Casual
РЦБ.RU
  • Автор
  • Ситнина Марина, Вице-президент ОАО КБ «Газпромбанк», Генеральный директор компании «Арт Финанс»

  • Все статьи автора

Арт-активы для пенсионных фондов

Октябрь 2011

Интервью с вице-президентом ОАО КБ «Газп­ромбанк»,генеральным директором компании «Арт Финанс» Мариной Ситниной

Сегодня в воздухе опять пахнет грозой, тучи на финансовых рынках сгущаются… Это означает, что управляющие средствами физических лиц вообще и пенсионными средствами в особенности должны искать возможности «выхода» в активы, которые были бы менее подвержены изменениям финансовой конъюнктуры. В мире таковыми считаются, в частности, произведения искусства. Об инвестиционных возможностях арт-активов, зарубежном опыте инвестирования «длинных» пенсионных денег в художественные ценности рассказала вице-президент Газпромбанка, генеральный директор компании «Арт Финанс» Марина Ситнина.

РЦБ: Аналитиками арт-рынка написаны целые тома о том, что предметы искусства — «тихая гавань» и «убежище для капитала» в период кризисов, политических и экономических потрясений, что произведения искусства относятся к разряду вечных ценностей, подобных золоту, и т. д. Скажите, пожалуйста, так ли это с Вашей точки зрения?

М. С. Произведения искусства давно и почти повсеместно признаны серьезным классом активов, а сам арт-рынок — значимой в мировом масштабе индустрией, что подтверждается множеством факторов. Среди них — рост объемов операций и капитализации арт-рынка, развитие процессов глобализации, появление новых рыночных центров, в частности в Азии, совершенствование финансовой инфраструктуры, расширение набора и качества услуг, развитие методик анализа арт-рынка, появление новых индексов и статистических баз данных. Это, наконец, процессы секьюритизации искусства, развития инструментов коллективных инвестиций и вывод инвестиционных паев на биржи, свидетельствующие о сближении технологий арт-рынка с технологиями финансовых рынков.

При этом ценность искусства как инвестиционного актива, в частности, состоит в том, что арт-рынок слабо коррелирован с финансовым рынком, именно поэтому вложения в искусство считаются инструментом хеджирования финансовых рисков. Правда, делая обобщения, никогда нельзя забывать о конкретике — о специфических свойствах этого актива, в частности его разнородности. Арт-рынок сильно сегментирован по различным критериям — ценовым, жанровым и др., и поведение его сегментов различно в каждый конкретный период времени, на него оказывают влияние мода, востребованность, эстетические предпочтения и т. д.

Так, изменчивость ценовых трендов в сегменте современного искусства выше, например, чем, скажем, у старых мастеров или импрессионистов, поскольку его собирателями — «инвесторами», как правило, являются представители бизнес-сообщества, новой элиты развивающихся рынков, положение которых сильно зависит от финансово-экономической конъюнктуры. Кроме того, этот сектор искусства — самый спекулятивный, поскольку риски самые высокие, что связано с отсутствием устоявшейся консенсусной оценки, «вердикта истории», если хотите. Но, как и на финансовом рынке, большие риски — большая доходность.

РЦБ: Означает ли все это, что некоторые сегменты рынка искусства могут представлять интерес для инвестиций пенсионных фондов с учетом их консервативной стратегии как средство хеджирования финансовых рисков? А риски, связанные с самим активом, разве не высоки? Все говорят о фальшивках, сложностях экспертизы и оценки и т. п.

М. С. Как и при работе с любым активом, необходима профессиональная составляющая. Для инвестиций в искусство на фондовом рынке (мы говорим о коллективных инвестициях или паевых фондах) создаются стратегические альянсы профессиональных управляющих, инвестиционных аналитиков с арт-консультантами и иными профессионалами арт-рынка для применения инвестиционных технологий финансового рынка к рынку предметов искусства с целью генерирования дохода для инвесторов.

Активами подобных фондов могут являться как сами произведения, так и акции инфраструктурных компаний. Они активно применяют финансовый инжиниринг, лучшую экспертизу арт-рынка, т. е. оперируют как профессиональные инвесторы, полностью свободные от «эмоционального фактора».

Это своего рода симбиоз профессионалов арт-рынка и финансистов, в итоге эти альянсы позволяют применять лучшие практики финансовых рынков и арт-рынка.

Разумеется, есть риски искусствоведческие, правовые и прочие, но есть и способы их минимизации — это в конечном счете вопрос профессионализма, хотя никто не отрицает специфичности арт-актива. Кстати, общеизвестно, что первым из профессиональных фондов «отважился» на инвестиции в искусство именно Пенсионный фонд Британских железных дорог1.

Еще в 1974 г. на фоне прогнозов инфляции и значительного роста цен на живопись, скульптуру и антиквариат фонд принял решение инвестировать небольшую часть капитала в произведения искусства: 100 млн долл., или 2,5% активов, было вложено в 2400 предметов — от китайского фарфора до искусства африканских племен.

Инвестиция была запланирована как долгосрочная, т. е. на срок более 10 лет. Портфель арт-активов фонда формировался в течение 6 лет, после чего происходила его постепенная ликвидация, завершившаяся к 1999 г. В целом агрегированная доходность арт-инвестиции BRPF за 25 лет составила 11,3% годовых, что на тот момент было ниже, чем доходность портфеля акций, принадлежавшего фонду.

Критики институциональных инвестиций в арт-активы отмечали тогда, что продажа большей части предметов не принесла экстраординарных доходов — действительно, при общей выручке от реализации портфеля арт-активов в 170 млн ф. ст. 34,8 млн было получено от продажи 25 полотен импрессионистов и модернистов, т. е. 1% всех приобретенных фондом произведений принес 20% выручки с доходностью 20% годовых. В самом фонде, анализируя полученные результаты, пришли к выводу, что портфель арт-активов был излишне диверсифицирован.

Таким образом, этот опыт можно оценивать по-разному, хотя, надо сказать, что сегодня о подобной цифре доходности на таком инвестиционном горизонте управляющие пенсионных фондов чаще всего могут только мечтать.

Очевидно, что возможность для пенсионных фондов «играть в долгую» является серьезным аргументом в пользу инвестиций в «вечные ценности». «Длинные» деньги, каковыми являются пенсионные резервы, как нельзя лучше соответствуют известной максиме, которая гласит, что арт-рынок — это «рынок “длинных денег” и сильной воли».

РЦБ: В последнее время в России тема инвестирования пенсионных накоплений стала чрезвычайно обсуждаемой. Финансовые реалии, снижение доходности в традиционных сегментах инвестирования, отсутствие развитого инструментария и серьезные нормативные ограничения — именно в таких «боевых» условиях вынуждены сегодня работать НПФы. Как Вы считаете, могут ли художественные ценности стать перспективными активами для нашей пенсионной индустрии? Что известно о современной практике пенсионных инвестиций в арт-активы за рубежом?

М. С. Практика инвестиций в искусство для накопления пенсионного капитала существует — например, в Австралии это так называемые самоуправляемые суперфонды2, которые работают около 20 лет и получили признание как серьезный инструмент, способствующий не только сохранению и умножению пенсионных накоплений, но и развитию австралийского арт-рынка как отрасли экономики, а также поддержке национального искусства.

Self Managed Super Funds (SMSFs) являются самым быстрорастущим сектором пенсионного рынка Австралии. По данным на 30 марта 2010 г., число таких фондов достигло 423 тыс., а пенсионные активы превысили 30% пенсионных накоплений в стране.

Самостоятельные инвесторы и трасти3 SMSF устремились на арт-рынок в начале 2000-х гг. на волне бума на австралийское искусство, и в том числе — искусство аборигенов. Согласно официальной статистике Министерства по налогам Австралии, по состоянию на декабрь 2010 г. 573 млн австралийских долларов4 вложены «суперфондами» в предметы коллекционирования и предметы личного пользования, включая произведения искусства, ювелирные украшения, антиквариат, винные коллекции, экзотические автомобили, яхты и даже скаковых лошадей. При этом на дату отчета это составляло всего лишь 0,25% от суммарных активов пенсионных фондов этой категории.

Из 573 млн долл., вложенных SMSF в предметы коллекционирования, только 20% (чуть более 100 млн) представляют инвестиции в произведения искусства, по отношению к общему объему активов SMSF — цифра ничтожная (одна пятая от четверти процента — 0,05%). Однако, с другой стороны, 100 млн, вложенных SMSF в произведения искусства, составляют 15% австралийского арт-рынка, емкость которого, по оценкам некоторых экспертов, составляет «всего» 700 млн австралийских долларов5.

РЦБ: 423 тыс. фондов — это впечатляет... Наверняка такие фонды мало напоминают российские НПФы. Как функционируют австралийские суперфонды и в чем особенности их регулирования?

М. С. Самоуправляемые суперфонды — Self Managed Super Funds (SMSFs) — являются, по сути, индивидуальными пенсионными планами с широким спектром разрешенных для инвестирования инструментов, включая, как уже было сказано выше, произведения искусства.

SMSF может открываться в интересах одного или группы лиц — не более четырех, при этом каждый участник фонда является его трасти. Участники SMSF направляют в него средства, предназначенные исключительно для целей пенсионного обеспечения при наступлении пенсионного возраста. Упомянутая выше гибкость правил фонда данного типа заключается, кроме прочего, в том, что участник (бенефициар) может перевести в фонд принадлежащие ему акции и другие ценные бумаги, включенные в листинги бирж, а также бизнес-недвижимость (не относящуюся к операционным активам). По существу, это единоличные или групповые пенсионные планы, которые предоставляют инвестору полный контроль над его пенсионными сбережениями.

Этот вид индивидуального пенсионного планирования предназначен в большей степени для состоятельных частных лиц, владельцев бизнесов и высокооплачиваемых менеджеров. Полный контроль над пенсионными накоплениями, гибкость в реализации инвестиционной стратегии и последующих выплат вкупе с низкими издержками делают этот вид пенсионных фондов наиболее эффективным по сравнению с другими.

Основой принцип пенсионных накоплений посредством фондов типа SMSF заключается в запрете использования в личных целях бенефициарами фонда его активов, т. е. имущества, приобретенного на средства пенсионных взносов. В случае с арт-активами использованием в личных целях считается, например, нахождение приобретенных на средства фонда произведений искусства в домах или офисах участников данного SMSF.

Для анализа ситуации на рынке SMSF в мае 2010 г. была создана специальная исследовательская группа во главе с Джереми Купером (Jeremy Cooper) — экспертом по инвестициям, а в прошлом — руководителем Комиссии по ценным бумагам и инвестициям Австралии. В отчете группы были даны рекомендации: правительству запретить самоуправляемым пенсионным фондам приобретать предметы коллекционирования и активы, которые могут быть использованы для личных целей.

Отчет комиссии, однако, вызвал настоящую бурю и породил множество дебатов: в публичной дискуссии, продолжавшейся до середины февраля 2011 г., участвовали многие общественные организации, профессиональные консультанты и просто частные лица, среди них — Профессиональная ассоциация самоуправляемых фондов Австралии (Self Managed Super Funds Profes­sional Association of Australia, SPAA), которая на основе имеющихся у нее данных разработала Базисные принципы приобретения и хранения произведений искусства (Best Practice Guidelines for Acquiring and Holding artworks in SMSF), а также Ассоциация австралийских художников (Australian Artists Association, AAA), Ассоциация пенсионных фондов Австралии и многие другие.

В целом их мнение относительно необходимости сохранить возможность инвестирования в арт-активы для поддержки австралийского арт-рынка было единодушным, и в итоге в опубликованном официальном ответе правительство высказало несогласие с рекомендациями отчета Купера, поскольку они означают ограничение инвестиционного выбора для трасти SMSF.

С 1 июля 2011 г. правительство ужесточило законодательные стандарты инвестирования средств SMSF, в частности установило более жесткие требования к хранению предметов искусства и коллекционирования, а также к личному пользованию, например, ретро-автомобилей и скаковых лошадей, — отныне они должны будут находиться в специально предназначенных для этого местах хранения (содержания).

Однако, по мнению многих участников рынка, ирония состоит в том, что последний правительственный законопроект, запрещающий хранить предметы искусства в домах пайщиков SMSF, создает серьезную проблему, во-первых, ограничивая доступ к искусству, во-вторых, лишая пайщиков фондов контроля над собственными активами.

Действительно, двойственная сущность искусства, имеющего как духовно-эстетическую, так и материальную ценность, создает проблему, которую в случае с SMSF вынуждены решать законодатели. Приобретая искусство в инвестиционных целях, участники фондов, тем не менее, не хотят лишаться возможности получать эстетическое удовольствие от обладания собственным произведением, повесив его на стенку в своем доме, но законодательное закрепление такой возможности может сыграть злую шутку с владельцем, поскольку при принятии финансовых решений инвестор должен быть свободен от эмоционального фактора.

Кроме того, цели приобретения искусства SMSF обозначены весьма четко — это создание накоплений для пенсионного обеспечения участников, что является основанием для получения ими налоговых льгот. Использование активов SMSF для личного употребления — будь-то спортивный автомобиль или полотно известного художника — может превратить «суперфонды» в инструмент ухода от налогов, а не накоплений на старость.

Однако произведения искусства, принадлежащие фондам SMSF, могут приносить доходы от сдачи их в аренду арт-дилерским компаниям (галереям) для экспонирования, а также от их продажи. Законодательное регулирование запрещает участникам SMSF получать доходы до наступления срока пенсионных выплат (выхода на пенсию бенефициара фонда).

В отличие от негосударственных пенсионных фондов другого типа, именуемых APRA, деятельность которых регулируется надзорными органами Австралии, — Aus­tralian Prudential Regulation Authority — самоуправляемые фонды (SMSFs) обязаны представлять отчетность только налоговым органам (ATO).

РЦБ: Вы упомянули, что участники этих фондов имеют определенные налоговые преимущества. В чем они состоят?

М. С. Отчисления в SMSF освобождены от подоходного налога. Выплаты из фонда бенефициарам, достигшим 60 лет, также не облагаются подоходным налогом.

Кроме того, SMSF являются эффективным инструментом налогового планирования.

Например, если некто — резидент Австралии — решает завещать свою коллекцию произведений искусства наследникам, то в случае ее продажи могут возникнуть серьезные налоговые последствия. Если работа приобретена после введения налога на прибыль (т. е. после 1985 г.), то он платится с разницы между ценами покупки и продажи. В этом случае 50% от этой разницы добавляется к доходам декларанта6 за отчетный финансовый год, и налогоплательщик может попасть в более высокую категорию налогообложения, что будет иметь для него серьезные финансовые последствия.

Другое дело, если коллекция является частью имущества SMSF. В этом случае на весь срок существования фонда подоходный налог (income taх) составляет 15%, что значительно ниже, чем в других категориях, а налог на прибыль (capital gains tax) — 10 %. Однако после наступления пенсионного возраста бенефициара оба налога составляют 0%. То есть все суммы выплат, причитающиеся достигшим 60 лет вкладчикам, завершившим деятельность SMSF, свободны от налогообложения, а средства, полученные от продажи активов, могут быть направлены на другие приобретения и задачи.

В свете всего вышесказанного очевидно, что австралийский опыт включения искусства в состав активов пенсионных фондов доказал свою состоятельность и многочисленные плюсы как для их пайщиков, так и для индустрии арт-рынка в целом.

Однако возникшие противоречия, о которых речь шла выше, также доказывают необходимость серьезного внимания со стороны законодателей. История публичного обсуждения предлагаемых к принятию законодательных регуляций с привлечением общественных и профессиональных ассоциаций, опыт организации и изучения результатов исследований специальных комиссий представляют реальный интерес и возможность осмысления накопленного практического опыта не только в Австралии, но в других странах.

РЦБ: Действительно, проблема инвестирования пенсионных накоплений в художественные ценности, в том числе в секьюритизированной форме, — чрезвычайно перспективная тема и для России. Поэтому мы приглашаем наших специалистов — управляющих активами, юристов, представителей ПФР, НПФов, а также регулирующих органов и саморегулируемых организаций высказаться на эту тему, чтобы актуальное инвестиционное направление развивалось и на российском рынке.


Содержание (развернуть содержание)
Оптимизация торговой инфраструктуры управляющих компаний
Уроки кризиса. Автоматизацияпроцесса управления рисками при действиях контрагентов НПФа
Интернет-трейдинг для частных инвесторов: формы и инструменты будущего
Количественное смягчение в США:был ли смысл?
Долгосрочные опережающие индикаторы экономического развития
Ямайская валютная система: швейцарская модификация
Управляющая компания ЗПИФН: застройщик земельного участка или участник строительства объекта недвижимости?
Инсайд: вопросы правоприменения в России
Высокий полет
Арт-активы для пенсионных фондов
Китайский синдром
Роль инвестиционных банков в развивающихся экономиках
Восток — дело тонкое!
О некоторых аспектах регулирования египетского фондового рынка
Долговая политика Самарской области в 2010-2011 годах и основные направления ее развития
Волгоградские областные займы: инструмент сбалансированного развития
Правовые условия и ограничения предоставления бюджетных гарантий для финансирования муниципальной инфраструктуры

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100