Casual
РЦБ.RU

Инсайд: вопросы правоприменения в России

Октябрь 2011

Проект превращения Москвы в международный финансовый центр вынудил российские власти задуматься над созданием механизмов, запрещающих сделки с использованием инсайдерской информации. До января 2011 г. такие механизмы отсутствовали, а сделки, интересующие надзорные органы во всем мире, проводились практически беспрепятственно.

В России практика применения закона о борьбе с инсайдом пока не сформировалась. И хотя разработчики Закона «О противодействии неправомерному использованию инсайдерской информации и манипулированию рынком и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»1 (далее — Закон об инсайде) заявляют, что использовали опыт ведущих финансовых рынков, в частности США и ЕС, многие российские юристы и игроки финансового рынка выражают сомнение, что инсайдеров в нашей стране будут наказывать так же эффективно, как на Западе.

В данной статье мы сравниваем подходы британского и российского законодателя к вопросу инсайда. Для анализа мы выбрали недавнее дело, рассматривавшееся английским судом, которое представляет интерес тем, что суд в своих рассуждениях дал детальное пояснение понятию «инсайдерская информация» и оценил критерий освобождения от ответственности за инсайдерскую торговлю. Мы представили, каким было бы развитие этого процесса в нашей стране, и пришли к выводу, что теоретически инсайдеры в России могут понести не менее серьезное наказание, чем их зарубежные «сотоварищи».

Впрочем, отечественным властям еще предстоит долгая работа по совершенствованию практики расследования сделок с признаками инсайда. В Великобритании, например, этим занимается регулятор, а у нас в тонкостях биржевой торговли придется разбираться правоохранительным органам.

ДЕЛО ДЭВИДА МАССЕя (DAVID MASSEY),2 февраля 2011 г.

Г-н Массей совершил «короткую» продажу (т. е. продажу ценных бумаг, которыми он на момент продажи не владел) 2,5 млн акций компании Eicom Plc по цене 8 пенсов/штуку. Покупателем акций выступила компания Allianz. Буквально сразу же после этой продажи, для того чтобы выполнить свои обязательства по первой сделке, он совершил покупку 2,6 млн акций, предложенных ему Eicom Plc по цене 3,5 пенсов/штуку. Такая большая разница в цене принесла ему чистую прибыль в размере более 100 тыс. англ. ф. ст.

Регулятор Великобритании установил, что г-н Массей при совершении «короткой» продажи обладал инсайдом, поскольку знал, что Eicom Plc готова ему предложить акции по значительно более низкой цене. Согласно решению регулятора г-н Массей должен был быть оштрафован на 281 тыс. 474 англ. ф. ст. и лишен права занимать в будущем должности в финансовых организациях. Суд поддержал решение регулятора по делу Д. Массея, однако снизил размер штрафа до 150 тыс. англ. ф. ст.

Перед английским судом были поставлены основные вопросы, которые, равно как, если бы это дело рассматривалось в России, были бы предметом рассмотрения и отечественного суда. В частности, российский суд должен был бы уделить внимание следующим обстоятельствам дела:

  • обладал ли г-н Массей инсайдерской информацией на момент продажи/покупки акций Eicom Plc;
  • мог ли г-н Массей быть освобожден от ответственности на том основании, что он не знал и не должен был знать, что используемая им информация является инсайдерской; и
  • какое наказание может быть установлено для него.

Квалификация инсайдерской информации

Для того чтобы ответить на первый вопрос, российскому суду необходимо было бы определить, будет ли информация, полученная г-ном Массеем, квалифицирована как инсайдерская. Для такой квалификации по российскому праву подобная информация должна быть: 1) точной и конкретной; 2) не известна широкому кругу лиц; 3) в случае раскрытия может оказать существенное влияние на стоимость ценных бумаг; 4) включена в перечень инсайдерской информации, утвержденный эмитентом ценных бумаг. Стоит отметить, что эти признаки инсайдерской информации в целом повторяют требования законодательства ЕС.

Так как на настоящий момент детальные разъяснения ФСФР по вышеперечисленным признакам инсайда отсутствуют, ниже для целей общего понимания квалификации инсайда мы приводим разъяснения английского суда по делу Д. Массея.

Точность инсайдерской информации

Исходя из разъяснений Комитета европейских регуляторов рынков ценных бумаг, опубликованных 12 июля 2007 г.2, этот критерий введен, чтобы подчеркнуть, что инсайдер, принимая инвестиционное решение, основывался на твердых и объективных доказательствах наступления какого-либо события, а не на слухах или догадках.

Как было указано выше, британский закон более детально раскрывает понятие «точность» инсайдерской информации. В частности, при определении точности инсайда правоприменителю необходимо установить, были ли известны инвестору определенные обстоятельства, которые фактически наступили на момент принятия инвестиционного решения, или у инвестора имелись достаточные основания полагать, что такие обстоятельства должны непременно наступить.

Исходя из этой нормы закона, английский суд в деле Д. Массея квалифицировал информацию как точную, мотивировав это тем, что г-н Массей знал о намерении Eicom Plc разместить для него акции со значительным дисконтом.

Представляется, что аналогичный подход в определении «точности и конкретности» инсайдерской информации мог бы применить и отечественный суд.

Неизвестность широкому кругу лиц

Цель любого закона об инсайде — это контроль привилегированного обладания инсайдом одних инвесторов перед другими и недопущение неравенства игроков на рынка ценных бумаг. Инсайд перестает быть инсайдом и теряет свою ценность с момента раскрытия широкому кругу лиц.

Г-н Массей оспаривал в суде применимость этого признака, указывая на то, что участникам рынка было известно о намерении Eicom Plc осуществить дополнительный выпуск акций с дисконтом в связи с необходимостью получения нового капитала. Этот аргумент, однако, не был поддержан английским судом, так как информация о конкретном количестве акций и размере дисконта, предоставленных г-ну Массею, не была известна рынку.

Российский закон, раскрывая данный признак, указывает на передачу информации неопределенному кругу лиц через раскрытие информации по законодательству о ценных бумагах, опубликование в СМИ или распространение в сети Интернет. Учитывая буквальный подход российских контролирующих органов и судов, для участников отечественного рынка было бы комфортнее получить официальное разъяснение понятия «неопределенный круг лиц», чтобы знать, с какого момента информация перестает быть инсайдерской. Как, например, это сделала Федеральная антимонопольная служба при толковании этого понятия для целей Федерального закона «О рекламе».3 В частности, предназначенность рекламы для неопределенного круга лиц означает, по мнению ФАС, отсутствие в рекламе указания о лицах, для которых такая реклама создана и на восприятие которых она направлена.

Существенное влияние на стоимость ценных бумаг

Британский закон при определении существенного влияния не устанавливает каких-либо количественных показателей в отношении стоимости ценных бумаг, а исходит из критерия «разумный инвестор». Тем самым подразумевается, что информация будет иметь существенное влияние, если обладание ею привело бы разумного инвестора к принятию соответствующего инвестиционного решения.

В деле Д. Массея английский суд разъяснил этот признак следующим образом. Если бы гипотетически «разумный инвестор» на месте компании Allianz знал о намерении Eicom Plc продать акции по цене 3,5 пенса/штуку, то, вероятнее всего, использовал бы такую информацию для принятия своего решения о покупке акций Eicom Plc.

Российский законодатель также пре­дусмотрел такой признак. Однако, официального разъяснения ФСФР по поводу определения «существенное влияние» еще предстоит дождаться.

Перечень инсайдерской информации, утвержденный эмитентом ценных бумаг

Российский законодатель ввел критерий нахождения информации в перечне инсайда. В развитие закона российский регулятор разработал проект приказа, который предусматривает перечень инсайдерской информации для каждой категории инсайдеров (эмитенты, биржи и т. д.). Так, например, каждый эмитент на основе этого приказа должен разработать свой перечень инсайда и разместить его в сети Интернет.

Введение этого признака дает положительный эффект, поскольку такой перечень в каждый определенный момент времени будет носить закрытый характер, и участники рынка при принятии инвестиционного решения могут оценить, обладают ли они инсайдом, просто сверив информацию с сайтом эмитента.

В целом по мере применения российского Закона об инсайде следует ожидать дальнейших официальных разъяснений ФСФР и толкований судов, поясняющих признаки инсайда более детально.

Освобождение от ответственности

Отвечая на второй вопрос, стоит отметить, что в Великобритании лицо будет освобождено от ответственности за инсайдерскую торговлю, если докажет, что, исходя из «разумных предположений», оно не считало, что совершало правонарушение.

Г-н Массей хотел воспользоваться этой нормой об освобождении от ответственности и утверждал, что он как раз и исходил из того, что в продаже/покупке им акций Eicom Plc нет состава правонарушения. Однако английский суд указал, что «принятие желаемого за действительное» не является «разумными предположениями» и что разумный инвестор, скорее всего, воздержался бы от такой сделки. Таким образом, английский суд при толковании этой нормы применил критерий установления «разумных предположений» в объективном смысле, отказав г-ну Массею в субъективном понимании этого признака.

Российский закон также предоставляет отечественным участникам рынка аналогичную защиту, используя при этом известную нашему праву формулировку «когда лицо не знало и не должно было знать, что обладаемая им информация является инсайдом». Однако представляется, что при наличии четвертого критерия квалификации инсайда эта защита не будет должным образом работать. В российском суде может быть затруднительно доказать, что участник рынка не знал или не должен был знать о совершенном правонарушении, если он мог зайти на сайт эмитента и проверить, указана ли обладаемая таким участником рынка информация в перечне в качестве инсайдерской. Гипотетически возможно использовать эту защиту, если, например, сайт эмитента не работает или эмитент не разместил перечень в открытом доступе.

Наказание

При ответе на третий вопрос в отношении вида наказания за нарушение Закона об инсайде необходимо отметить, что российский законодатель разделяет административную и уголовную ответственность в зависимости от крупности причиненного ущерба или полученного дохода. При этом порог крупности для применения уголовной ответственности начинается с 2,5 млн руб.

В деле Д. Массея выгода от инвестиций в ценные бумаги составила более 100 тыс. англ. ф. ст. В таком случае в России при неблагоприятном развитии ситуации он мог бы быть привлечен к уголовной ответственности и осужден на срок до 4 лет с уплатой штрафа или лишением права занимать должности в финансовых организациях сроком до 3 лет. Впрочем, в России положения об уголовной ответственности вступят в силу только в июле 2013 г.

Заключение

В заключение хотелось бы отметить, что российский Закон об инсайде в целом вобрал в себя международный опыт, и представляется, что он будет способствовать эффективному регулированию отношений, возникающих при использовании инсайдерской информации. Однако как отдельные положения этого закона будут работать на практике в России, покажет время.


Содержание (развернуть содержание)
Оптимизация торговой инфраструктуры управляющих компаний
Уроки кризиса. Автоматизацияпроцесса управления рисками при действиях контрагентов НПФа
Интернет-трейдинг для частных инвесторов: формы и инструменты будущего
Количественное смягчение в США:был ли смысл?
Долгосрочные опережающие индикаторы экономического развития
Ямайская валютная система: швейцарская модификация
Управляющая компания ЗПИФН: застройщик земельного участка или участник строительства объекта недвижимости?
Инсайд: вопросы правоприменения в России
Высокий полет
Арт-активы для пенсионных фондов
Китайский синдром
Роль инвестиционных банков в развивающихся экономиках
Восток — дело тонкое!
О некоторых аспектах регулирования египетского фондового рынка
Долговая политика Самарской области в 2010-2011 годах и основные направления ее развития
Волгоградские областные займы: инструмент сбалансированного развития
Правовые условия и ограничения предоставления бюджетных гарантий для финансирования муниципальной инфраструктуры

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100