2012

Интервью с Денисом Соловьевым, управляющим директором Альфа-Банка

РЦБ: Что будет происходить на мировых рынках, какой прогноз на 2012 г.? Как это отразится на российском рынке?

Д. С. Считаю, что состояние рынков будут определять политические события – как в 2012 г. так и в течение последующих лет. К таким событиям можно отнести выборы лидеров ведущих мировых держав США, Германии и Франции и возможные изменения проводимой ими политики. В США результат выбора президента от республиканской или демократической партии повлияет на разрешение бюджетного кризиса, усугубит или ослабит давление в Ближневосточном регионе, что, безусловно, отразится на стоимости нефти и развитии мировой экономики. Возможный запуск мер стимулирования экономики и проведение налоговой реформы в США могут существенно изменить ситуацию на рынках. Если говорить о Европе, то основной темой остается решение бюджетных проблем. Здесь ключевым фактором остается доверие инвесторов к тем мерам, которые принимают как отдельные страны, так и Евросоюз, особенно ЕЦБ. Успешные действия Италии по сокращению расходов, размещение Германией займа с отрицательной доходностью свидетельствуют о способности Европы преодолеть кризис. В то же время неопределенность предвыборного периода и неспособность Франции и Германии принимать долгосрочные политические решения в этот период могут привести к ухудшению ситуации и, как следствие, к падению рынков.

Для России последствия кризиса в мировой экономике сглаживаются высокими ценами на газ и нефть. Временное отсутствие альтернативы российскому газу и среднесрочные гарантии цены на газ от европейских потребителей плюс нестабильная ситуация на Ближнем Востоке и, как следствие, удорожание нефти – вот непрочная основа нашего благосостояния.

Отсутствие развития, реальных, видимых источников замещения рискованных доходов при росте непроизводительных (военных и социальных) расходов и усиливающейся внутренней оппозиции – это те факторы, на которые, как мне кажется должно быть обращено внимание в России. В этом смысле инвестиционные банки, которые раньше могли давать правильные рекомендации в отношении вложения средств в те или иные инструменты рынка, в текущей ситуации вынуждены анализировать влияние политических решений на инвестиции. Насколько высока экспертиза инвестиционных банкиров в политике, например еврозоны, не берусь судить.

РЦБ: Развал еврозоны состоится?

Д. С. В качестве шутки ответственно заявлю, что распада зоны евро не будет! Несмотря на то что появились расчеты, насколько, например для Германии, выгоднее дезинтеграция еврозоны по сравнению с ее сохранением. Как мне кажется, подобные расчеты не учитывают долгосрочных выгод от объединения. Я имею в виду не только единую таможенную политику, а то, что Европа может быть эффективной только при наличии централизованного управления налоговыми, таможенными, бюджетными и монетарными системами. Только вместе. Они взаимозависимы. При этом, безусловно, поразительным курьезом является почти десятилетнее сосуществование монетарной системы федерального типа и суверенных бюджетных политик с минимальными ограничениями и полным отсутствием контроля.

Я думаю, что Европа тем не менее выйдет из этого кризиса с более управляемой централизованной экономикой.

РЦБ: Какой будет политика российских эмитентов в 2012 г.?

Д. С. Российские эмитенты могут продолжать привлекать деньги по низким процентным ставкам, поскольку политика количественного смягчения предусматривает их сохранение. В принципе, политика низких ставок – единственное действенное средство, и необходимо и дальше ее продолжать, по крайней мере в следующем году. Другое дело, если на рынках потребителей российского сырья и товаров и при отсутствии новых рынков будет падение спроса, тогда российским эмитентам некуда будет вкладывать средства. Мы уже сталкивались с такой ситуацией, когда денег в экономике много, а инвестировать их некуда. В этих условиях временное благополучие российской экономики, основанное на высоких ценах на нефть и газ, может смениться кризисом. Я думаю, что в такой ситуации инвесторам следует формировать более диверсифицированный инвестиционный портфель и, безусловно, нужно профессионально управлять им. Управлять как с точки зрения выбора наиболее подходящих объектов инвестирования, так и с учетом валютного и рыночного рисков. Для непрофессионального инвестора это очень сложная задача.

То есть я думаю, что в течение 2012 г. будут благоприятные периоды для выхода эмитентов на долговые рынки.

РЦБ: Каковы Ваши ожидания по объему и количеству IPO российских эмитентов в следующем году?

Д. С. Благоприятный период для IPO, возможно, наступит во второй половине года. Теперь же глобальные риски мне представляются слишком высокими, а, соответственно, цена на размещение – слишком неадекватной для эмитента. Но IPO – это долгий процесс, подготовка занимает от полугода. Так что начинать готовить потенциальные размещения стоит уже сейчас. Когда все готово – ждать правильного момента для выхода.

РЦБ: Рынок размещений действительно будет уходить за рубеж, мы действительно его теряем, или все не так драматично?

Д. С. На мой взгляд, в этой теме вообще акценты расставлены неверно. Чтобы быть мировым финансовым центром и проводить размещения у нас, нужно, чтобы деньги тоже были у нас. То есть чтобы инвесторы, которые вкладываются в локальные инструменты, делали это через российский рынок. Но они по целому ряду причин предпочитают делать это не в России, а там где более комфортное регулирование, там, где они чувствуют себя более защищенными. В этом смысле я считаю, что план создания МФЦ в России с акцентом на корпоративное законодательство совершенно адекватен. Когда наши эмитенты приходят на западный рынок, они приходят через депозитарные расписки, принимая на себя дополнительные обязательства по соглашению с эмитентами этих расписок. В таких соглашениях четко написано, на что инвестор имеет право в отношениях с эмитентом, и это оказывается более комфортным, чем российское законодательство, неопределенность правоприменения и т. д.

Ликвидность тоже играет роль, поэтому на российском рынке есть риск того, что эмитент не сможет разместить необходимый объем и/или не получит адекватную оценку при размещении. Емкость российского рынка сегодня не позволит привлечь больше 500 млн долл. в эквиваленте, именно поэтому крупные частные и государственные компании идут на западный рынок, и это абсолютно нормально. Попытки принести в жертву идее 100% российского размещения экономические интересы крупнейших российских же компаний политически можно обосновать, но экономически это неочевидно.

Сама идея построения МФЦ либеральным путем, на мой взгляд, самая безопасная с точки зрения ошибок реализации инициатив, но не самая эффективная. В любом случае возможна последовательность при принятии решений. Сначала – формирование комфортной среды для эмитентов и инвесторов, а затем – введение ограничений. Под ограничениями я подразумеваю те, которые были приняты в Бразилии, где запретили выпуск депозитарных расписок.

России сейчас необходимо менять практику правоприменения в инвестиционной и финансовой сфере. Возможно, путем создания специализированного арбитражного суда. Нам нужно вводить в обиход английский язык. Двуязычные тексты соглашений, официальные переводы нормативных документов, возможность выбора языка в финансовой сфере должны стать нормой. Подобный подход существует в Гонконге и Сингапуре, и он доказал свою состоятельность. Должно получиться и у нас. В этом случае более вероятен приход иностранных эмитентов и инвесторов в Россию.

Полагаться на внутреннего инвестора сложно. Реалии рынка таковы, что мы имеем инвесторскую базу из 800 тыс. счетов физических лиц и примерно 600 тыс. пайщиков институтов коллективного инвестирования. Российские по происхождению средства по-прежнему поступают к нам из-за рубежа, и поскольку это устойчивая тенденция, относиться к таким инвесторам нужно, как к иностранным.

Адаптация системы финансовой отчетности, я имею в виду ее упрощение и полный переход на МСФО, – также насущный вопрос. К сожалению, существующая система требований при возможности выбирать между Россией и зарубежными юрисдикциями делает очевидным выбор в пользу последних. Это касается как структуры размещений, так и операционной финансовой инфраструктуры.

При этом хочется отметить, что тенденция последних лет к ужесточению регулирования, преследующего, видимо, цель снизить мотивацию к созданию схем экспортирования капитала, приводит не к росту, а к затуханию инвестиционного процесса. Не в последнюю очередь это связано и с тем, что предложение риска аналогичного российскому за рубежом достаточно велико. Под аналогичным риском я в данном случае понимаю как долговые евробумаги и депозитарные расписки, так и предложения сходных по профилю риска зарубежных финансовых инструментов.

В 2012 г. существенным риском для развития российского рынка размещений я считаю вероятное введение рядом стран Евросоюза налога на зарубежные финансовые транзакции. Идею поддерживают Великобритания и Франция.

Потенциальной проблемой для российского рынка может стать одобренный Конгрессом США закон FATCA – требование к финансовым организациям о принятии ответственности за платежи своих клиентов и введении системы мониторинга платежей на соответствие установленным данным законом критериям. Закон дает право американским банкам удерживать 30% от общей суммы любого платежа, не отвечающего критериям, от банка, не включенного в список банков, принимающих указанные правила. Учитывая, что большая часть зарубежных платежей осуществляется в долларах США, т. е. через американские банки, банки по всему миру вынуждены внедрять у себя новую процедуру, неся ощутимые затраты.

РЦБ: Возвращаясь к эмитентам: если в стране действительно не так много денег, которые могут пойти на инвестиции, в чем причина того, что так активно пропагандируется появление на нашем рынке первых иностранных эмитентов? Это больше пиар, что мы движемся в сторону МФЦ, или это действительно реальные процессы?

Д. С. Еще один факт: российский рынок привлечения инвестиционного капитала устроен по немецкому образцу. Основным источником инвестиционного финансирования для российских эмитентов являются кредиты и долговые ценные бумаги. Количество акций в свободном обращении невелико, и по наиболее привлекательным эмитентам контроль остается централизованным. Учитывая ситуацию на рынке, явную недооцененность российских компаний и, как следствие, вероятную отмену приватизации самых привлекательных из них, ситуация вряд ли изменится в ближайшей перспективе. Соответственно, как и раньше, единственным источником диверсификации на российском рынке остаются иностранные эмитенты. Теперь, когда мы имеем объединенную биржу, есть возможность сформировать рынок и привлечь эмитентов с потенциальным объемом размещений до 500 млн долл., из Восточной Европы, например. Здесь нашей бирже придется конкурировать за эмитента, например с Варшавой, одним из существенных преимуществ которой является наличие внутреннего инвестора в лице пенсионных фондов. Я неоднократно слышал от весьма влиятельных людей, наверно, в качестве сарказма, что МФЦ – это девелоперский проект. Я осознаю, что мы пока далеки от конкурентоспособности даже с ближайшими соседями, например с Польшей, я понимаю скепсис профессионалов, но мне также хотелось бы, чтобы рынок, на котором я работаю, мог извлечь максимум пользы из стремления к недостижимому. Путь в тысячу шагов начинается с первого шага.

РЦБ: Что представляет собой анонсированный допуск иностранных брокеров на российские биржи: это попытка привлечь через брокера иностранные деньги сюда или наоборот?

Д.С. Это вопрос-провокация про «наоборот»? Большинство крупных профессиональных участников строят сервисы для допуска иностранных инвесторов напрямую на российские торговые площадки и пока зарабатывают на этом неплохие деньги. Мне как представителю профессионального сообщества непонятно, зачем бирже начинать конкурировать с этим сервисом, притом что у биржи явно нет возможностей оказывать необходимый инвестору набор услуг, не принимая на себя избыточных рисков. В частности, рисков иностранных контрагентов. После крушения Lehman Brothers мне не кажется простым вопрос допуска иностранных брокеров к основному режиму биржевых торгов, где я не вижу контрагента, или, точнее, где моим контрагентом является биржа.

Институт клиринговых брокеров помог бы эти риски «размазать» по системе, но делается другое – прямой доступ. Что это будут за брокеры, как будет происходить взыскание в случае дефолта? Кризис 2008 г. показал, что крупнейшие брокерские дома могут прекрасно в один день обанкротиться и оставить нас с большими проблемами, а объемы, кото рые они генерируют, не просто большие, они огромные. Надежда, что сюда придут электронные торговцы и малыми объемами сгенерируют большие обороты, неоправданна. Высокочастотным трейдерам, арбитражерам требуется высокая скорость от генерации заявки до попадания ее в «стакан». Сигнал из Лондона до Москвы идет за 30 мс (миллисекунд), а скорость торговли на крупных биржах от подачи заявки до совершения сделки – меньше 10 мс. Вот и ответ. Тогда давайте компьютерный центр перенесем туда, где есть ликвидность, где эти брокеры сидят. Они хостят свое оборудование прямо на бирже, и наличие возможности физически приблизиться к центру торговли очень важно, в этом смысле у них там уже все сложилось, построена очень дорогая инфраструктура. Расстояние большое, а возможности диверсификации низкие. Если говорить о спотовом рынке, то в России до 80% оборота в основном обеспечивается бумагами «Газпрома» и Сбербанка. Зачем иностранному брокеру приходить сюда, если те же «Газпром» и Сбербанк торгуются на Лондонской бирже? Вот и получается, что ответ один: хотите, чтобы торговля была в России – запретите депозитарные расписки вообще, оставьте только локальный инструмент. Я как российский брокер, в принципе, могу позитивно отнестись к этой идее, потому что многие реально придут сюда и будут торговать. Мне бы, конечно, не хотелось, чтобы в этом случае инвесторы пришли напрямую на биржу, а хотелось бы, например, заработать на фондировании их операций. Но здесь в первую очередь важно учитывать не желание брокера заработать, а риски, которые биржа на себя примет, если возьмет на себя обязанность обслуживать все потребности этого иностранного инвестора или брокерского дома. Как мне кажется, идея прямого доступа иностранных брокеров на российскую биржу заслуживает более тщательного анализа и обсуждения. Кроме того, российские брокеры уже достаточно вложили в продукт DMA (Direct Market Access), чтобы обеспечить доступ иностранным инвесторам на российскую биржу. Как мне кажется, списывать эти инвестиции было бы неправильно.

Знаете, мне кажется, бирже хватает работы и рисков, связанных с объединением и созданием центрального депозитария, и создавать еще один, в общем-то, на пустом месте, наверно, ни к чему.

РЦБ: Способны ли иностранные брокеры «притащить» сюда ту самую инвесторскую базу?

Д. С. Безусловно, нет, если не сформировать адекватного эксклюзивного предложения именно для российского рынка. Зачем нести дополнительные расходы, если есть возможность приобрести инструмент в комфортной валюте, на более ликвидном рынке, где ты можешь немедленно его продать или отдать в РЕПО и реинвестировать в другие инструменты либо просто в кэш. У нас есть некоторые нюансы в плане валютного регулирования деривативов. Центральный банк РФ заставляет российские банки включать в открытую валютную позицию полную сумму сделки, несмотря на то что по деривативам единственное, что имеют банки у себя на книжке, – это маржа. Но в открытую валютную позицию включается весь объем, который ты должен закрывать, если выходишь за лимит позиции, и это, конечно, очень серьезно дестимулирует. Дестимулирует налоговое законодательство и нормативы.

РЦБ: Невеселый разговор получился…

Д. С. Ну, я на это смотрю с инвестбанкирской точки зрения. То есть примерно так: чем глубже падение, тем выше потенциальный выигрыш. Основы концепции заложил, кстати, барон Ротшильд. Его почти дословная цитата звучит так: «Когда на улицах льется кровь время покупать собственность». К нашей ситуации это применимо в том плане, что кризис создает для России не только угрозы, но и возможности. Я надеюсь, что мы как профессиональное сообщество бизнесменов, политиков и регуляторов сможем эти возможности реализовать.


Содержание (развернуть содержание)
Убежден в правильности существующей системы регулирования рынка
Сегодня у нашего регулятора связаны руки
Мы не имеем права задавать себе вопрос о политических и экономических последствиях наших решений
На данном этапе товарная биржа могла прийти на российский рынок только на государственном «надо», и никак иначе
Мы не смотрим вперед, и это очень печально
Путь в тысячу шагов начинается с первого шага
МФЦ в России – это, в первую очередь, финансовая грамотность населения плюс интернетизация всей страны
Нужна большая кнопка «доступ на фондовый рынок»
О высоких темпах роста мечтать не приходится
Основной приоритет для наших акционеров и клиентов – надежность сервисов и динамичное развитие
Новации в законодательстве и финансовый кризис — мнение банка-кастодиана
Новые реалии регистраторского бизнеса
Ситуация непростая, но не трагичная
Давайте сделаем три шага вперед, после сделанного шага назад
Прерванный полет над «гнездом» центрального депозитария
О современных тенденциях развития биржевых торговых технологий. Часть 2
Налогообложение физических лиц: изменения, порядок удержания и возврата
«Полезные инструменты» в кризисное время
Разрешит ли мир долговую проблему?
Проблемные активы в России
Управление риском потери (снижения) деловой репутации

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
Александр Ермак
Рынок рублевых облигаций: предварительные итоги 2016 года
В 2016 г. ситуация на рынке рублевых облигаций была неоднозначной: периоды негативной динамики цен сменялись благоприятной конъюнктурой под влиянием целого ряда внешних и внутренних факторов.
Дмитрий Пискулов
Деривативы российских банков в 2016 году
В 2016 г. СРО НФА представила очередной анализ российского рынка производных финансовых инструментов, построенный на основе опроса респондентов из числа крупнейших банков — членов СРО.
Константин Кутейников
Альтернативные инвестиции. Монеты из драгоценных металлов
Выбор объектов инвестирования разнообразен: банковские депозиты, ценные бумаги и деривативы, наличная валюта, драгоценные металлы, антиквариат и недвижимость. Существует ли альтернатива данным видам инвестирования?
Ольга Старовойтова
XBRL — революция или планомерное изменение?
Одной из приоритетных задач Банка России в настоящее время является перевод финансовой, надзорной и статистической отчетности некредитных финансовых организаций на единый стандарт передачи данных в формате XBRL.
Все публикации →
  • Rambler's Top100