Casual
РЦБ.RU
  • Автор
  • Бекаревич Павел, Независимый эксперт по управлению рисками и страхованию инфраструктуры рынка ценных бумаг

  • Все статьи автора

Договорная ответственность: страхование ответственности или безответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг?

Май 2010

По мере развития института добровольного страхования ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг все более актуальным становится устранение давней проблемы — правового казуса, связанного со страхованием так называемой «договорной ответственности». В настоящее время имеется возможность решения этой проблемы путем внесения изменений в действующее законодательство. Вопрос в том, воспользуется ли этим «окном возможностей» регулятор?

С чего все начиналось?

Начиналось все, как, впрочем, и весь российский рынок ценных бумаг, с Федерального закона «О рынке ценных бумаг» от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ, ст. 51 «Ответственность за нарушения законодательства Российской Федерации о ценных бумагах» которого включала п. 9 следующего содержания: «В случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими законодательными актами Российской Федерации о ценных бумагах, участники рынка ценных бумаг обязаны обеспечивать имущественные интересы владельцев залогом, гарантией и другими способами, предусмотренными гражданским законодательством Российской Федерации, а также страховать имущество и риски, связанные с деятельностью на рынке ценных бумаг».

Поскольку в указанном Федеральном законе больше ни слова не говорилось об обязанности участников рынка обеспечивать чем-либо имущественные интересы владельцев, а также страховать имущество и риски, связанные с их деятельностью на рынке ценных бумаг, то, видимо, предполагалось, что такие «специальные» законодательные акты появятся в будущем (что частично и случилось, но об этом позже), а пока профессиональные участники могут заниматься защитой прав инвесторов в добровольном порядке, руководствуясь правилом «что не запрещено, то разрешено».

Исторически сложилось так, что вопросами защиты прав инвесторов первыми озаботились учетные институты (регистраторы и депозитарии) и их «профильная» саморегулируемая организация ПАРТАД1, под эгидой которой в конце 90-х начал формироваться российский рынок страхования профессиональных участников РЦБ.

Оно и понятно, ведь учетным институтам (в первую очередь — регистраторам) приходилось (и до сих пор приходится) иметь дело с огромным количеством лиц, зарегистрированных в реестре владельцев ценных бумаг (в некоторых случаях их число может достигать нескольких миллионов), и, соответственно, выполнять огромное количество операций, особенно во времена так называемых «скупок» середины 90-х. А при таком объеме работы неизбежно увеличивается количество как операционных ошибок персонала, так и технических сбоев оборудования.

Кроме того, в конце 90-х (когда биржевая торговля наиболее ликвидными акциями — «голубыми фишками» — стала доступна широкому кругу частных инвесторов) был выявлен еще один «бич» регистраторов — мошеннические действия внешних лиц (как правило, с использованием поддельных документов). Стали происходить также и случаи внутреннего мошенничества со стороны работников регистраторов, а с развитием технологий — и случаи совершения электронно-компьютерных преступлений (как со стороны персонала, так и внешних лиц).

В итоге в профессиональном сообществе регистраторов сложилось понимание необходимости разработки компенсационных инструментов, предназначенных для возмещения убытков от реализации рисков их профессиональной деятельности, и таким инструментом стало страхование.

На протяжении более 10 лет добровольное страхование учетных институтов развивалось, менялись требования как к условиям договоров/полисов страхования, так и к страховым компаниям, осуществляющим такое страхование.

Ввиду различия подходов страховых компаний к страхованию учетных институтов, выражающегося, в частности, в наличии у них различных видов правил страхования, страхование регистраторов производилось как на условиях страхования имущества (собственных убытков регистраторов), так и на условиях страхования их ответственности за причинение убытков третьим лицам — владельцам ценных бумаг либо на условиях обоих видов страхования (так называемое «комплексное» страхование).

С середины 2000-х гг. становилось все более очевидным, что интересам владельцев ценных бумаг в наибольшей степени отвечает именно страхование ответственности регистраторов, применение которого позволяет потерпевшему лицу получить страховое возмещение напрямую от страховой компании во внесудебном порядке, минуя утомительную судебную процедуру.

В результате в 2007 г. ПАРТАД были приняты существующие до сих пор условия регистрации2 договоров/полисов страхования организаций — членов ассоциации, которые вводили добровольное страхование ответственности учетных институтов (регистраторов и депозитариев) по широкому перечню рисков, включающих как внутренние, так и внешние факторы (причины реализации рисков):

  • непреднамеренные действия (ошибки, упущения, небрежность) работников страхователя, включая неисполнение или ненадлежащее исполнение ими своих служебных обязанностей;
  • умышленные противоправные (мошеннические) действия или бездействие работников страхователя, включая совершение действий с использованием поддельных документов, а также несанкционированный доступ к компьютерным сетям страхователя с целью уничтожения, изменения (искажения) электронных данных;
  • умышленные противоправные действия внешних по отношению к страхователю лиц, включая совершение действий с использованием поддельных документов, а также несанкционированный доступ к компьютерным сетям страхователя с целью уничтожения, изменения (искажения) электронных данных;
  • сбои (отказы, нарушения работы) вычислительной техники, программного обеспечения, коммуникационного и иного оборудования, используемого страхователем при осуществлении застрахованной деятельности.

Основной объем страховых возмещений по договорам/полисам страхования учетных институтов (все — регистраторы) пришелся на 2006—2008 гг., в течение которых страховщиками было произведено 5 выплат на общую сумму 27,1 млн руб. При этом спектр реализовавшихся рисков (непреднамеренные ошибки работников, противоправные мошеннические действия персонала, исполнение поддельных документов, компьютерные преступления) подтвердил актуальность рисков, включенных в условия регистрации.

К 2009 г. абсолютное большинство регистраторов стали рассматривать добровольное страхование своей профессиональной ответственности как неотъемлемый элемент системы управления рисками (около 90% регистраторов, причем не только членов ПАРТАД, имели договоры/полисы страхования), на практике доказавшей свою эффективность в качестве компенсационного инструмента.

Как появилась проблема?

Между тем все более явно начала проявляться проблема так называемой «договорной ответственности», подспудное существование которой высветило решение Президиума Высшего арбитражного суда (ВАС) в августе 2005 г., в соответствии с которым стоимость похищенных у акционера акций была взыскана с эмитента ценных бумаг, а не с регистратора. Тем самым суд постановил, что за ошибки регистратора (а точнее, за отсутствие с его стороны должной осторожности и осмотрительности), повлекшие за собой причинение убытков акционерам, должен отвечать эмитент, который передал ведение своего реестра регистратору (при предъявлении потерпевшим лицом иска напрямую к эмитенту, минуя регистратора).

Казалось бы, что это (вышеупомянутое решение Президиума ВАС) меняет с точки зрения страхования профессиональной ответственности регистраторов? На первый взгляд, ничего особенного — только появляется дополнительное звено в страховой цепочке от потерпевшего лица до страховой компании, а именно эмитент, который после уплаты потерпевшему лицу суммы возмещения убытков «перекладывает» свой убыток на регистратора в порядке регресса. Поскольку из договора между регистратором и эмитентом проистекает гражданская ответственность регистратора за его нарушение (ненадлежащее ведение регистратором реестра владельцев ценных бумаг эмитента, выразившееся в нарушении прав владельцев ценных бумаг, и, как следствие, причинение убытков эмитенту), то такие регрессные иски от эмитентов к регистраторам, как правило, удовлетворялись судами автоматически.

Иными словами, при реализации «регрессной» схемы происходит перенос гражданской ответственности регистратора перед акционером (изначально потерпевшим лицом) на ответственность перед эмитентом, который покрыл убытки акционера по судебному решению и предъявил в свою очередь регрессный иск к регистратору. Казалось бы, какая разница, перед кем отвечать — перед акционером, которому были причинены убытки, или перед эмитентом, с которым заключен договор на ведение реестра акционеров? В любом случае раз у регистратора возникает ответственность возместить убытки (неважно кому — акционеру или эмитенту), это должно покрываться страхованием ответственности регистратора.

Но дьявол, как водится, в деталях. Во-первых, надо внимательно читать договор страхования: включены ли эмитенты ценных бумаг, реестры которых ведет регистратор, в состав так называемых «третьих лиц» (потерпевших), которым могут быть причинены убытки при осуществлении страхователем (регистратором) застрахованной деятельности (деятельности по ведению реестра), и если нет (т. е. третьи лица — это только лица, зарегистрированные в реестре владельцев ценных бумаг), то страхование ответственности регистратора перед эмитентами таким договором просто не покрывается.

Но это еще не все. Дело в том, что между лицами, зарегистрированными в реестре акционеров эмитента, и самим эмитентом имеется принципиальная разница: первым регистратор оказывает услуги без заключения какого-либо договора (просто на основании лицензии профессионального участника), а со вторым его связывают договорные отношения. Таким образом, если в случае причинения материального вреда (убытков) зарегистрированным лицам страхование гражданской ответственности регистратора осуществляется на основании ст. 931 ГК РФ «Страхование ответственности за причинение вреда», то в отношении убытков, причиненных регистратором эмитенту (как это фактически происходит при «регрессной» схеме возмещения убытков), страхование, исходя из наличия у сторон договорных отношений, должно происходить в соответствии со ст. 932 ГК РФ «Страхование ответственности по договору».

При внимательном прочтении ст. 932 ГК РФ, а именно п. 1 статьи, следует, что «страхование риска ответственности за нарушение договора допускается в случаях, предусмотренных законом». Ну что ж, раз законом, так законом. А что у нас в российском законодательстве предусмотрено в отношении страхования ответственности? И оказывается, что единственным нормативно-правовым актом, который хоть как-то упоминает о страховании рисков на рынке ценных бумаг, является тот самый «базовый» Федеральный закон «О рынке ценных бумаг» от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ, п. 9 ст. 51 которого, как было указано в начале статьи, обязывает участников рынка ценных бумаг страховать имущество и риски, связанные с их деятельностью на РЦБ, но… только «в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими законодательными актами Российской Федерации о ценных бумагах».

Что же получается?

Раз в самом ФЗ «О рынке ценных бумаг» больше ничего о страховании «рисков, связанных с деятельностью на рынке ценных бумаг» не говорится и никаких иных законодательных актов, регулирующих вопросы страхования таких рисков, так и не появилось, то получается, что никакими законами страхование риска ответственности регистратора за нарушение договора по ведению реестра не предусмотрено. А раз так, то и страхование ответственности регистратора за причинение убытков третьим лицам — эмитентам, с которыми регистратора связывают договорные отношения, в силу запрета ст. 932 ГК РФ фактически выпадает из правового поля, становясь нелегитимным.

Как же тогда «работает» страхование ответственности регистраторов в случае так называемой «договорной ответственности», когда акционер взыскивает сумму убытка с эмитента ценных бумаг, а тот в свою очередь взыскивает понесенные убытки с регистратора в порядке регресса, тем более что страховые выплаты по таким «регрессным» схемам страховщиками de facto уже производились?

Здесь необходимо отметить несколько факторов.

Во-первых, страхование ответственности регистраторов по таким «работающим» договорам страхования основывается не на ст. 932, а на ст. 931 ГК РФ, в соответствии с которой может быть застрахован риск ответственности страхователя (в нашем случае — регистратора) по обязательствам, возникающим вследствие причинения им имущественного вреда (убытков) иным (третьим) лицам, которым регистратор оказывает услуги при осуществлении своей профессиональной деятельности.

Во-вторых, в таких договорах страхования в качестве третьих лиц (потерпевших) наряду с зарегистрированными лицами явно указываются эмитенты, реестры которых ведет регистратор, — на случай подачи регрессных исков со стороны эмитентов.

Ну и наконец, нельзя сбрасывать со счетов такой фактор, как деловая репутация страховщика, если, конечно же, страховая компания намерена и далее работать на рынке добровольного страхования ответственности регистраторов.

Ведь сам по себе этот рынок весьма узок (прежде всего, из-за небольшого числа оставшихся после всех «укрупнений» регистраторов — 50, по данным ФСФР на 25 декабря 2009 г.), и информация об отказе в выплате одному из участников рынка на основании «договорной ответственности» (притом что «регрессная» схема заложена в договор страхования) мгновенно станет известна всем заинтересованным лицам, что неизбежно повлечет за собой сокращение клиентской базы страховщика. Еще в большей степени это скажется на положении страховой компании на рынке при наличии у регистраторов объединяющей их «профильной» СРО, которая может, пусть и негласно, выдать «черную метку» такому недобросовестному страховщику.

Кроме того, нельзя не учитывать и возможность судебного оспаривания отказа в выплате со стороны страхователя (регистратора), ведь, с его точки зрения, если страховая компания включила в договор страхования возможность выплаты страхового возмещения по «регрессной» схеме, а потом отказалась от выплаты, сославшись на ничтожность страхования по причине «договорной ответственности», то в действиях страховщика можно усмотреть признаки мошенничества — намеренного введения клиента (страхователя) в заблуждение относительно условий заключенного страхового договора.

Что из этого следует?

А следует из всего этого то, что в настоящее время добровольное страхование ответственности регистраторов, покрывающее в том числе их ответственность за причинение убытков эмитентам, основывается не на нормах законов (как должно быть), а скорее на негласных, хотя и устоявшихся, правилах делового оборота, что не может не беспокоить регистраторов, заинтересованных в полноценной страховой защите, ведь в конечном счете всегда остается вероятность того, что страховщик (даже самый что ни на есть добросовестный) может взять да и отказать в выплате страхового возмещения на основании ничтожности страхования «договорной ответственности», наплевав и на свою годами создаваемую репутацию, и на перспективу судебных тяжб. И чем больше «цена вопроса» — размер страхового возмещения, тем выше вероятность потенциального отказа.

Что же со всем этим делать?

Вариант первый (предлагаемый отдельными представителями наиболее консервативных страховщиков и аффилированных с ними страховых брокеров): отказаться от страхования ответственности по всему перечню рисков и вернуться к схеме так называемого «комплексного» страхования (как это и было в начале 2000-х), по которой в рамках одного договора/полиса осуществлялось как страхование ответственности регистратора (по рискам непреднамеренных ошибок персонала и сбоев оборудования), так и страхование имущества (собственных убытков) регистратора в результате умышленных противоправных действий работников страхователя и внешних лиц, а также электронно-компьютерных преступлений.

Считаю, что данный подход не выдерживает никакой критики, поскольку, во-первых, не снимает проблему «договорной ответственности» в части страхования рисков неумышленного характера (страхуемых по разделу «Страхование ответственности»), а во-вторых (что еще более важно) — исключает саму возможность внесудебной выплаты страхового возмещения потерпевшему лицу по рискам криминального свойства (страхуемых по разделу «Страхование противоправных действий и электронно-компьютерных преступлений»), поскольку необходимым условием выплаты по данному разделу является судебное решение, в соответствии с которым регистратор сначала возмещает убытки потерпевшему лицу, и только после этого (понеся уже собственные убытки) у него возникают основания для обращения в страховую компанию за страховой выплатой.

Кроме того, как показала практика, все известные страховые выплаты производились именно по механизму страхования ответственности — как в случае «чистых» договоров страхования ответственности регистраторов, так и в случае «комплексных» договоров страхования, «заточенных», насколько это возможно, под страхование ответственности.

Таким образом, первый вариант (отказ от «чистого» страхования ответственности в пользу «комплексного» страхования) представляется тупиковым и не отвечает ни интересам страхователей (регистраторов), ни лиц, которым они оказывают свои услуги (эмитентам, владельцам ценных бумаг) и для которых процесс получения страховой выплаты будет неизбежно затягиваться на время длящихся порой годами судебных разбирательств.

Второй вариант решения проблемы «договорной ответственности», который видится более предпочтительным, — это легитимизация уже сформировавшегося и доказавшего свою эффективность института страхования ответственности профессиональных участников путем совершенствования сильно отставшего от нынешних реалий «профильного» законодательства в области рынка ценных бумаг.

Под легитимизацией института страхования ответственности понимается внесение поправок в действующие законодательные акты, касающиеся рынка ценных бумаг (в первую очередь — в ФЗ «О рынке ценных бумаг»), вводящих обязательное страхование ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг или хотя бы допускающих добровольное страхование их ответственности (напомню, что в действующей редакции ФЗ «О рынке ценных бумаг» о страховании ответственности вообще ничего нет, а имеется лишь расплывчатая фраза об обязанности участников рынка ценных бумаг страховать риски, связанные с деятельностью на рынке ценных бумаг, да и то только в случаях, предусмотренных настоящим федеральным законом и другими законодательными актами Российской Федерации о ценных бумагах, которые с 1996 г. так и не появились).

Конечно, идеальным решением было бы законодательное введение обязательного страхования ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг (на первых порах — хотя бы для учетных институтов: регистраторов и депозитариев), что одновременно с решением проблемы «договорной ответственности» позволило бы профессиональным участникам относить плату за страхование на расходы организации (в настоящее время приходится платить из прибыли) и, безусловно, послужило бы стимулом для дальнейшего развития института страхования ответственности.

Причем примеры такого законодательного введения обязательного страхования ответственности для других участников финансового рынка уже имеются:

  • это и Федеральный закон от 24 июля 2002 г. № 111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации», согласно ст. 25 которого управляющие компании и специализированный депозитарий обязаны страховать риск своей ответственности за нарушение договоров по доверительному управлению (контролю за таким управлением) средствами пенсионных накоплений граждан;
  • и Федеральный закон от 20 августа 2004 г. № 117-ФЗ «О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих», по ст. 31 которого управляющие компании и специализированный депозитарий обязаны страховать риск своей ответственности за нарушение договоров по доверительному управлению (контролю за таким управлением) средствами «военной ипотеки».

Кроме того, соответствующими «профильными» законами обязательное страхование ответственности предусмотрено для арбитражных управляющих (Федеральный закон от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») и оценщиков (Федеральный закон от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации»), а наличие договора страхования ответственности является одним из условий осуществления деятельности строительных организаций (Федеральный закон от 22 июля 2008 г. № 148-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации») и туроператоров (Федеральный закон от 24 ноября 1996 г. № 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации»).

Как не сделать хуже?

Однако следует понимать, что введение обязательного страхования ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг помимо неоспоримых плюсов (решение проблемы «договорной ответственности», отнесение расходов на страхование на себестоимость) может привести и к негативным последствиям (пока не вполне осознаваемым).

Так, излишняя законодательная «зарегулированность» требований к содержанию договора обязательного страхования ответственности, в частности к перечню застрахованных рисков, может негативно отразиться на роли и адекватности страхования как компенсационного инструмента, предназначенного для покрытия возможных убытков от реализации рисков, связанных с профессиональной деятельностью организации. Ведь жизнь не стоит на месте, меняются как особенности деятельности профессиональных участников, так и сопутствующие ей риски. Наиболее яркий пример — повсеместное внедрение в течение последних 2–3 лет защищенного электронного документооборота с использованием электронно-цифровой подписи и, соответственно, необходимость для организаций, использующих в своей работе ЭДО, учитывать и страховать новые специфические риски.

Важнейшим также является вопрос установления тарифов на обязательное страхование ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг. В настоящее время стоимость договора страхования определяется по соглашению сторон, исходя из предстраховой оценки (сюрвея) рисков профессионального участника со стороны страховой компании или иной специализирующейся на оценке рисков организации. А если цена страхования будет законодательно ограничена сверху некими предельными уровнями тарифов, которые окажутся экономически невыгодными для страховых компаний или будут неадекватными рискам, принимаемым на себя профессиональными участниками, то такой (даром что обязательный) рынок страхования будет обречен в лучшем случае на «растительное» существование в целях удовлетворения минимально допустимых требований.

Исходя из этого, при введении обязательного страхования ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг вопросы, связанные с разработкой требований к условиям договоров страхования (прежде всего — в отношении перечня застрахованных рисков), следует оставить в сфере компетенции «профильных» саморегулируемых организаций, а определение предельных уровней тарифов нужно согласовывать с профессиональными ассоциациями страховщиков и сюрвейеров.

В противном случае может получиться «как всегда», когда успешно функционирующий уже более 10 лет рынок добровольного страхования ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг (регистраторов и депозитариев) будет «свернут», а новоявленный институт обязательного страхования ответственности окажется невостребованным ни участниками рынка, ни страховыми компаниями.

Есть ли решение?

Принимая во внимание неоднозначность последствий введения обязательного страхования ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг, а также сложность его законодательного закрепления (необходимость принятия специального закона, внесения корректив в действующие законы, Налоговый кодекс РФ, установление Правительством РФ предельных уровней страховых тарифов), вторым и гораздо менее трудоемким способом решения проблемы «договорной ответственности» является изменение действующего законодательства о рынке ценных бумаг, легитимизирующее существующее ныне добровольное страхование ответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг.

В самом деле, раз ФЗ «О рынке ценных бумаг» уже содержит, правда, крайне невнятное, упоминание о страховании участниками рынка ценных бумаг своих рисков, то достаточно внести в данный закон поправку, явно указывающую на возможность профессиональных участников рынка ценных бумаг осуществлять страхование своей ответственности, в том числе вследствие нарушения или ненадлежащего исполнения своих обязательств по заключенным с клиентами договорам, — и проблема «договорной ответственности» будет снята в рамках действующего сейчас добровольного страхования ответственности и без навязывания обязательного страхования тем финансовым институтам (брокерам, дилерам, доверительным управляющим), которые пока еще не готовы к его повсеместному применению.

В настоящее время по инициативе ФСФР России готовится законопроект о пруденциальном надзоре, предполагающий внесение изменений в ФЗ «О рынке ценных бумаг» и иные законодательные акты РФ (в части пруденциального надзора за профессиональными участниками рынка ценных бумаг, а также порядка выплат компенсаций гражданам на рынке ценных бумаг).

Учитывая открывшееся в связи с данным законопроектом «окно возможностей», проблему «договорной ответственности» можно было бы решить путем внесения в Федеральный закон «О рынке ценных бумаг» от 22.04.1996 г. № 39-ФЗ поправки, допускающей страхование профессиональными участниками своей ответственности в результате нарушения договоров.

В качестве такой поправки предлагается дополнить п. 9 ст. 51 закона — «В случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом и другими законодательными актами Российской Федерации о ценных бумагах, участники рынка ценных бумаг обязаны обеспечивать имущественные интересы владельцев залогом, гарантией и другими способами, предусмотренными гражданским законодательством Российской Федерации, а также страховать имущество и риски, связанные с деятельностью на рынке ценных бумаг» — абзацем следующего содержания: «Участники рынка ценных бумаг вправе страховать риск своей ответственности по обязательствам, возникающим вследствие нарушения договора, на основании которого они осуществляют профессиональную деятельность на рынке ценных бумаг, а также причинения иных убытков имущественным интересам третьих лиц при осуществлении такой деятельности».

Такая поправка позволила бы устранить правовую коллизию неоднозначной трактовки и применения ст. 931 и 932 ГК в отношении так называемой «договорной ответственности», создав правовую основу для добровольного страхования ответственности профессиональных участников вследствие нарушения договоров с клиентами (депонентами — для депозитариев, эмитентами — для регистраторов) и сохранив при этом существующую возможность добровольного страхования ответственности профессиональных участников за причинение убытков лицам, пользующимся их услугами, без заключения договора (зарегистрированным лицам — для регистраторов).

Необходимо отметить, что рассмотренная на примере регистраторов проблема «договорной ответственности» еще в большей степени касается других участников рынка ценных бумаг (депозитариев, брокеров, дилеров, доверительных управляющих, управляющих компаний, специализированных депозитариев), для которых вся ответственность является «договорной», возникающей вследствие нарушения ими договоров со своими клиентами, поэтому предлагаемая поправка в ФЗ «О рынке ценных бумаг» позволила бы устранить вышеуказанную правовую коллизию не для одних только регистраторов (в случае предъявления им регрессных исков со стороны эмитентов), но и при страховании ответственности всех профессиональных участников рынка ценных бумаг.

В заключение хотелось бы выразить надежду на то, что в свете планов создания в России мирового финансового центра регулятор воспользуется открывшимся «окном возможностей» для разрешения застарелой проблемы договорной ответственности, что послужит дополнительным стимулом развития института страхования профессиональной ответственности как общепризнанного и цивилизованного компенсационного инструмента в целях повышения надежности российского рынка ценных бумаг и защиты имущественных прав отечественных и зарубежных инвесторов.


Содержание (развернуть содержание)
Проблемы создания международного финансового центра на постсоветском пространстве
Нормативы собственных средств: бесплодные усилия любви
Иностранные ценные бумаги на рынке коллективных инвестиций: инфраструктурное обеспечение сделок
Страхование рисков профессиональных участников рынка ценных бумаг
Объединение ЗАО НДЦ и ЗАО РП ММВБ — плюсы для участников рынка
Привлечение капитала с помощью CLN (Credit linked notes)
Приобретение эмитентом облигаций по требованию их владельцев: правовой анализ
Реструктуризация облигаций и мировое соглашение по Закону «О банкротстве»
Внебиржевое РЕПО: особенности и перспективы
Греческий синдром грозит Испании
Риски российского финансового сектора
Резервный выход
Прямые инвестиции в России: недооцененный инструмент создания и перераспределения капитала
Стратегия и практика разрешения споров по сделкам M&A
Обзор рынка структурированных продуктов
Применение контрактов жизненного цикла для развития объектов инфраструктуры в России
Стратегии развития и корпоративное управление: рекомендации компаниям среднего бизнеса
О моменте заключения сделок на Фондовой бирже
Договорная ответственность: страхование ответственности или безответственности профессиональных участников рынка ценных бумаг?

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100