Casual
РЦБ.RU

НПФы должны научиться работать в экстремальных условиях

Август 2011

Интервью с исполнительным директором НПФ «Промагрофонд» Ольгой Буланцевой

С момента начала финансового кризиса прошло уже два с половиной года. В своем интервью Ольга Буланцева, исполнительный директор НПФ «Промагрофонд», рассказывает о том, как кризис затронул отрасль негосударственного пенсионного обеспечения, какие выводы сделали для себя НПФы и какие меры приняты для недопущения новых катастроф.

РЦБ: С начала кризиса минуло достаточно много времени, и уже можно говорить о последствиях. Пошел ли он на пользу пенсионной системе?

О.Б. На мой взгляд, еще рано говорить о последствиях, тем более что финансовый кризис оказался более затяжным, чем мы предполагали. К сожалению, НПФы не стали «островком стабильности». Кризис болезненно отразился на индустрии, доверительное управление активами пенсионных фондов не избежало убытков. За фондами стоит большое количество физических лиц, понимание пенсионных денег у которых однозначно связано с положительными результатами. И полученные большинством фондов убытки стали, пожалуй, самым тяжелым испытанием. Конечно, это не первый кризис, который мы пережили, но кризис 1998 г. был менее болезненным, что объясняется и небольшим объемом тогдашнего рынка, и его «доморощенностью», и тем, что регулятор более или менее внятно на него отреагировал.

С тех пор было принято много решений, направленных на выстраивание ­системы контроля, но ни обязательная работа в рамках доверительного управ­ления, ни введение спецдепозитария, ни жесткость нормативов не спасают в кризисных ситуациях. И если говорить о пользе кризиса, то единственным полезным выводом может быть переход к принципу разумного инвестора при управлении пенсионными активами.

РЦБ: Какие уроки извлек рынок негосударственного пенсионного обеспечения из финансового кризиса?

О.Б. Кризис наглядно продемонстрировал всем, что вопрос распределения ответственности за отрицательный результат не решен до сих пор. Российский рынок негосударственного пенсионного обеспечения имеет относительно маленький опыт, и предвидеть возможные негативные последствия сложно. Так, мы оказались в ситуации, когда нормативная база обязывает НПФы покрывать убытки за счет имущества для обеспечения уставной деятельности. Требования к имуществу не соответствуют рискам, которые несет фонд. В то же время сегодня некоммерческой организации крайне сложно привлекать дополнительные источники финансирования — любые деньги стоят денег. Ситуация представляет собой запутанный узел. Решение некоторых компаний, например АТОНа, отказаться от доверительного управления пенсионными активами можно понять, потому что риски очень высоки. Судебные разбирательства между НПФами и УК на самом деле мало что решили. Новому руководству ФСФР в сотрудничестве с Минфином надлежит выработать пакет нормативных документов, который позволит фондам правильно оценивать стоимость своих обязательств и активов. Также необходимо дифференцировать обязательства пенсионного фонда по срокам, а это 20, 30 и 40 лет. Существуют долгосрочные стратегии роста, показывающие сегодня крайне низкую доходность, что вовсе не означает необходимости от них отказываться — они могут быть очень эффективными. Следует более детально подходить к актуарному оцениванию. У нас много проблем методологического характера, требующих более широкого осмысления и детального понимания всех нюансов обязательств НПФа. В первую очередь это касается резервов, которые часто формируются совершенно бессмысленно. Еще в 1996 г. мы разрабатывали методику, предполагающую возможность рассчитывать норматив страхового резерва с учетом рисковости портфеля и особенностей тех пенсионных схем, которые использует фонд. Динамичное развитие этого рынка зависит только от укрепления доверия к его финансовой устойчивости и от ее долгосрочности.

РЦБ: У рынка негосударственного пенсионного обеспечения — розничное будущее?

О.Б. Видимо, да. Прошло два с половиной года после начала кризиса, но промышленные предприятиях, которые весьма уязвимы в финансовом плане, до сих пор не вернулись к докризисным уровням финансирования своих корпоративных пенсионных программ. С точки зрения финансовой состоятельности работодателя финансировать крупные корпоративные пенсионные программы могут всего несколько отраслей: ТЭК, металлургия и связь.

Такие особенности действующей пенсионной модели, как характер уплаты пенсионных платежей и ограничение доходов, с которых взимаются страховые платежи, рано или поздно приведут к принятию гражданами решения делать личные взносы на дополнительное пенсионное обеспечение . Поэтому будущее рынка — за розницей, которая, кстати говоря, требует прозрачных, понятных и общедоступных механизмов. Для обеспечения устойчивости НПФов к рискам необходима продуманная методика формирования страхового резерва по программам негосударственного пенсионного обеспечения и аналогичного резерва по обязательному пенсионному страхованию. Чем больше активы фонда, тем выше стоимость одного процента убытка. При той концентрации, которая сейчас наблюдается на нашем рынке, вопрос устойчивости НПФов к рискам — важнейший!

РЦБ: До недавнего времени на рынке отмечалось большое количество конфликтов с УК. Какие выводы можно сделать из этих конфликтов?

О.Б. Пока решения не найдено. Как показал опыт 2008 и 2009 гг., каждый спасается как может. У кого-то договоры ДУ предусматривали сохранность в номинальном исчислении, у кого-то была минимальная норма гарантированной доходности и тогда долги повисали на УК, которые их реструктуризировали, кто-то обращался в суд. Проанализировав ситуацию, мы предусмотрели норму, согласно которой в случае убытка управляющий не получает вознаграждения до возмещения потерь предыдущего периода. Разумеется, это вынужденная мера, и она не позволяет полностью компенсировать недополученную прибыль. Нужно и принципиально важно переходить к долгосрочным инвестициям. Мы рассматриваем возможность долгосрочных инвестиций в инфраструктурные проекты в регионах, где в партнерстве с субъектами ­Федерации решаются многие задачи: дороги, ЖКХ. Это наша ниша. Нас поддерживает Министерство экономики и Министерство регионального развития. Надеемся, что однажды это поймет и Минфин. Принцип весьма простой: деньги, заработанные людьми в своем регионе, должны работать на благо их семей и края. Когда наступит это понимание, пенсионная реформа наконец-то обретет человеческое лицо. Мы гордимся тем, что сейчас в Нижего­родской области на средства пенсионных накоплений Промагрофонда строятся 3 физкультурно-оздоро­вительных комплекса. Наглядно информировав граждан об этом, мы стремились, чтобы схема пенсионных инвестиций стала для них предельно прозрачной: они трудятся; работодатель вносит за них страховые платежи; накопительная часть, которую они перевели в Промагрофонд, инвестируется в объект, который улучшит условия их жизни и создаст дополнительные возможности; за счет доходов от его эксплуатации увеличатся их пенсии. Конечно, это не панацея с точки зрения инвестиционных рисков, ­которые здесь определенно присутствуют. Такого рода инвестиции — это, разумеется, только часть портфеля, имеющая для нас значение — и инвестиционное, и идеологическое. Это очень важно, потому что сегодняшнее российское общество — экономически безыдейное. Экономической идеи, которая была бы понятна населению, нет.

РЦБ: Возможно ли в принципе конст­руктивное сотрудничество в треугольнике «негосударственный пенсионный фонд — управляющая компания — спецдепозитарий» в рамках действующего законодательства?

О.Б. Конструктивное сотрудничество возможно всегда, когда все стороны на него настроены. Нам удается находить компромисс, несмотря на то, что спецдепозитарий — очень сложная структура. Сейчас используется схема, согласно которой НПФ оплачивает все услуги спецдепа еще до того, как получен доход от инвестирования, за которым и следит спецдеп. Юридическое право отнесения расходов на сами пенсионные накопления экономически оправданно, но в этом вопросе нужно быть максимально аккуратными. Низкий доход в какой-то период времени может привести к тому, что цена на услуги УК и спецдепа фактически превысит доходы фонда. На данный момент конструкцию нельзя считать объективно отражающей характер отношений внутри этого «треугольника», который должен быть не бермудским, а партнерским. Иначе следует строить и систему вознаграждений всех участников. Мы можем позволить себе формировать расходы на ведение дела, исходя из 15% от доходов, после расчетов с УК и спецдепом. Так что, привлекая значительные средства в доверительное управление и обеспечивая заработки управляющих, НПФ стоит последним в очереди на получение дохода на покрытие своих издержек. А если учесть, что уровень дохода, начисленного на счета вкладчиков, является одним из основных конкурентных преимуществ, то становится понятным, что воспользоваться этим нормативом в полном объеме мы можем в редкие удачные годы.

РЦБ: Как Вы можете оценить работу разрешительной системы спецдепозитария?

О.Б. Разрешительная система спецдепозитария, не работает в полном объеме и не совсем жизнеспособна. Должны быть введены новые технические средства, контролирующие процесс заключения УК сделки, условия которой выходят за рамки инвестиционных деклараций и норм законодательства. Существуют прецеденты признания сделок с активами пенсионного фонда, которые не могли быть совершены и, тем не менее, проходят, а спецдеп, обнаружив эти нарушения, выдает предписания лишь постфактум. Нужно двигаться в этом направлении, использовать в том числе и программные механизмы защиты, позволяющие решать проблемы еще на этапе, когда рука поднимается нажать кнопку «купить». Еще одна проблема, которая была очевидна в 2008 г.: отсутствие механизма гибкого принятия решений в экстремальных ситуациях. Очень надеюсь, что новое руководство регулятора проявит интерес и живой подход к этому, не закроет глаза на проблему. В будущих, к сожалению, неизбежных, кризисных ситуациях следует принимать оперативные решения для спасения рынка. В 2008 г. мы получали огромное количество уведомлений от спецдепозитария о том, что у нас превышена доля депозитов, — в кризисное время это выглядело достаточно нелепо. Сейчас нам увеличили депозиты до 80%, но, просмотрев список банков, вы найдете там много экзотики.

Такая ситуация может повториться в чем-то другом. Многие предрекают кризис на рубеже 2012—2013 гг., и уже сейчас нужно готовиться к сложностям. В стандартных условиях мы все умеем работать, но надо быть готовым к экстремальным.

РЦБ: Предъявляете ли вы требование своим УК о наличии программного комплекса, который позволяет максимально прозрачно следить за управлением вашими деньгами?

О.Б. Интерес управляющих компаний к нашему НПФу стабильно высокий. Наше сотрудничество с УК подразумевает не только определение инвестиционной декларации, долей тех или иных инструментов в портфелях, но часто и перечня эмитентов и их долей. Мы контролируем работу УК через отчетность, и в первую очередь отчеты брокеров о совершенных сделках. Сейчас мы обсуждаем с СД «Инфинитум» возможность получения оперативно отчетов о сделках с расчетом финансового результата.

Что касается технических возможностей УК, то сейчас процессы управления автоматизированы достаточно глубоко, но роль профессионального управляющего только повышается, особенно это касается периодов высокой валотильности, отсутствия устойчивых тенденций. А поскольку стабильности ждать видимо еще долго, то…

Самое главное и для нас, и для УК — возможность ориентироваться на долгосрочные результаты. У нас «длинные» деньги, и мы должны зарабатывать, и мы можем зарабатывать много и для клиентов, и для себя, если не будем оглядываться на риски убытков на отрезке одного года, располагая активами с 30-летним сроком инвестирования. Те УК, которые лихорадочно не продавали акции своих портфелей, достаточно быстро отыграли убыток. Главное законодательное изменение, которое нам требуется, — отмена положения, согласно которому мы не должны иметь убытка на коротком отрезке. В сложившихся условиях УК предлагают стандартную стратегию «80/20», ничего более смелого они предложить не могут, потому что рискуют не обеспечить сохранность. Есть еще более интересные коллизии вроде того, что мы не можем в портфель пенсионных накоплений покупать акции Газпрома, — абсолютное безумие. Такое впечатление, что вокруг этой «голубой фишки» выстроена охранная зона. Но если с экранов телевизоров нас ежедневно информируют, что «Газпром — это народное достояние», почему бы не использовать его бумаги на благо повышения пенсий граждан?

РЦБ: Востребованы ли более современные электронные системы управленческого контроля? Чего это касается больше — внутреннего бэк-офиса и контроля агентов или контроля действий УК?

О.Б. Это очень актуальная тема, и здесь следует различать два подхода: идеологию работы НПФа «любой ценой» и ре­шение краткосрочных задач путем привлечения таких партнеров. В 2008 г. мы прошли довольно суровую школу сотрудничества с брокерскими компаниями, которые принесли нам много неприятностей. Именно поэтому мы пошли по пути открытия стационарных офисов, насчитывающих сейчас 110 единиц. Мы должны быть максимально приближены к населению, с которым работаем. Это позволяет минимизировать риски. К сожалению, в мире нет такого вида деятельности, где бы не работали люди с нечистыми замыслами. Всегда найдется кто-то, кто гонится только за легкими деньгами. У многих сложилось мнение, что на пенсионном рынке эти деньги очень легкие. После того как мы научились противостоять любителям нажиться за счет средств пенсионного фонда, мы построили достаточно сложную систему контроля, с помощью которой создали костяк кадров, работающий на результат и поддерживающий корпоративные ценности. Много внимания уделяем обучению: у нас создана собственная система тренингов. Несмотря на то что такой подход очень трудоемкий, это себя оправдывает. На «горячей линии» фонда, помимо просьб проконсультировать, нередко раздаются звонки благодарности, а жалобы стали крайне редкими, несмотря на рост объемов. Многие наши эксперты имеют опыт работы в государственном пенсионном фонде, мы консультируем, в том числе, и по вопросам работы НПФа с ПФР. Словом, мы проделали большую работу для того, чтобы наша агентская сеть поднялась на качественно новый уровень.

РЦБ: На этапе инвестирования собранных средств все более или менее ясно: есть жесткая система контроля. Вместе с тем остается непонятным, что происходит на этапе сбора денег — скандал на скандале…

О.Б. Сейчас на страховом рынке возникла тема аттестации страховых брокеров. Страховой рынок существует гораздо дольше, и только сейчас дело дошло до страховых брокеров. Не думаю, что сертификация брокеров может коренным образом изменить ситуацию. В любом случае, главное — это система контроля и обратная связь с застрахованными лицами, которая выявляет недобросовестных агентов.

Что касается нашего фонда, то мы внедрили CRM, что позволило полностью автоматизировать учет всех агентских договоров. Следующий этап — автоматизация системы проверки договоров через обзвон, обеспечивающая более оперативный контроль и актуальную статистику. Все зависит от того, насколько сильно намерение фонда работать долго, сохранять и расширять клиентскую базу, укреплять агентскую сеть. Именно эти цели поставлены в нашем плане развития до 2020 г. Мы не можем позволить себе строить колосс на глиняных ногах. Количество наших клиентов приближается к миллиону, и мы понимаем, что малейшая ошибка может иметь тяжелые последствия.

РЦБ: Как Вы оцениваете санкции ПФР в отношении трех крупных НПФов? Почему ФСФР заняла иную позицию?

О.Б. Мера довольно жесткая, но все же в окончательной редакции более щадящая. Задачи, стоящие сегодня перед ПФР, не заключаются в том, чтобы расторгнуть все соглашения с НПФами и заставить граждан обратиться лично в офис ПФР с заявлениями — для такой работы он не приспособлен. Я довольна пересмотром решения не потому, что не нужно принимать жесткие меры за нарушения, а потому, что нужно соотносить масштаб нарушений с объемом проделанной НПФами работы. Разумеется, наказывать надо за любое нарушение, даже если оно коснулось всего одного человека, но эти меры должны быть адекватными. Позиция ФСФР по этому вопросу более взвешенная. Рынок негосударственного пенсионного страхования насчитывает 11 млн застрахованных лиц, и это очень чувствительная аудитория, поэтому неадекватные обвинения в его адрес недопустимы. Ни рубля со счетов пенсионных накоплений граждан не исчезло. Да, было нарушено их право на добровольный переход, и это недопустимо, но пострадавшей стороной является и НПФ, который оплатил услуги агента, оказавшего заведомо противозаконные услуги. НПФ в этом случае надо рассматривать как пострадавшую сторону: он был подвергнут атаке недобросовестных агентов.

РЦБ: Имеет ли смысл расширять набор разрешенных активов?

О.Б. Требования к эмитенту, бумаги которого можно приобретать в портфель пенсионных накоплений, мягко говоря, не всегда обоснованы, и пример с Газпромом, который я уже приводила, — тому подтверждение. Три года тому назад мы свободно работали с векселями, среди которых были векселя первоклассных компаний. Нельзя огульно критиковать инструмент как таковой. Понятно, что мы не купим вексель палатки, торгующей пирожками. Установив определенные требования к векселям, мы получим очень оперативный, ликвидный и понятный инструмент. Его убрали из-за сложности контроля. Я понимаю жесткость ограничений на ценные бумаги вкладчиков по программе негосударственного пенсионного обеспечения, но вкладчик вкладчику — рознь. И подход к использованию ценных бумаг вкладчиков может быть пересмотрен, если обязательства перед этим вкладчиком сбалансированы. В посткризисных условиях это жесткое ограничение во многом тормозит восстановление финансирования корпоративных пенсионных программ.

РЦБ: Какие конкретные шаги вы предпринимаете на пути повышения финансовой грамотности населения?

О.Б. Мы очень много делаем в этом направлении. Например, издаем бесплатную электронную газету «Стратегический запас», на страницах которой представлены методические материалы, новости пенсионного рынка и статьи о работе Промагрофонда. В печатном виде эта газета распространяется через наших агентов в регионах.

Как я уже говорила, создана и успешно работает система постоянных тренингов для штатных сотрудников и агентов. Кроме того, выпускаем информационные брошюры по обязательному пенсионному страхованию, дополнительному пенсионному обес­печению. Благодаря качественно сформированному методическому пакету наш персонал имеет возможность для эффективной работы с населением. Также мы принимали участие в проекте «Поезд финансовой грамотности», активно используем множество площадок, в том числе и региональные отделения ПФР и Союза машиностроителей, членом которого является наш фонд. Минфин Башкирии выбрал нас как фонд, уполномоченный вести информационную работу по пенсионной реформе. Стараемся нести пенсионную грамоту везде, где только можем.


Содержание (развернуть содержание)
Правительство считает, что стратегия – это красиво, но не срочно
Сохранение за Лондоном статуса ведущего мирового финансового центра — основная цель LSE
Польша как тихая гавань для инвесторов
О некоторых аспектах регулирования турецкого фондового рынка
России есть чему поучиться у Гонконга
Мировая биржевая индустрия:современные тенденции и перспективы развития
НПФы должны научиться работать в экстремальных условиях
Кризис помог УК и НПФам понять друг друга
Венчурные инвестиции в нанотехнологии: от высоких рисков — к высокой эффективности
Инвестирование в Китай: новые возможности от «Открытия»
О современных тенденциях развития клиринга Часть 2. Консолидация и интенсификация
Если бы я был адептом Центрального депозитария
Итоги первого полугодия и прогнозные ожидания по макроэкономике на второе полугодие 2011 года
Долговые проблемы Греции: где и когда будет продолжение?
Монетарный штиль на российском финансовом рынке
Максимальная волатильность как тренд
Перспективы публичных заимствований в основных валютах и валютах развивающихся стран
«Русснефть—Система—Башнефть»: инвестиционные возможности для миноритарного участия в создаваемой цепочке акционерной стоимости
Индекс сектора электроэнергетики «МЕТРОПОЛЬ» — новый индикаторрынка облигаций
Другие берега
У коллекционной фотографии на арт-рынке колоссальный потенциал
Искусству без инвестиций выжить сложно
Рынок без плохой погоды
Инсайд и инсайдеры. Основы регулирования в России и США
Кэш-пулинг как эффективный механизм управления ликвидностью компаний
Расчет вероятности дефолта облигационного займа
Что происходит на рынке субфедеральных и муниципальных облигаций
Опыт управления муниципальным долгом города Томска: итоги 2010-го и стратегические направления на 2011 год
Волгоград: долгосрочная сбалансированность как приоритет развития
Рынок муниципальных и субфедеральных заимствований

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100