Casual
РЦБ.RU

Российская экономика подчинена узкой группе компаний

Март 2010

Интервью с главным экономистом Citi Элиной Рыбаковой

Главный экономист Citi Элина Рыбакова объясняет журналу «Рынок ценных бумаг», почему в России сложно провести модернизацию, в чьих интересах принимаются решения и что скрывается за видимым благополучием ряда российских банков.

РЦБ: Президент Д. Медведев призывает провести модернизацию. Почему компании не спешат внять его призывам?

Э. Р. Позиция российских компаний вызвана двумя факторами: первый — нужна квалифицированная рабочая сила, способная проводить в жизнь инновационную политику, и второй — корпорации слишком много сил тратят на преодоление административных барьеров — получение лицензий, решение проблем с налоговыми органами и т. д., т. е. времени на модернизацию не остается.

РЦБ: Можно ли подстегнуть процесс модернизации сверху? Власти хотят создать подобие Силиконовой долины?

Э. Р. В истории сложно найти примеры успешного создания властями той или иной индустрии. Силиконовая долина, например, своим появлением обязана сочетанию нескольких факторов. Во-первых, в этом районе было сосредоточено большое количество университетов, как частных, так и государственных. Во-вторых, именно в этих университетах в свое время наблюдалась высокая активность в сфере IT-технологий. И последнее, это хорошая погода в Калифорнии и низкие административные барьеры на открытие нового бизнеса. Многие студенты захотели остаться в Калифорнии и открыли свои маленькие компании.

Эти факторы наложились друг на друга. Но никакой руки государства в этом не было. Главная задача властей — создавать благоприятные условия для развития бизнеса, а он сам разберется, куда вкладывать деньги.

РЦБ: Насколько быстрым будет в России восстановление экономики?

Э. Р. Оно уже происходит, и в этом году будет достаточно интенсивным. Это подтверждают сразу несколько индикаторов: и подъем промышленного производства, и стабилизация на рынке труда, и возвращение спроса, т. е. на помощь экономике придет потребитель. С другой стороны, цифры по росту ВВП будут хорошими уже даже из-за эффекта слабой базы, но это статистический эффект.

РЦБ: Какие отрасли могут стать центрами роста?

Э. Р. Мы считаем, что внутреннее потребление станет одним из локомотивов выхода из кризиса точно так же, как раньше оно было причиной роста. И это вполне логично, потому что структура экономики за время кризиса не изменилась. У потребителей из-за опережающего роста сбережений в прошлые годы появился некий запас прочности — своего рода «подушка безопасности». В то же время потребительские ожидания в отношении происходящих в экономике событий, начиная с III кв. прошлого года, улучшаются. Так что у нас есть основания надеяться на возобновление внутреннего спроса.

РЦБ: Каким будет положение России по сравнению со странами БРИК? Не исчезнет ли из этой аббревиатуры буква «Р»?

Э. Р. Россия останется в этой четверке, но надо понимать, что у всех стран БРИК разная структура экономики. Например, Индия и Китай сейчас проходят ту стадию индустриализации, которую Россия прошла еще в 1960-х гг. Кроме того, обе страны довольно закрытые, поэтому сравнивать темпы роста перечисленных участниц БРИК не совсем корректно. Понятно, что у государств, только начавших процесс формирования национальной промышленности, темпы роста выше, чем у тех стран, которые его завершили.

РЦБ: Вы считаете Россию страной с открытой экономикой?

Э. Р. В плане учета капитала у нас открытая страна. Например, Китай проводит политику искусственного занижения курса юаня, и иностранные игроки не могут играть на его понижение или повышение. Начиная с 2004 г. такие операции разрешены на российских площадках. Справедливее сравнивать Россию не с восточными коллегами по БРИК, а с Бразилией, которая также зависит от минеральных ресурсов, однако экономика этой страны более диверсифицирована. C другой стороны, качество макроэкономического менеджмента в Бразилии выше, чем в России, и он более ориентирован на общую массу предприятий, что позволяет успешнее диверсифицировать экономику. Принятие решений в России зачастую осуществляется с оглядкой на определенные группы компаний.

РЦБ: Если проводить модернизацию, то за счет каких ресурсов?

Э. Р. На мой взгляд, приступать к реформированию лучше с малого. Поскольку 80% экспорта нашей экономики — это нефтегазовая и металлоиндустрии, то начинать перестройку сo структуры экспорта будет тяжело. Следовательно, активнее нужно заниматься импортозамещением, т. е. производить на российской территории ту продукцию, которую сейчас закупаем за рубежом. А на пути иностранных товаров можно поставить заградительный барьер с помощью высоких пошлин. Но такая мера может быть только временной. В целом нужно задуматься над тем, почему отечественные товары неконкурентоспособны, а также повышать производительность труда и снижать инфляцию..

РЦБ: Что делать с такими отсталыми отраслями, как, например, производство автомобилей?

Э. Р. Если правительство отдельно взятой страны желает поднять какую-то отрасль, то все протекционистские меры должны быть временными. Их нужно вводить на срок от 3 до 5 лет, чтобы дать возможность развивающейся индустрии встать на ноги. Если же на протяжении десятилетий упорно оказывается поддержка отдельной индустрии, то, наверное, стоит признаться в том, что она не является сильной стороной экономики и не может выжить самостоятельно. Хотя американские власти точно так же помогали местным автогигантам, но перенимать лучше, наверное, позитивный опыт реформ, нежели чужие ошибки.

РЦБ: Какой, на Ваш взгляд, должна быть стоимость нефти и как она повлияет на экономику?

Э. Р. Цена нефти в этом году, по нашим прогнозам, составит 75 долл./баррель. Эта величина влияет на экономику как напрямую — через нефтегазовую индустрию, так и косвенно. В структуре экономики для нас самый главный фактор — это внутренний спрос, а не доходы от экспорта нефти. И здесь выявляется следующая зависимость. Экспортные доходы от нефти проходят через счет текущих операций. Фискальная политика может только частично стерилизовать приток «нефтедолларов», т. е. бюджет получает возможность повышать расходы, которые в свою очередь позитивно влияют на увеличение зарплат в реальном секторе экономики. Другая сторона вопроса — монетарная политика. В условиях высоких цен на нефть и большого притока капитала ЦБ РФ сдерживает укрепление рубля, что позволяет устанавливать низкие ставки на рубли. В результате предприятия кредитуются по низким или даже отрицательным реальным процентным ставкам, что вызывает раздувание «пузырей» на внутреннем рынке. Таким образом, целые отрасли экономики живут за счет искусственно заниженных кредитных ресурсов, не задумываясь о повышении производительности труда. В конечном счете это ведет к потере конкурентоспособности.

РЦБ: То есть модернизации мешает приток «нефтедолларов»?

Э. Р. Получается так. Стабильно высокие цены на нефть заставляют просто переждать кризис, вместо того чтобы искать другие способы пополнения бюджета, в том числе и за счет инноваций. Пока Россия остается сырьевой страной.

РЦБ: Когда возобновится кредитование реального сектора экономики?

Э. Р. Обычно кредитование возвращается к нормальному уровню, после того как начинается восстановление экономики. Возможно, для того чтобы достичь докризисных объемов кредитования, понадобится 1—2 года. Понятно, что банки, пережив кризис, не будут сейчас кредитовать всех подряд, они подходят к этому процессу с большей осторожностью. Мы ожидаем небольшой рост кредитования во второй половине года.

РЦБ: Вас не пугает, что в России все большая часть финансовой системы переходит в руки госбанков, что отрицательно сказывается на конкуренции?

Э. Р. Это уязвимое место нашей финансовой системы, потому что регулятору сложно эффективно выполнять свои функции по надзору за госбанками. Получается, что владелец и регулятор — одно лицо — государство.

РЦБ: Насколько эффективной оказалась политика стимулов, предложенных российскими властями?

Э. Р. Наши стимулы почти стопроцентно ориентированы на поддержку потребителя. В структуре расходов федерального бюджета более 90% приходится на текущие расходы, среди них зарплата бюджетников и фискальные стимулы. Капитальные расходы крайне несущественны. Правительство бросило все силы на сохранение социальной стабильности, и ему удалось этого добиться. Отрицательный момент — средства тратились неравномерно, из-за того что бюджет был утвержден только в апреле прошлого года, т. е. первые 2 кв. стимулы практически не работали. Первые деньги пошли в экономику только в июне—июле.

РЦБ: Насколько мы зависим от западных рынков?

Э. Р. Учитывая, что иностранные долги нашего частного (банки и корпорации) сектора составляли около 450 млрд долл., можно сделать вывод об отсутствии внутренних источников финансирования. Их нет, поскольку в течение долгого времени из-за высокой инфляции реальные ставки были отрицательными. Разве деньги понесут в банк, если в реальном выражении сбережения будут уменьшаться?

РЦБ: На каком уровне Вы видите процентные ставки?

Э. Р. Ставку рефинансирования мы видим на уровне 8% на конце года, а инфляцию — на уровне 7%, т. е. ставка рефинансирования будет немного позитивной. Хотя это не значит, что ставка для банков будет такого же уровня. Когда Центральный банк сдерживает укрепление рубля, он накачивает систему дешевыми деньгами, как результат — ставки на межбанке падают ниже установленных Центральным банком.

РЦБ: Ваш прогноз по курсу рубля?

Э. Р. Наш прогноз — курс рубля укрепится к концу года. Мы ожидаем существенный приток валюты через платежный баланс в 2010 г. При этом Центробанк будет обращать внимание, как на инфляцию, так и на укрепление рубля. Пока инфляция замедляется, Центральный банк может сдерживать укрепление рубля, однако мы ожидаем, что рост ускорится во II кв. и инфляционное давление тоже.

Так как у Центрального банка один инструмент замедления инфляции — рубль, мы думаем, что во второй половине года рубль должен укрепиться до 34 и даже, возможно, до 30 руб. по отношению к корзине.

РЦБ: Каким Вы видите рост ВВП в этом году?

Э. Р. Я думаю, что будет около 6% при цене нефти в 75 долл./баррель. Притормозить его могут отток капитала из страны и нестабильность на внешних рынках.

РЦБ: Как Вы оцениваете состояние российской финансовой системы?

Э. Р. Острая фаза кризиса прошла, однако проблема докапитализации банковской системы остается, так же как и проблема плохих активов, которые продолжат отвлекать банки от их основной задачи — кредитования. Вместе с тем требования российского регулятора по учету проблемных активов мягче, чем на Западе, поэтому понять истинный уровень положения вещей в ряде банков не представляется возможным. И мы, возможно, еще споткнемся об эти подводные камни.

РЦБ: Какие риски угрожают российской экономике?

Э. Р. Прежде всего турбулентность на внешних рынках, от которых в результате кризиса мы стали еще больше зависеть.


Содержание (развернуть содержание)
Практические вопросы создания и функционирования кредитных фондов
Хранение имущества новых категорий паевых инвестиционных фондов
«Классика» нынче не в моде: венчурная революция по-карибски
Активная неиндексная стратегия — Доходность без оглядки на динамику российского рынка
Перспективы использования инфраструктурных облигаций для финансирования проектов ГЧП
Развитие ОАО «ЦентрТелеком» в условиях экономической нестабильности
Инвестиционная привлекательность акций российских телекоммуникационных компаний второго эшелона в 2010 году
Удобрения для инвестиционного портфеля
Эшелоны снова в строю
Второй эшелон: в поисках догоняющего роста
Банки: второй эшелон
Автопром. В будущее с оптимизмом
Путь к сознательному инвестированию
Инвестиции в непубличные компании: риски, оценка, доходность
Механизм Debt push-down и некоторые аспекты его использования в России
Инвесторов больше всего привлекают сырьевые секторы
Российская экономика подчинена узкой группе компаний
Медленное восстановление
2010 год: возможные сценарии
Будет ли вторая волна?
Рубль обречен на укрепление
Заманчивые перспективы китайской валюты
Актуальные изменения в налоговом законодательстве Кипра (2009)
Благодаря кризису законодательство сделало серьезный шаг вперед

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100