Casual
РЦБ.RU
  • Автор
  • Вахитов Рустам, Cтарший менеджер группы услуг по международному налогообложению «Пепеляев, Гольцблат и партнеры»

  • Все статьи автора

Что приходит на смену офшорам?

Сентябрь 2009

Под офшором в широком смысле понимают, как правило, юрисдикцию или ее часть, активно используемую для минимизации налогов, отмывания денег, увода средств от кредиторов и решения прочих, не всегда абсолютно легальных и этически безупречных, задач.

Расцвет офшоров

Расцвет офшоров приходится на 70—80 гг. прошлого века. Небольшие островные государства довольно споро открывали для себя быстрые и малозатратные способы привлечения капитала через учреждение специальных благоприятных налоговых режимов. И хотя получаемые платежи составляли лишь малую долю того, что экономили компании, избегая выплаты налогов у себя на родине, игра стоила свеч.

Учреждать офшорные налоговые схемы режимы (если мы говорим о схеме, то это использование преимуществ оффшора компаниями, а режим — это установленный страной порядок налогообложения. Здесь имеется в виду режим) начали и в Европе. В основном они предназначались для компаний, ведущих операционную деятельность за пределами страны. Формально такие режимы не являлись офшорными и по терминологии документов ЕС и ОЭСР определялись как «вредоносные режимы», «запрещенная государственная помощь», тем не менее в данной статье мы будем называть их таковыми.

Создание офшорных режимов и их использование в виде схем повлекло за собой болезненные для сильных юрисдикций последствия в виде все возрастающих налоговых потерь. Крупные организации, видя, каких преимуществ добиваются конкуренты через использование офшоров, внедряли подобные схемы, просто чтобы оставаться конкурентоспособными. Это делало процесс ухода от налогов лавинообразным и привело к фактическому перераспределению налогового бремени с больших компаний на средние и мелкие, а также на физических лиц.

ОЭСР наносит ответный удар

Такое положение вещей не могло долго устраивать ведущие страны, и началось то, чего уже нельзя было избежать, — полномасштабная борьба с офшорами.

Сводилась она к двум моментам:

1) к реализации внутренних мер, позволяющих предотвратить уход от налогов, типичными из которых были признание компании резидентом по месту ее реального управления; введение правил контролируемой зарубежной компании, правил недостаточной капитализации, детальных правил о трансфертном ценообразовании; норм—принципов деловой цели, доктрины сделок по шагам, недопустимости злоупотребления правом и совершения сделок исключительно для минимизации налогов;

2) к работе по принуждению офшоров к сотрудничеству.

Недостаточная капитализация и трансфертное ценообразование уже хорошо знакомы в России. Нормы-принципы борьбы с уходом от налогов в нашем законодательстве пока не закреплены, но опыт применения российскими судами концепции необоснованной налоговой выгоды является примером их использования.

Признание компании резидентом по месту ее реального управления делало резидентами в высоконалоговой юрисдикции офшорные компании, управлявшиеся ее учредителями из такой юрисдикции

Введение режима контролируемых зарубежных компаний означало, что такие организации в низконалоговых юрисдикциях фактически игнорировались для расчета налогов к уплате в стране, где находятся собственники этих компаний. Это довольно эффективная мера, которая сводит на нет усилия по аккумулированию прибыли в низконалоговой юрисдикции и способствует обложению налогом этой прибыли по ставке, принятой в высоконалоговой юрисдикции.

Но работали подобные решения лишь в случае, когда было известно, какое количество прибыли получила организация в низконалоговой юрисдикции и очевидна ли связь с компаниями из таких юрисдикций, а узнать это налоговые органы могли всего двумя способами: запросив необходимые данные у владельца офшорной фирмы, являющегося налогоплательщиком в высоконалоговой юрисдикции налогового органа, или у налоговых органов офшорной юрисдикции.

Поскольку предоставление сведений иностранным налоговым органам резко снижало привлекательность офшорной юрисдикции, типичным для офшора было наличие законодательства, запрещающего или максимально усложняющего раскрытие информации. Таким образом, налоговый орган оставался один на один со своим налогоплательщиком без возможности проверить достоверность и полноту передаваемых сведений. В отсутствии реального риска такой проверки многие, не всегда сознательные граждане просто скрывали информацию о зарубежных офшорных счетах и компаниях, и ее внезапное разглашение (как правило, не всегда через легальное получение банковских данных) открывало довольно неожиданный состав участников налоговых правонарушений, вплоть до топ-менеджеров государственных и полугосударственных компаний.

Новый этап наступления на офшоры начался в конце 1990-х гг. в Европейском союзе и ОЭСР с ликвидации внутренних офшоров. Конечно, странно было бы предъявлять претензии тихоокеанским островам, когда в самих странах — членах этих организаций существовало более чем достаточно офшорных режимов. Были определены основные черты офшоров и дан зеленый свет методам борьбы с ними, включая как чисто налоговые меры (режим контролируемых зарубежных компаний или запрет вычетов по платежам в офшоры), так и усложнение банковских переводов в эти страны и прочие санкции, связанные с офшорами.

Офшорные режимы были определены как юрисдикции или отдельные меры внутри юрисдикции, которые:

  • вели к очень низкому налогу или его отсутствию;
  • были недоступны для обычного бизнеса в этой стране;
  • предусматривали нераскрытие информации;
  • были ориентированы на компании из других государств.

Как следствие, многие европейские юрисдикции прекратили или существенно лимитировали использование офшорных налоговых режимов. Ужесточили выдачу предварительных налоговых согласований Нидерланды, перестал регистрировать компании 1929 г. Люксембург, и с конца 2010 г. ранее зарегистрированные организации не смогут использовать этот режим, устранила режим финансово-холдинговых компаний Бельгия. В начале десятилетия ликвидировал офшоры международных компаний Кипр, а в июле 2008 г. он изменил свое законодательство, чтобы сделать обмен информацией с налоговыми органами других стран более эффективным.

За пределами Евросоюза прогресс по обмену информацией протекал скромнее. Один за другим офшоры подписывали декларации о готовности предоставлять друг другу те или иные сведения, но дальше этого дело обычно не шло.

Финансовый кризис заставил ведущие экономические державы внимательнее относиться к финансовым потерям, возникающим в связи с использованием налогоплательщиками офшоров. Следует отметить, что тон заявлений передовых в экономическом отношении стран был достаточно резким и даже прозвучало предложение признать офшоры одним из виновников кризисa. Оно не было реализовано, но стала очевидна серьезность проблемы офшоров.

ОЭСР 2 апреля 2009 г. выпустила список «белых» юрисдикций, полностью удовлетворяющих стандартам раскрытия информации. Также был обнародован «серый» перечень государств, объявивших о намерении внедрить режим обмена данными, но не сделавших этого. Четыре страны, которые ранее отказывались даже заявить о своем желании раскрывать информацию, попали в черный список, но в течение нескольких дней после публикации изменили свою политику и были перенесены в «серый» список.

Попавшие в «серый» перечень государства стали активно заключать соглашения об обмене информацией с другими странами.

Новые налоговые режимы вместо офшоров

Вышесказанное не означает, что страны, ранее имевшие офшорные режимы, решили увеличить налоговое бремя или снизить привлекательность своих юрисдикций для иностранных инвесторов. Финансовый кризис во многом обострил вопросы потери бюджетных доходов и налоговой конкуренции, которая в текущей ситуации только усилилась.

Как следствие, вместо отменяемых режимов вводятся новые, удобные и эффективные в налоговом отношении, но не подпадающие под определение офшорных, запрещенных или вредоносных.

Один из самых простых способов добиться благоприятного результата — сделать налоговый режим или налоговое освобождение общедоступным, в том числе для своих собственных резидентов. И это подтверждает пример стран Бенилюкса. Нидерланды в начале десятилетия усложнили процедуру получения предварительных согласований с налоговыми органами, ужесточили требования к выдаче сертификатов резидентства для холдинговых и финансовых компаний. В то же время был отменен налог на вклад в уставный капитал, что удешевило создание новых компаний, снижен налог у источника на дивидендные выплаты. Однако не все начинания были удачными. Предложение ввести с 2007 г. так называемый процентный бокс, когда компании по желанию могли переходить на налогообложение процентной прибыли по ставке 5%, было отклонено Европейской комиссией как не соответствующее допустимым стандартам. Сделав правильные выводы, Нидерланды сейчас планируют использование обязательной схемы налогообложения финансовых структур со ставкой налога на прибыль 5%, и она уже одобрена Европейской комиссией.

Бельгия ликвидировала режим холдинговых и финансовых центров, но, как и Нидерланды, упразднила налог на вклад в уставный капитал и налог у источника для дивидендов, распределяемых в страны, с которыми существуют соглашения об избежании двойного налогообложения. Также был введен режим номинального вычета процентов на вклад в уставный капитал, согласно которому компания может вычесть из налоговой базы сумму, которая была бы начислена как проценты на сумму вклада учредителей в уставный капитал. Эффект такого вычета — освобождение от налогообложения прибыли бельгийской компании, которая может быть, например, торговой, финансовой и т. п., на сумму рыночных процентов на вклад в уставный капитал. Учитывая, что в стране, из которой производятся платежи, такие суммы выплат, скорее всего, будут вычитаться из налоговой базы, это обеспечит налоговый вычет в одной стране и освобождение от налогообложения в другой.

Люксембург тоже активно внедрял новые режимы. Были введены режим секьюритизацонных компаний, когда фактически дивидендные платежи вычитались из налоговой базы и позволяли произвольно уменьшать ее до нуля при наличии существенной прибыли, а также режим компаний с высокорисковыми инвестициями SICAR, когда доход от вложений в высокорисковые инструменты освобождался от налогообложения.

Следует отметить, что такие режимы показались чересчур агрессивными, и Еврокомиссия начала расследование на предмет их несоответствия европейским стандартам. В то же время Люксембург осуществил меры, которые, с точки зрения Европейской комиссии, нареканий не вызвали: отменил налог на вклад в уставный капитал и налог у источника на дивиденды, распределяемые в компании из стран, с которыми существуют соглашения об избежании двойного налогообложения. Таким образом, налогообложение получаемых и распределяемых обычной люксембургской компанией дивидендов во многих случаях будет даже более благоприятным, чем налогообложение таких же доходов по офшорному режиму компаний 1929 г., так как последние, в отличие от обычных организаций, не могли использовать защиту соглашений об избежании двойного налогообложения в виде пониженных ставок налога у источника или освобождений от налогообложения доходов на прирост капитала.

Выводы

Итак, классические офшорные налоговые режимы постепенно упраздняются. При этом они часто замещаются аналогичными в налоговом отношении, но общедоступными и незапрещенными режимами.

В то же время государства, теряющие поступления в результате агрессивного налогового планирования, не ограничивают борьбу исключительно офшорами. В силу эффективного обмена информацией они нередко получают полную картину налогового режима налогоплательщика и могут оспаривать части этой структуры, не имеющие никакого отношения к офшорам, если сделка не преследует деловой цели или направлена лишь на минимизацию налогов.

При этом часто заметно несогласие между налоговыми органами относительно одной и той же ситуации. Например, компания может считаться резидентом у себя в стране для применения соглашения об избежании двойного налогообложения, но при этом не признаваться резидентом этой страны налоговыми органами другого государства.

Такая неопределенность и динамичность процесса сильно осложняют работу налоговых менеджеров компаний и налоговых консультантов.

Постоянный анализ текущих и планируемых изменений в законодательстве стран, где присутствуют компании структуры, и соответствующей судебной и административной практики — необходимое условие нормального функционирования структуры.

Задача менеджеров и консультантов на данном этапе — минимизация налоговых рисков, а не налогов. Классические офшоры для этого не слишком годятся. Поэтому следует ожидать перемещения компаний из офшорных юрисдикций в благоприятные европейские страны, где аналогичный офшорному экономический эффект может быть достигнут через использование внутренних налоговых режимов и комбинированных структур.

В российских условиях, по-видимому, введение полного комплекса мер по борьбе с офшорами — дело обозримого будущего, и в этом отношении изучение европейского опыта чрезвычайно полезно и для консультантов, и для налоговых органов.


Содержание (развернуть содержание)
Правонарушение и наказание...
Время для реформ опять упущено
Инвесторы рискуют за пределами Северной Америки и Западной Европы
Девальвация: аргументы, риски, иллюзии
Россию накроет вторая волна кризиса
«Вторая волна» и другие экономические катаклизмы
Инвестиции в зарубежную недвижимость: перспективы и основные риски
Что приходит на смену офшорам?
Московский рынок коммерческой недвижимости: текущее состояние и прогнозы
Сырьевая стагнация
Станут ли после кризиса на российском рынке популярны commodity derivatives?
Перспективы появления CFD (Contract for difference) на российском фондовом рынке
Брокерская деятельность на международном рынке ценных бумаг: современные тенденции и проблемы регулирования
Кризис и займы Москвы
Государственный долг Томской области
Что происходит на рынке субфедеральных и муниципальных облигаций
Кредитное качество региональных и местных органов власти РФ
Рынок муниципальных и субфедеральных заимствований
Изменения в законодательном регулировании предельного объема долга субъектов Российской Федерации и муниципальных образований

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100