Casual
РЦБ.RU
  • Автор
  • Еганян Альберт, Управляющий партнер Юридической фирмы «Вегас-Лекс»

  • Все статьи автора

Проектное финансирование с госплечом: новые тренды в инвестициях

Июль 2010

Интервью с управляющим партнером Юридической фирмы «Вегас-Лекс» Альбертом Еганяном

Из-за финансового кризиса классические формы вложений потеряли привлекательность. Поэтому многие инвесторы проявляют все большую заинтересованность в инфраструктурных проектах, основной особенностью которых являются различные формы взаимодействия государства и частного бизнеса в формате так называемого проектного финансирования с госплечом. О правовых механизмах финансирования инфраструктурных проектов рассказал управляющий партнер юридической фирмы «Вегас-Лекс» Альберт Еганян.

РЦБ: Чем обусловлен, на Ваш взгляд, растущий интерес инвесторов к проектам с участием государства?

А. Е. Каждый инвестор хотел бы до минимума снизить инвестиционные риски и при этом обеспечить себе приемлемую доходность. К сожалению, вложения во многие традиционные сферы бизнеса, как показал кризис, в текущее время слишком рискованны, а гособлигации — недостаточно доходны. Да и они, как показывает ситуация с Грецией, недостаточно надежны. Проектное финансирование с госплечом обеспечивает оптимальное соотношение «риск/доходность» для большинства осторожных инвесторов. А в посткризисный период осторожничают все, даже самые азартные игроки.

РЦБ: О государственно-частном партнерстве в России говорят давно. Как в этой связи поменялось понимание данной категории бизнеса и какие тенденции характерны для отрасли?

А. Е. До кризиса ГЧП в России ассоци­ировалось с проектами Инвестиционного фонда РФ, т. е. бюджетными инвестициями в инфраструктуру, синхронизированными с частными инвестициями в производственно-промышленные кластеры. Сегодня у государства недостаточно денег для удовлетворения потребности в бюджетных инвестициях в страновом масштабе. Поэтому подход к ГЧП радикально изменился. Если раньше государство решало задачу с умом потратить существующие в достаточном количестве деньги, то сейчас его основная задача — привлечь в развитие инфраструктуры внебюджетные источники, частные инвестиции, обеспечив участием бюджета эффективный старт конкретного проекта. Однако инвестиции в инфраструктуру, причем не только транспортную, окупаются долго, их доходность на первом этапе не столь высока, как у проектов в других секторах экономики. Для того чтобы повысить доходность и при этом снизить риски, в них используются различные инструменты гос­поддержки, то, что называется «госплечом». Но, по своей сути, это классическое проектное финансирование, более высокая доступность финансовых ресурсов в котором обеспечивается через различные формы государственных гарантий, субсидирования, гарантированных закупок и т. п.

Вместе с формированием общего тренда на снижение бюджетных затрат, естественно, изменился акцент и в части развития законодательства. Если раньше государство больше внимания уделяло совершенствованию правил расходования государственных средств, то сейчас основной тренд — развитие концессионного и квазиконцессионного законодательства, деблокирование ограничений различных форм участия в расширении спектра национальной инфраструктуры, привлечение инвестиций в подобные проекты, например, через механизм выпуска инфраструктурных облигаций.

В части развития договорных форм ГЧП (концессий и иных форм ГЧП-контрактов) есть мнение Президента РФ и Председателя Правительства РФ о необходимости разработки поправок в законодательство, выраженное в конкретных поручениях. В настоящий момент ответственные органы власти вместе с экспертным сообществом активно над ними работают. Параллельно Минэкономразвития подготовило концепцию закона о проектном финансировании — серию поправок в различные нормативно-правовые акты в целях создания эффективного правового регулирования проектного финансирования, способствующего привлечению частного капитала в строительство инфраструктуры.

РЦБ: Какие концессионные формы, существующие в международной практике, могут использоваться для финансирования инфраструктуры в России?

А. Е. Помимо закрепленной в Законе «О концессионных соглашениях» формуле BOT (build — operate — transfer, т. е. «построй — управляй — передай») в мире существует масса других форм концессий. Условно их можно разделить на две большие группы: концессии, которые получают доходы с пользователей объектов концессионного соглашения (например, на платные дороги), и концессии, в которых за пользователей платит государство (объекты инфраструктуры, предоставляемые пользователям бесплатно). В России вторая группа концессий, которые с большей точностью можно называть квази-концесионными формами, только набирает обороты. Между тем один из таких видов — так называемые контракты жизненного цикла (КЖЦ) получили широкое распространение в международной практике. КЖЦ — производный случай от контрактов типа DBFM (design — build — finance — maintain, т. е. «спроектируй — построй — профинансируй — поддерживай). Подрядчик обязуется не только спроектировать и построить объект, но и поддерживать его в надлежащем состоянии в течение всего расчетного периода эксплуатации (жизненного цикла), а заказчик, т. е. государство, — выплачивать в течение всего этого срока вознаграждение за предоставление объекта контракта в публичное пользование. Отличительная черта КЖЦ заключается в том, что проекты с использованием данной контрактной схемы позволяют интенсивно развивать инфраструктуру с помощью внебюджетных источников с отложенной нагрузкой на бюджет, поскольку первые платежи государство начинает осуществлять только после того, как объект сдан в эксплуатацию.

Как уже упоминалось, главное отличие КЖЦ от концессии — возможность создания и модернизации объектов, которые нельзя сделать платными, т. е. доходная часть инвестора формируется не за счет платы за пользование объектом (платная дорога, медицинский центр), а за счет отчислений из бюджета за предоставление обслуживания функционирующего объекта. Однако это не значит, что для государства такой проект исключительно затратный. Во-первых, по сравнению с традиционной бюджетной стройкой формат КЖЦ позволяет сэкономить до 40% от стоимости проекта. Во-вторых, развитие инфраструктуры способствует, как известно, развитию и частного сектора. Дополнительные налоговые поступления за счет частных проектов, ставших возможными благодаря строительству инфраструктурных проектов по модели КЖЦ, позволяют компенсировать расходы по возмещению затрат подрядчика. Таким образом, формат КЖЦ одинаково выгоден как государству, так и инвестору, который получает долгосрочный контракт с казной, не зависящий от спроса и иных рыночных факторов.

Наличие обеспеченного государством контракта, а также возможность получения госгарантий позволяют инвестору значительно повышать эффективность производных финансовых инструментов, таких как займы, выпуск облигаций, и других форм проектного финансирования. Интерес же государства состоит в том, что оплата частнику напрямую зависит от того, соответствует ли итоговый продукт заявленным потребительским и функциональным свойствам (например, для автодорог это качество покрытия, максимальный уровень аварийности). При этом выбор технического решения зависит от частного инвестора, что позволяет применять наиболее эффективные и признанные в мире инновационные технические решения. В таком подходе — от потребительских свойств итогового результата контракта — и состоит одно из ключевых отличий КЖЦ от иных форм, позволяющее привлекать инвесторов, экономить деньги государства, приносить доход частному инвестору и в конечном счете более качественно удовлетворять потребности итоговых потребителей граждан.

При этом КЖЦ, другие квазиконцес­сионные и концессионные формы могут применяться не только и не столько в транспортной инфраструктуре, но и в инфраструктуре в широком смысле этого слова: цифровое телевидение, школы, городское освещение и в большинстве иных сфер, относящихся к мандату муниципальных, региональных или федеральных властей.

РЦБ: Каким образом формат гос­у­дарственно-частного партнерства может влиять на инвестиционную привлекательность проекта?

А. Е. Государственное плечо в условиях нестабильной финансовой системы дает существенное преимущество. Повышается устойчивость финансовой модели проекта, а значит, лучше защищены интересы и инвесторов, и всех участников проекта. Обратная сторона медали — существенно снижается стоимость капитала по таким проектам. Очевидно, что проекты, имеющие контрактные или бюджетные гарантии государства, получают более высокие кредитный и инвестиционный рейтинги по сравнению с классическими.

Скажем, обычные корпоративные облигации сегодня на рынке имеют доходность, близкую к процентной ставке по коммерческим кредитам. В разгар кризиса их доходность взлетала на несколько десятков процентов. Понятно почему — риск дефолта был достаточно велик. Проектные облигации по инфраструктурным проектам (так называемые инфраструктурные облигации) могут, кроме прочего, быть обеспечены гарантиями ВЭБ и автоматически получают высокий инвестиционный рейтинг, близкий к суверенному рейтингу России, что делает их привлекательными даже для таких консервативных инвесторов, как пенсионные фонды. А использование такого инструмента, как гарантии международных финансовых институтов (предоставляемых обычно под контргарантии правительства) способно поднять инвестиционную привлекательность инфраструктурных проектов еще выше.

РЦБ: Что, по вашему мнению, необходимо предпринять в правовой сфере для активизации различных форм ГЧП?

А. Е. Необходимо предпринять поправки, повышающие привлекательность таких проектов для банков и инвестиционного сообщества. В частности, необходимо уточнить порядок учета долгосрочного бюджетного финансирования проектов с тем, чтобы концессионер или подрядчик могли более эффективно кредитоваться под эти поступления на длительный срок.

Стоит также уточнить механизм предоставления государственных гарантий по долгосрочным проектам. Существующие правила, по которым вся сумма госгарантий резервируется в бюджете, делают их бессмысленными с точки зрения бюджетной эффективности — получается, что госгарантии в той же мере усугубляют дефицит бюджета, что и прямые государственные расходы. Разумнее резервировать в бюджете только ту часть предоставляемых гарантий, которые покрывают платежи за текущий финансовый год.

Есть вопросы и со встречным обеспечением, которое должен предоставить заемщик для получения госгарантий. Вероятно, таким обеспечением могут быть гарантированные платежи со стороны государства, в том числе гарантированные закупки, гарантии минимального трафика. Но сейчас такой вид обеспечения законом не предусмотрен. Кроме того, не до конца устраненная правовая неопределенность по выбору между концессионным законодательством и нормами о госзакупках порождает дополнительные проектные риски. Вышесказанное лишь подтверждает общую тенденцию, направленную на расширение линейки инструментов и поиск возможностей финансирования инфраструктурных проектов в формате проектного финансирования с госплечом.


Содержание (развернуть содержание)
Юбилейный 400-й выпуск журнала «Рынок ценных бумаг»
Quo vadis, euro? Куда идешь, евро?
Новый коридор для Банка России
IPO-2010: итоги первого полугодия
МРК Связьинвеста: итоги 2009 г., перспективы развития в 2010 г.
Проектное финансирование с госплечом: новые тренды в инвестициях
Защита интересов кредиторов при ликвидации должника: тонкости законодательства, нюансы практики
Список аффилированных лиц эмитента на интернет-сайте. Как доказать своевременное размещение и оспорить претензии фсфр России
Цели оценки справедливой стоимости компании
Построение процесса разработки стратегии компании
«Случайные блуждания» на эффективных рынках
Что происходит на рынке субфедеральных и муниципальных облигаций
Заемные финансовые ресурсы в системе источников финансирования развития города Краснодара
Рост различий в финансовой политике российских регионов и местных органов власти приведет к возможности более значительной дифференциации их рейтингов
Окно в Европу для российских регионов
Российские регионы: влияние кризиса и возможности адаптации

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100