Casual
РЦБ.RU

Искусство — это актив первостепенной общечеловеческой значимости

Июнь 2011

В Центре международной торговли в Москве 31 мая 2011 г. прошло заседание круглого стола «Фонды художественных ценностей: спокойная гавань для инвестиций или новый отсчет роста стоимости капитала», организованное Комитетом по фондовому рынку и производным финансовым инструментам Московской торгово-промышленной палаты.

Это мероприятие во многом продолжило презентационную программу ЗПИФа художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект» под управлением ООО «Управляющая компания “АГАНА”» и позволило специалистам — руководителям департаментов private banking крупнейших банков и негосударственных пенсионных фондов, корпоративным и частным инвесторам, представителям фондовых бирж и профессиональных ассоциаций — обменяться мнениями и получить ответы в отношении художественных ценностей как активов для инвестиций. Сегодня мы представляем основные содержательные фрагменты этого обсуждения.

«Арт-фонды находятся в общем русле развития инвестиционного банкинга»

Олег Сухарев Заместитель генерального директораООО «УК “АГАНА”»

Рынок художественных ценностей в кризисных ситуациях менее подвержен негативному влиянию макроэкономических факторов. Если мы посмотрим на кризисные 2008—2009 гг. — рынок сократился в объемах, однако существенных падений индексов, как на фондовом рынке, не было. Например, если мы смотрим индекс Mei Moses, который является одним из наиболее признаваемых и уважаемых индексов арт-рынка, то падение было значительно меньшим, нежели, например, падение S&P, который является репрезентативным показателем для финансового рынка.

Сейчас ситуация на мировом рынке художественных ценностей практически достигла показателей 2007 г. по объемам. Вышесказанное подтверждает тезис: искусство не так резко падает, хотя объем продаж, объем сделок сокращается.

Если говорить о географии, то рынок искусства — это рынок международный. Основной объем сделок сконцентрирован в США — это аукционные продажи, потом идет Европа, достаточно серьезно усиливается сегмент азиатских стран, прежде всего Китая.

Искусство более стабильно и действительно может выполнять функции защитного актива, в особенности в кризисные периоды. Мы сравнили динамику активности индекса Mei Moses и динамику S&P. За последние 50, 25, 10 и 5 лет искусство более стабильно. Также принципиально важным моментом является корреляция с классическими финансовыми инструментами — она минимальная, что позволяет говорить о наличии потенциала в художественных ценностях именно с позиции балансировки инвестиционного портфеля.

Похожая ситуация и с волатильностью. Рынок художественных ценностей менее волатилен, что подтверждает значение стандартного отклонения по различным классам активов. Он сопоставим с рынком золота, о котором мы в последнее время говорим все чаще и чаще, и он более стабилен, нежели классический фондовый рынок. Конечно, арт-активы менее ликвидны, чем ценные бумаги. Но это особый класс активов, который действительно может рассматриваться как альтернативные инвестиции.

Сейчас мы отчетливо понимаем, что есть объективные как финансовые, так и социокультурные предпосылки к развитию мирового арт-рынка, которые формируют потребность в фондах искусства, в том числе с позиции секьюритизации крупных художественных коллекций. В этом смысле ЗПИФ — это один из наиболее удобных инструментов.

Для примера: если мы говорим о крупной коллекции импрессионистов со средней стоимостью объектов в 10 млн евро, то продать все и сразу невозможно — это крайне негативно отразится на рыночной ситуации. Объекты в лучшем случае будут реализованы с дисконтом в 50–60%. Если мы говорим о внесении этой коллекции в фонд ХЦ, который создается на 10–15 лет, то в таком случае мы получаем возможность эффективно управлять этой коллекцией, максимизируя стоимость каждого объекта путем аукционных продаж или выставочной деятельности.

Опыт России в отношении институциализации инвестиций в искусство во многом уникален. Но мы видим, что этот путь находится в русле общей тенденции развития инвестиционного банкинга: начиная с 2000 г. большинство крупных банков предлагают услуги, связанные с инвестированием в произведения искусства, в том числе через механизм инвестиционных фондов.

Что же касается фотографий как инвестиционного актива для фонда, то, замечу, мы тут не одни. Существует еще один фонд с фотографиями в качестве базового актива — Art Photography Fund. Он управляется австрийской компанией Merit. Причем этот фонд был создан фактически в разгар кризиса и на сегодняшний день работает вполне успешно.

Теперь в отношении прогноза доходности паев ЗПИФа художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект» в частности и подобных фондов вообще. По нашим оценкам, инструмент является достаточно консервативным вне зависимости от выбранной стратегии управления. На спекулятивные доходности на уровне 20–30% годовых точно рассчитывать не стоит. Я думаю, что стабильная доходность на уровне 13–15% по этой категории активов может расцениваться инвесторами как достаточно позитивный показатель.

Однако мы понимаем, что даже у долгосрочного актива должна быть приемлемая ликвидность. Фактически сам пай — это механизм повышения ливидности арт-актива, который менее ликвиден, нежели инструменты фондового рынка. И в этой связи наряду с биржевым обращением, которое поддерживается маркет-мейкерами, надо развивать возможности, связанные с кредитованием под залог паев. Тем более что в западных банках уже накоплен опыт кредитования под залог художественных ценностей. Кредитование под залог паев — это более интересно, это меньший дисконт, это меньшие ставки.

«Институциональный инвестор выглядит фантастически защищенным»

Евгений Зяблов член совета директоров «Арт Консалтинг Групп»

Возникновение институциональных инвесторов на рынке искусства — это реализация мечты методологов арт-рынка, которые все время ищут пути ухода от краткосрочных спекулятивных сделок, прогнозов, которые, как правило, не сбываются в краткосрочном периоде, и стремятся перейти в состояние, которое на самом деле позволяет работать с искусством как с активом первостепенной общечеловеческой значимости.

Как правило, частный инвестор вкладывает деньги, когда речь идет о больших деньгах, в предмет своей страсти. Это доказывают исследования: большинство частных инвесторов любят то, во что инвестируют деньги в части искусства. Институциональный инвестор лишен рисков частного инвестора, когда, ведомый своим вкусом, тот совершает ошибки и попадает под влияние моды и т. д. Институциональный инвестор, имея качественных консультантов, может выбрать стратегию, выбрать под нее качественные активы и прочее — словом, двигаться более стабильно.

Для частного инвестора наиболее характерна проблема, когда меняются его жизненные планы или ситуация (развод, например). То есть у самого владельца художественной ценности или впоследствии у его наследников нередко возникают обстоятельства, при которых нужно немедленно продавать имеющиеся ценности. А при относительно низкой волатильности арт-рынка ситуация может быть в тот момент неблагоприятной — упала ликвидность. Краткосрочно продать нельзя, но и купить по прежней цене — тоже. То есть рынок не корректируется вниз, а просто замирает на какое-то время... А деньги нужны срочно.

В этом смысле институциональный инвестор выглядит фантастически защищенным, поскольку, выбирая качественный актив на срок 5–10 лет, он не торопится ничего продавать специально. Он увлечен популяризацией актива, следовательно, увеличением капитализации стоимости актива, и осуществляет премиальные продажи, то есть только те и на тех рынках, где это выгодно. Понятно, что инфраструктура, которая доступна институциональному инвестору, это совсем не то, что доступно частному лицу. К тому же институциональный инвестор и вся инфраструктура находятся под жестким прессингом законов и нормативных документов.

Все это создает совсем иной уровень защищенности: все-таки, согласитесь, существует большая разница, у кого приобретен продукт — у частного лица или у фонда. Мы считаем, что уже в недалеком будущем эта разница будет создавать премию для инвестфонда при продаже активов.

Очень существенная группа вопросов связана с рисками для арт-фондов. Главный из них — риск приобретения некачественного актива. Ну, скажем, была уверенность, что это Малевич, а окажется, что вовсе не Малевич. Или фонд переплатил за этого Малевича таким фундаментальным образом, что потом его никогда невозможно будет продать с прибылью. Но даже если два этих риска не реализованы, то при неудачной конъюнктуре рынка у фонда могут быть настолько высокие издержки, что они съедят любую прибыль.

В контексте этих рисков предлагаю внимательнее посмотреть на базовые активы ЗПИФа художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект». Наша компания приветствует создание фонда, основанного на фотографии. Некоторое время назад мы провели исследование по категориям активов и увидели целый ряд интересных свойств. Начнем с конца — издержки. Фотографии — настолько ценоемкий и компактный продукт, что в тяжелый для рыночной структуры период, когда, например, ничего не продается, его можно с минимальными издержками просто подержать в компактном хранилище, то есть снизить расходы на управление до параметров, близких только к затратам на страхование. То есть до десятых долей процентов в сумме. Это в суперкризисное время, чтобы потом развернуться при более благоприятной ситуации.

С точки зрения ценообразования с фотографиями гораздо проще, чем с произведениями живописи. Потому что фотография — это эмиссионный продукт. Практически по каждому фотографу известно, сколько его работ продается — это можно считать. Что касается ошибок, связанных с качеством экспертизы, важно то, что как единичный объект фотография относительно недорога. Соответственно, риски покупки некачественного актива в таких единичных случаях минимальны.

Теперь хочу разъяснить один очень важный момент в отношении оценки активов ЗПИФа художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект», которые «сопровождают» фотографии, — это материалы архивов известных личностей ХХ в. или коллекция советских киноплакатов, например. Специалисты «Арт Консалтинга» наряду с зарубежными коллегами, оценивая собрание фонда, стремились дать максимально консервативную оценку, которая тем не менее будет достаточно обоснованна, чтобы пайщики ее восприняли. И мы договорились об определенном консенсусе следующего рода.

Поскольку невозможно оценивать архивы рукописей, которых никогда не было на рынке, и в то же время очевидно, что они представляют значительную культурную ценность, а следовательно, у этих артефактов в будущем неизбежно появится некая рыночная стоимость, мы договорились о том, что с формальной точки зрения мы оцениваем только фотографии, которые входят в эти архивы. Можно сказать, что все остальное входит в состав фонда в качестве бесплатного приложения. Оценить их просто так, единовременно, не представлялось возможным, потому что для этого у нас слишком мало фактической информации. Но в будущем — а речь идет примерно о 100 тыс. единиц хранения — это источник дополнительной капитализации фонда.

«Искусство — это самый качественный актив, ценность которого обусловлена социальным договором»

Евгений Данкевич генеральный директор Брокерского дома «Открытие»

Наша компания планирует принять участие в реализации проекта ЗПИФа ХЦ «Собрание. ФотоЭффект», потому что нам он кажется интересным.

Я совершенно ничего не понимаю в фотографии профессионально. Зато за последние 20 лет немножко успел разобраться в инвестициях. У меня не вызывает сомнений то, что в сегодняшнем мире и в сегодняшней макроэкономической ситуации (не в кратко­срочном плане, а лет на 30), если (не дай бог!) не будет войны или эпидемии язвы, базовые потребности для большинства из тех, кого вообще можно назвать инвесторами, давно удовлетворены. И дальше, если говорить очень просто, вопрос состоит в том, куда вкладывать деньги.

Соответственно, помимо фондовых активов, приносящих доход, существует некоторое количество активов, доход не приносящих, но имеющих либо объективную ценность, либо ценность, обусловленную социальным договором. Любимый актив, ценность которого обусловлена социальным договором, — это золото. Потому что на самом деле фактической ценности оно объективно не имеет в силу добычи его в объемах, катастрофически превышающих его промышленное применение. Таких активов достаточно. На мой взгляд, искусство — это самый качественный актив по множеству причин, ценность которого обусловлена социальным договором. Может быть, пока еще не столь крепкий, не столь длительный в историческом масштабе, как золото и другие подобные, но зато стремительно набирающий силу.

Уверен, что в России достаточно много людей, которые могут считать себя богатыми по отношению к стоимости пая в 500 тыс. руб. Поэтому для меня очевидно, что — с точки зрения средней и долгосрочной перспективы в рамках моей человеческой жизни — это весьма и весьма интересный актив, тем более что размер фонда имеет значение.

И масштаб проекта на самом деле сильно добавляет уверенности и качества, инвестиционного качества фонду, который сформирован, — ЗПИФу художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект» под управлением УК «АГАНА». И это не только мое личное мнение, это наше мнение профессиональное, мы обязательно будем во всем этом участвовать — во всех качествах. И в качестве маркет-мейкеров по поддержке обращения паев на бирже, и в качестве службы private banking с дальнейшим предложением паев фонда нашим клиентам.

«Можно рассчитать стоимость практически всего, в том числе и искусства»

Денис Лукашин генеральный директор компании«Арт Консалтинг»

Я обожаю искусствоведов. Когда с ними общаешься, возникает ощущение, что ты только что родился и фактически прикасаешься к каким-то божественным вещам. На самом деле это действительно так, но, к сожалению, оценщика всегда опускают на землю, потому что от него ждут не эмоций, а установления стоимости. И оценщик несет ответственность за то, что он установил.

В отношении художественных ценностей есть несколько методов оценки, которые все вместе являются довольно сложной системой. Экспертный метод — всего лишь один из методов, который участвует в оценке, и у него есть определенная доля погрешности. А оценщик в соответствии с законом должен использовать все доступные и возможные методики и методы. Поэтому наряду с экспертным методом применяется анализ рыночных продаж, который дает понимание о средней цене, на которую не влияют какие-то пиковые, стрессовые ситуации, касающиеся кризисов, падений и взлетов рынка, установления приоритетов игры на арт-рынке.

Мы понимаем, что рынок достаточно сложный, и на самом деле на стоимость таких сложных активов, как произведения искусства, влияет очень много факторов. Например, краткосрочно рынок может на неделю сильно взлететь — если будет день рождения у кого-то из наших власть имущих, которому будут, например, собирать передвижников. И цены на передвижников в этот момент могут взлететь на 20, 30, 40%.

Могут быть наигранные аукционные продажи, когда один или два дилера поднимают цену для клиента, чтобы заработать побольше маржу. Оценщики обязаны учитывать все это именно практическим путем, потому что цена ошибки здесь достаточно велика.

Что же касается определения стоимости бесценных художественных объектов, скажу так: можно рассчитать стоимость практически всего, в том числе искусства. И это не умаляет его бесценной роли и социокультурной значимости. Но рано или поздно возникают ситуации, когда тем или иным образом бесценные артефакты выходят на рынок, и фактически оценщики и рынок должны определить стоимость того, что на нем появилось.

Хочу добавить несколько слов в отношении уже неоднократно упомянутой оценки «ноль» по некоторым активам ЗПИФа художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект»: речь идет о нефотографической части собрания, о рукописях, дневниках, рекламных плакатах советского кино. В данном случае оценка «ноль» по таким активам — это скорее нюансы не оценки, а текущего этапа формирования фонда. В принципе, оценки «ноль» по художественным плакатам советского кино быть не может, потому что это ликвидный актив на рынке культурных ценностей. Но для фонда это вопрос будущей капитализации.

Что касается в целом фотографий как активов фонда, ситуация здесь следующая: предметы уникальные, но рынок-то на самом деле не уникальный. Рынок фотографий как сегмент рынка искусства уже сложился, на нем регулярно проходят аукционы и продажи. И кроме установления прямых стоимостей на основе прямых продаж существуют методики, по которым учитывается стоимость аналогичных продаж, то есть схожих по качеству объектов. Поэтому любая продажа предметов, похожих по качеству и состоянию, влияет на стоимость предметов, которые находятся примерно в том же ряду и обладают теми же качествами. И это касается не только рынка искусства, но и вообще большинства рынков.

«Россия — это первая страна, которая провела секьюритизациюарт-активов»

Павел Иванов руководитель группы по развитию инструментов коллективногоинвестирования ЗАО «Фондовая биржа ММВБ»

Профессиональный подход биржевиков к художественным ценностям максимально скучный. Если в депозитарии «ИНФИНИТУМ», например, можно увидеть фотографии — активы ЗПИФа художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект», а сама управляющая компания «АГАНА» их может выставлять для обозрения на выставках, то для биржи паи фонда — это сухие проводки по счетам.

По нашим оценкам, в мире сейчас существует порядка 30 фондов, вкладываю­щих в художественные ценности. Объем активов этих фондов, не считая «Собрание. ФотоЭффект», составляет примерно 400 млн долл. То есть фактически арт-фонд под управлением УК «АГАНА» представляет половину рынка.

Несмотря на достаточно длительную историю существования арт-фондов, биржевой торговлей ценными бумагами таких фондов пока никто активно не занимался. Вот сейчас в Индии, насколько я знаю, прорабатывается концепция регулирования таких фондов. И в принципе, концепция очень похожа на ту, что сейчас существует в России: схема коллективного инвестирования, а паи — как бы акции фонда.

Наряду с формированием финансовых продуктов арт-фондов, которые понятны классическому биржевому рынку, в мире появляются и в некотором смысле экзотические биржевые форматы. Например, проект Paris Art Exchange — на этой бирже торгуются пока две картины, оцениваемые в 100 и 120 тыс. евро. Изначально полотна были «разделены» на энное количество акций, стоимостью по 10 евро. Биржа открылась только в начале этого года, и пока для анализа слишком мало информации.

Два других примера из Китая: Шеньженьская биржа культурных ценностей (Shenzhen Cultural Assets and Equity Exchange) — здесь торгуется пул из 12 картин, поделенный на 1000 акций/долей; на Тяньшаньской бирже искусства (Tianjin Cultural Artwork Exchange) торгуются два полотна. И речь идет о работах современных китайских художников.

На фоне таких примеров можно с абсолютной уверенностью утверждать, что Россия — это первая страна, которая провела секьюритизацию арт-активов по полной программе, с выходом на стандартный биржевой актив в виде ценной бумаги. Ведь многим инвесторам не так уж и важно, что в реальности находится в коллекции данного фонда, а важен долгосрочный рост курсовой стоимости.

Паи ЗПИФа художественных ценностей «Собрание. ФотоЭффект» под управлением УК «АГАНА» были допущены к торгам на ММВБ 11 апреля 2011 г. На конец мая сделки были зафиксированы на уровне 503 тыс. руб. при старте в 500 тыс. руб. Недавно паи фонда были включены в котировальный список B, и я надеюсь, что продвижение этого финансового продукта по котировальным спискам позволит большим категориям инвесторов вкладывать деньги в эти ценные бумаги.

В заключение хотелось бы отметить следующее. Когда речь заходит о паях арт-фонда, многие высказывают скептические соображения о том, как оценивать искусство. И у такого подхода есть основания. Для специалистов фондового рынка привычнее торговать некими гомогенными продуктами, по которым сделки идут постоянно, по которым есть исторические ряды и по которым можно оценивать если не потенциал роста, то, по крайней мере, сколько денег рынок давал вчера за данный актив. И в этом смысле паи арт-фонда — случай абсолютно другой. Значит, во многом успех или неуспех фондов художественных ценностей будет зависеть от усилий управляющей компании по продвижению своего проекта как на рынке базовых активов, так и в финансовом секторе, где существуют свои правила и ориентиры, которые обязательно надо учитывать.

Подробнее об инвестициях в искусство - invest-in-art.ru


Содержание (развернуть содержание)
Ипотечные сертификатыучастия на ипотечноепокрытие и закрытый паевой инвестиционный ипотечный фонд Сквозная секьюритизация и инвестиции на рынке ипотечного кредитования «с прицелом на НПФ»
Уроки кризиса: выбор управляющей компаниии НПФа
Секьюритизация художественных ценностей«шагает по планете»
Искусство — это актив первостепенной общечеловеческой значимости
Эпоха миллионов
Возможен ли американский дефолт?
О современных тенденциях развития клиринга Часть 1. Организация и экспансия
Опцион — «юридическое изобретение» общего права
Присоединение как инструмент снижения налоговых рисков
Концепция фондового кредита в структуре рыночной котировки
Муниципальные облигации в РФ
Вопросы привлечения заемных средств для финансирования муниципальных инфраструктурных проектов в Российской Федерации
Растущее давление на расходы российских РМОВ в преддверии выборов может негативно повлиять на их текущие балансы в 2011—2012 гг.

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100