Casual
РЦБ.RU

Есть ли будущее у рейтинговых агентств?

Сентябрь 2011

Недавнее обострение отношений между рейтинговыми агентствами и правительствами ведущих стран мира опять актуализировало дискуссию о роли рейтингов и их «производителей» в современной финансовой системе.

Практика «вычисления» рейтинга надежности заемщика специализированными компаниями возникла в начале прошлого века. Идея бизнеса заключалась в проведении независимыми аналитиками многопараметрического анализа состояния заемщика с целью оценки способности выполнения им своих долговых обязательств (идея принадлежит американцу Джону Муди, разработавшему в 1900 г. первую методологию оценки). Фактически это привело к ранжированию заемщиков в зависимости от прогнозируемой вероятности наступления их дефолтов (табл. 1).

Со временем эта практика приобрела очень широкое распространение. Сегодня и крупные инвестиционные компании, и отдельные инвесторы при формировании портфеля долговых обязательств (а иногда и акций) смотрят в первую очередь на рейтинг эмитента. Более того, финансовые институты повсеместно используют практику формализации инвестиций в зависимости от рейтинга: чем выше рейтинг, тем больше относительный объем допустимых вложений в долговые обязательства эмитента. Именно поэтому высокий рейтинг стал залогом получения более широкой инвестиционной базы и, как следствие, доступности более дешевого финансирования. Иными словами, высокий рейтинг — мечта каждого заемщика. Это побуждает эмитентов, с одной стороны, действительно соблюдать финансовую дисциплину, а с другой — хорошо оплачивать услуги рейтинговых агентств.

В результате рейтинговый бизнес превратился в крайне прибыльную индустрию, а ведущие рейтинговые компании (в частности, Moody’s Investor Servi­ce, Standard & Poor’s и Fitch Ratings) — в крупные, высокодоходные корпорации.

Вплоть до финансового кризиса 2007—2009 гг. сложившаяся практика использования кредитных рейтингов не вызывала особых нареканий. Конечно, случались отдельные скандалы, вроде банкротств эмитентов с наивысшим рейтингом (Enron — в 2001 г., Parmalat — в 2003 г.). Периодически обнародовывались факты, указывающие на возможную «коррумпированность» и «политическую ангажированность» уважаемых агентств. Но в подавляющем большинстве рейтинги действительно отражали надежность заемщика, помогая инвесторам ориентироваться в ставшем огромным мировом океане долговых обязательств.

Впрочем, уже в конце прошлого века участились расхождения между рыночной доходностью облигаций и рейтингом эмитента, т. е. между оценками надежности должника рынком и рейтинговыми агентствами.

Такое отсутствие консенсуса было связано с ускорением процессов, влияющих на состояние эмитентов, в результате чего агентства начали опаздывать со своими оценками. Вместе с тем набравший силу рынок (читай спекулянты) все чаще стал разгонять цены то в одну, то в другую сторону не всегда в соответствии с фундаментальными свойствами заемщика.

Первые действительно серьезные претензии к работе рейтинговых агентств возникли после недавнего мирового финансового кризиса. Напомним, что финансовый кризис 2007—2009 гг., чуть не обрушивший всю мировую финансовую систему, стартовал с проблем в американской ипотеке subprime. Фокус в том, что американские ипотечные долги низкого качества были упакованы в облигации, получившие почему-то высокие рейтинги от ведущих рейтинговых агентств. Имея хорошие рейтинги, эти бумаги с успехом распродавались по всему миру, и в больших объемах (в соответствии с рейтингом) оседали в активах ведущих банков. После разрыва ценового «пузыря» на американском рынке недвижимости эти бумаги резко упали в цене, что и привело к первым существенным потерям в системе. Цепная реакция вынужденных продаж привела мировую финансовую систему к полномасштабному кризису, чуть не закончившемуся ее полным развалом.

Когда по завершении кризиса стали искать его виновников, не обратить внимания на роль рейтинговых агентств было невозможно. Мнения по поводу доли их ответственности были различными, вплоть до крайне резкой отрицательной оценки главы комитета по надзору и правительственной реформе Конгресса США Генри Уэксмана: «Деятельность ведущих кредитных рейтинговых агентств США стала одной из основных причин финансового кризиса». Частично свою вину признали и сами агентства, впоследствии подтвердив это следующим высказыванием: «Оснований для предоставления высшего рейтинга тысячам ипотечных бумаг было мало».

Второй виток напряженности в отношениях с «производителями» рейтингов произошел уже на фоне долгового кризиса в еврозоне. Сначала ведущие рейтинговые агентства опаздывали за ситуацией и приступили к снижению рейтинга проблемных европейских стран много позже существенного падения цен на рынке.

Позже агентства стали беспощадно резать рейтинги странам PIGS, не принимая во внимание программы помощи международных структур, которые действительно улучшали платежеспособность заемщиков. Можно сказать, что такие действия рейтинговых агентств способствовали разрастанию кризиса. Более того, после принятия второго плана спасения Греции, включающего и добровольное списание инвесторами небольшой части долга, два из трех агентств пригрозили присвоить Греции рейтинг D (дефолт).

Все это вызвало крайнее раздражение руководителей ведущих стран Евросоюза — американские агентства были обвинены в принятии политических решений с целью подготовки условий нечестной конкуренции. И сейчас в Европе серьезно обсуждается идея создания альтернативных, европейских структур.

Однако вскоре ведущие рейтинговые агентства попали в немилость и к американским властям. В апреле 2011 г. S&P, а в июле и Moody’s понизили прогноз по суверенному рейтингу США, а Fitch пригрозило сделать это в ближайшем будущем, что вызвало нескрываемое раздражение американского истеблишмента.

И уже настоящим скандалом и эффектом разорвавшейся бомбы стало принятое 5 августа 2011 г. решение S&P о понижении рейтинга США с ААА до АА+.

Насколько система чувствительна к таким формальным решениям, показал последовавший обвал цен на ведущих мировых биржах акций, создавший угрозу повторения мирового финансового кризиса.

И справедливость этого решения далеко не очевидна. На мысль о том, что решение S&P могло иметь политическую подоплеку, наводит вызванная им критика: крайне резкая республиканцев и умеренная главы Белого дома. Свои действия агентство мотивировало не только возросшим объемом долгов государства, но и «недостаточностью принятого плана по сокращению дефицитов бюджета для стабилизации динамики государственного долга в среднесрочной перспективе».

Речь здесь идет о существенной уступке Обамы республиканцам в вопросе повышения налогов. В результате этих уступок план Обамы по сокращению дефицитов на 4 трлн долл. за 12 лет был замещен куда более скромным планом сокращения на 2,4 трлн долл. за 10 лет.

Да и с самой задолженностью американского государства все не так просто. Валовой госдолг США действительно достиг в августе 2011 г. 100% ВВП, и стран с таким соотношением и наивысшим рейтингом в мире нет (табл. 2).

Но госдолг США (а также Японии) имеет специфику, не характерную большинству развитых стран мира. До 35% американского госдолга находится в руках госструктур (включая и «не совсем» государственную ФРС), а «очищенный» госдолг оценивается уже лишь в 74% ВВП. Это меньше, чем у ведущих стран Еврозоны (по состоянию на 2010 г. у Германии — 83%, Франции — 82% и Англии — 80%), сохраняющих у S&P наивысший рейтинг.

Заметим также, что два других ведущих агентства не нашли веских причин для текущего снижения рейтинга США, подтвердив его в августе на высшем уровне ААА.

Кстати, участившиеся случаи, когда ведущие агентства выставляют заемщикам разные рейтинги (во время долгового кризиса в еврозоне иногда отличавшиеся и на 3 ступени), также вызывают беспокойство. Каким же рейтингом тогда пользоваться и кокой из них вернее отражает ситуацию? Используя эту коллизию, европейский ЦБ уже заявил, что продолжит принимать в залог облигации Греции, если хотя бы одно из трех агентств не опустит их рейтинг до дефолтного.

Иными словами, сегодня налицо серьезный кризис и в системе присвоения, и в практике использования кредитных рейтингов. Как из него выходить, пока не ясно. Теоретически можно вообще отказаться от использования услуг рейтинговых агентств. Схожую аналитическую работу на рынке акций, без выделения в отдельный бизнес, проводят аналитики банков, инвестиционных компаний и даже некоторые частные инвесторы. При современном развитии технологий и оперативном раскрытии информации эмитентом подобная работа не является такой уж трансцендентной.

Есть и еще один аргумент: если не остановить растущую армаду спекулянтов на рынке, то значение фундаментальных оценок эмитентов обесценится.

А если разницы нет, то зачем платить больше?


Содержание (развернуть содержание)
Основа финансового успеха венчурного инвестора — тщательный отбор
МФО находятся на стадии сильного экстенсивного роста
Кредитование МСБ: банковская политика
Привлечение капитала с Eastway Capital
Мини-IPO на ММВБ:новые возможности привлечения капитала для малого и среднего бизнеса
IPO на ММВБ для малого и среднего бизнеса: отзывы первых клиентов
Перспективы привлечения капитала компаниями второго-третьего эшелонов: возможности, условия, инструменты
IPO российских компаний в 2011 году
Аукционы переписывают мир современного искусства
Сочетания несочетаемого
Уроки кризиса. Порядок взаимодействия управляющих компаний и НПФов в чрезвычайных ситуациях
Есть ли будущее у рейтинговых агентств?
Взаимодействие с акционерами при подготовке к общим собраниям
Замена депозитария по-белорусски
Актуальные проблемы формирования «исламской» финансовой системы: на стыке философии и практики
Структурные долговые проблемы стран еврозоны и пути их решения
Про веру, стоимость и права собственности на российском рынке акций
Иск о признании недействительным трансферта ценных бумаг
Об одной стратегии торговли на рынке ценных бумаг

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100