Casual
РЦБ.RU

Венчурные инвестиции в нанотехнологии: от высоких рисков — к высокой эффективности

Август 2011

Интервью с генеральным директором ЗАО «УК “СМ.арт”» Анной Хохловойи вице-президентом ООО «СИГМА.инновации» Леваном Татунашвили

ЗПИФ особо рисковых (венчурных) инвестиций «Передовые нанотехнологии» создан ОАО «РОСНАНО» совместно с ЗАО «СМ.КАПИТАЛ». Сегодня это первый из фондов «РОСНАНО», который за короткие полгода своей деятельности добился реальных результатов — осуществил первые инвестиционные транши по трем проектам. До конца года управляющая компания фонда ЗАО «УК “СМ.арт”» планирует профинансировать еще пять проектов. Приоритетными отраслями инвестирования являются наномодифицированные материалы, наноэлектроника, «зеленые» технологии, фармакология и биотехнологии. О том, как фонду удалось достичь таких показателей и преодолеть характерные проблемы венчурного инвестирования, нам рассказали генеральный директор ЗАО «УК “СМ.арт”» Анна Хохлова и вице-президент ООО «СИГМА.инновации» Леван Татунашвили.

РЦБ: Венчурное инвестирование в России — эффективно ли оно?

А. Х. Несмотря на то что сектор венчурного и прямого инвестирования в России демонстрирует рост, утверждать, что он эффективен и сбалансирован, нельзя. По данным РАВИ, приведенным в предварительном обзоре рынка, в 2010 г. совокупный объем средств, аккумулированных в работающих на российском рынке фондах прямого и венчурного инвестирования, увеличился относительно предыдущего периода примерно на 10,5% и достиг величины порядка 16,8 млрд долл. (15,2 млрд долл. в 2009 г.). Это кажется весомой цифрой, однако львиная доля венчурного капитала (12,4 млрд долл.) сконцентрирована в «крупных» фондах (размером от 151 до 2200 млн долл.). Такие фонды «курируют» крупные проекты, финансируя масштабные инвестиционные программы рыночных гигантов. На долю венчурных фондов, готовых работать с высокорисковыми венчурными проектами ранних стадий, приходится не более 3 млрд руб.

РЦБ: В чем вы видите основные проблемы?

А. Х. Основная проблема, с которой сталкиваются все венчурные фонды, — это дефицит инвестиционных проектов, несмотря на большое количество инвестиционных идей. Да, перспективных разработок очень много, и тот мощный интеллектуальный потенциал, которым славились и славятся наши научные центры, никуда не делся. Но я говорю об инвестиционных проектах — с продуманным бизнес-планом, грамотным анализом рынка и четкой стратегией. Создание проекта требует от авторов четкого видения бизнеса и специальных компетенций — как минимум в сферах управления, финансов, маркетинга. Это нормально, когда автор-разработчик, профессионал в своей научной области, недостаточно владеет бизнес-инструментарием.

Л. Т. В мировой практике «поставщик» инновационной идеи и тот, кто нашел ее место на рынке, в равной степени считаются авторами проекта. Коммерциализация научной идеи — это сложный, многостадийный проект, требующий на разных этапах своего развития абсолютно разных компетенций. Это совершенно особый тип руководства, живущий по своим законам, и успеха здесь может добиться только команда, состоящая из профессионалов в разных областях — инженеров, старт-ап-менеджеров, юристов, операционных менеджеров, маркетологов, финансистов и прочих специалистов, глубоко понимающих технологические вопросы, рынок, специфику проекта.

А. Х. Кроме субъективных причин — нехватки бизнес-видения и слабых управленческих компетенций — существует объективная проблема, которая не позволяет инновационным идеям развиваться в проекты. Это недостаток финансовых инструментов на раннем этапе финансирования. На рынке много игроков, заявляющих о готовности вкладывать средства в перспективные проекты. Но мало кто готов принять на себя высокие риски проектов самых ранних стадий. Ресурсы бизнес-ангелов, столь популярных на Западе, российским старт-апам практически недоступны. Да, сейчас в Москве и даже в регионах появляются частные инвесторы, готовые пожертвовать небольшой суммой ради перспективной идеи, но их число крайне невелико. Инноваторам на ранних этапах зачастую приходится обходиться собственными средствами, а этого, если мы говорим о высокотехнологичных проектах, категорически недостаточно.

РЦБ: Тем не менее ваш фонд можно считать эффективным? Как вы преодолеваете проблемы?

А. Х. Да, за полгода работы нам удалось сделать многое. Три проекта, одобренных для финансирования, пакет ­более чем из 70 заявок — это рекорд для российских венчурных фондов, созданных при участии государства. И своим успехом мы обязаны прежде всего уникальной модели сотрудничества, ­выстроенной между ЗАО «УК “СМ.арт”» и ­нашим стратегическим партнером — ООО «СИГМА.инновации».

Л. Т. В основе бизнес-модели лежит объ­единение финансов фонда, технологических мощностей и управленческих ре­сурсов Нанотехнологического центра «СИГМА» в общую систему инкубирования и развития инновационных проектов. Если говорить проще, мы не ищем готовые к финансированию проекты, мы их разрабатываем на основе найденных идей и технологий.

РЦБ: Что такое наноцентр?

Л. Т. В самом общем представлении наноцентр «СИГМА» включает в себя четыре технологические площадки — центры коллективного пользования (оборудование, помещения, коммуникации) и центр трансфера технологий. Это инфраструктура, необходимая для того, чтобы инновационная идея трансформировалась в полноценный инвестиционный проект. Осуществлять проекты в наноиндустрии немыслимо без соответствующей инфраструктуры, современного технологического оборудования. Нанотехнологический центр создан нами совместно с ОАО «РОСНАНО». В мультидисциплинарный наноцентр входят несколько кластеров по направлениям технологической специализации, которые будут функционировать в Томске и Новосибирске. Создание наноцентра — результат многолетней подготовительной работы: мы провели сотни встреч с сотрудниками научных институтов СО РАН, независимыми авторами идей, инновационными компаниями, представителями областной администрации в Томске и Новосибирске, представителями технопарка новосибирского Академгородка и Томской особой экономической зоны, чтобы разработать концепцию и написать бизнес-план. При определении кластеров по технологическим направлениям мы отталкивались от реальных потребностей изученных нами инновационных проектов и идей. Мы проанализировали данные из 1500 принятых заявок и сгруппировали их по необходимому для реализации технологическому обеспечению — инфраструктуре. Проектных мощностей наноцентра хватит, чтобы закрыть технологическую потребность проектов на уровне мелкосерийного производства, — иными словами, до того, как инновационная компания попробует себя в рынке, встанет на ноги и будет готова организовать отдельное производство.

РЦБ: А как же проблема нехватки «дофондового» финансирования?

А. Х. Кроме всего прочего, в рамках парт­нерства фонда и «СИГМЫ» выстроен ин­вестиционный лифт — то есть механизм последовательного финансирования проектов на разных этапах. Функции бизнес-инкубирования, которые выполняет центр трансфера технологий «СИГМА», включает финансирование проектов на самых ранних, так называемых «посевных» стадиях. Для этого используются собственные ресурсы ООО «СИГМА.инновации». Если проводить аналогию, то в западной практике так работают сид-фонды, то есть фонды, поддерживающие проекты на стадии их формирования.

Л. Т. В бюджете наноцентра предусмотрены средства для финансирования проектов на самой ранней стадии, можно сказать, еще до создания проекта, когда его еще нет, но есть интересная идея. Эти средства необходимы для проведения предварительных экспертиз, изготовления макетов и прототипов, пробных испытаний. На данном этапе ключевую роль играют даже не деньги, а та уникальная управленческая компетенция, которая является неотъемлемым слагаемым проекта. Мы не просто предоставляем средства, мы помогаем старт-апу использовать их так, чтобы понесенные сейчас расходы на проект дали максимальную отдачу в будущем.

РЦБ: Как возникла идея создания венчурного фонда и наноцентра?

А. Х. Венчурный фонд и наноцентр — не спонтанные проекты «СМ.групп». Это последовательный, взвешенный шаг нашей стратегии. Группа с 2007 г. работает в отрасли венчурного инвестирования. Эта деятельность началась с запуска небольшого проекта, ставящего своей целью поиск перспективных идей в Сибирском научном центре, которые мы могли бы развить за счет собственных ресурсов. Тогда это казалось чуть ли не авантюрой и уж точно не претендовало на роль локомотивного направления. Однако высочайший профессионализм команды в корне изменил отношение к проекту и раскрыл потенциал венчурного инвестирования как направления, способного при верном подходе вывести бизнес Группы на качественно иной уровень.

Л. Т. Да, тогда к проекту подключились сильнейшие управленческие ресурсы, и мы развили «небольшой венчурный бизнес» до нашей сегодняшней бизнес-модели, в которой объединили финансы, технологические ресурсы и проектное управление. Смысл и значимость предложенной нами модели оценили и в ОАО «РОСНАНО» — теперь это наш ключевой партнер.

РЦБ: Средства фонда сегодня полностью размещены или вы готовы и дальше принимать заявки?

Л. Т. Нет, правильнее будет сказать, что мы в самом начале пути. Целевой размер фонда составляет 2 млрд руб., но на текущий момент пайщиками оплачено только 100 млн. Наш фонд — один из первых в России, при формировании которого использовался так называемый механизм неоплаченных паев.

А. Х. Суть механизма в следующем: инвестор при покупке пая принимает на себя обязательство по внесению определенной суммы, но фактически вносит ее не одномоментно, а частями, по мере необходимости — то есть когда управляющая компания отберет проекты для финансирования и определит требуемый объем инвестиций. Это может быть пул проектов, если сроки их финансирования близки по времени, или отдельные проекты, или даже разные транши в рамках одного проекта. Такой подход к внесению денег в фонд отражает нормальную западную практику — деньги должны работать на заявленную цель, а не лежать пассивным грузом где-то на депозитах. Механизм, с одной стороны, удобен инвесторам, поскольку они видят реальную работу управляющей компании по поиску и отбору проектов. С другой стороны, управляющая компания последовательно принимает средства в управление, четко осознавая, куда они будут вложены. Это крайне важно для обеспечения качественного управления, поскольку нередки случаи, когда УК получает в управление крупный фонд, не имея компетенций и не понимания, что делать с ним дальше. Мы изначально ставили перед собой задачу реальной эффективной работы и последовательно идем к ее выполнению.


Содержание (развернуть содержание)
Правительство считает, что стратегия – это красиво, но не срочно
Сохранение за Лондоном статуса ведущего мирового финансового центра — основная цель LSE
Польша как тихая гавань для инвесторов
О некоторых аспектах регулирования турецкого фондового рынка
России есть чему поучиться у Гонконга
Мировая биржевая индустрия:современные тенденции и перспективы развития
НПФы должны научиться работать в экстремальных условиях
Кризис помог УК и НПФам понять друг друга
Венчурные инвестиции в нанотехнологии: от высоких рисков — к высокой эффективности
Инвестирование в Китай: новые возможности от «Открытия»
О современных тенденциях развития клиринга Часть 2. Консолидация и интенсификация
Если бы я был адептом Центрального депозитария
Итоги первого полугодия и прогнозные ожидания по макроэкономике на второе полугодие 2011 года
Долговые проблемы Греции: где и когда будет продолжение?
Монетарный штиль на российском финансовом рынке
Максимальная волатильность как тренд
Перспективы публичных заимствований в основных валютах и валютах развивающихся стран
«Русснефть—Система—Башнефть»: инвестиционные возможности для миноритарного участия в создаваемой цепочке акционерной стоимости
Индекс сектора электроэнергетики «МЕТРОПОЛЬ» — новый индикаторрынка облигаций
Другие берега
У коллекционной фотографии на арт-рынке колоссальный потенциал
Искусству без инвестиций выжить сложно
Рынок без плохой погоды
Инсайд и инсайдеры. Основы регулирования в России и США
Кэш-пулинг как эффективный механизм управления ликвидностью компаний
Расчет вероятности дефолта облигационного займа
Что происходит на рынке субфедеральных и муниципальных облигаций
Опыт управления муниципальным долгом города Томска: итоги 2010-го и стратегические направления на 2011 год
Волгоград: долгосрочная сбалансированность как приоритет развития
Рынок муниципальных и субфедеральных заимствований

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100