Casual
РЦБ.RU

Банки. Неравный бой с кризисом

Март 2009

Российская банковская система дрогнула под давлением мирового финансового кризиса, и властям пришлось принимать решения в оперативном порядке. Бегства вкладчиков удалось избежать, как и крупных банкротств, массовых неплатежей на межбанковском рынке и экстренных непопулярных мер. Однако вслед за первой волной банковского кризиса может наступить вторая, и угроза теперь таится внутри страны — объем невозвращенных кредитов пока мал, но увеличивается стремительно.

ПЕРВАЯ ВОЛНА

Кризис — это не только состояние, но и процесс, причем импульсный. Первый импульс, или первую волну, опасную резкостью изменений, российская финансовая система преодолела. Банковской паники удалось избежать (в октябре 2008 г. депозиты сократились на 6%). Банки аккумулировали существенный объем ликвидности, на начало года на их счетах находилось 80 млрд долл., доля ликвидных активов увеличилась до 29%. Рост резервов, созданных банками на возможные потери, в IV кв. значительно ускорился. Ни один крупный банк, в том числе регионального масштаба, не потерял лицензии, 20 банков прошли процедуру санации у АСВ, и наконец, Центральный банк РФ оперативно расширил и ввел инструменты ДКП. Такая этапность не слишком заметна, однако деление кризисного "киселя" на условные порции — полезное упражнение для рефлексирования, оценки эффективности поспешно предпринятых мер и, главное, подготовки к следующему этапу.

ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА БОЯ

Ретроспектива малоинтересна, когда степень неопределенности в обществе очень высока — всех интересует больше, что будет, чем то, что уже состоялось. Но 4 мес. противостояния российских банков — история интересная, и отдельные факты заслуживают внимания.

  • Рост сектора в IV кв. 2008 г. был очень сильным, активы выросли на 14% против 7% во III кв. и 8% в II кв. Источни­ком роста, разумеется, уже не были средства клиентов — сумма денег на счетах и депозитах за этот период почти не изменилась, даже немного снизилась из-за сокращения розничных депозитов в октябре и массового оттока средств юрлиц в ноябре. В экономическом треугольнике "компании—домохозяйства—государство" роль доноров ресурсов в бизнесе посредников изменилась.
  • Кредитные портфели выросли на 3%, а это значит, что их доля в балансах заметно понизилась — ниже 60%. При­чины известны: банки наращивали "подушки" ликвидности, избегали принятия на баланс новых кредитных рисков и выбирали альтернативу — при девальвационных ожиданиях вложения в валюту доходнее. Несмотря на то что с помощью гос­поддержки активы прибавили 3,5 трлн руб., кредитные портфели выросли меньше чем на 0,5 трлн руб. Следовательно, при устранении этих факторов кредитование должно начинать работать. Уже с января—февраля текущего года отмечается некоторое оживление кредитного предложения, теперь возникает проблема со стороны спроса на кредитные ресурсы, поскольку рентабельность заемщиков не позволяет занимать со ставкой 18—25%.
  • Доход, полученный за квартал 1080 банками, очень скромный — 1,5 млрд долл. Маржа банков остается высокой, а зачастую увеличивается, но ключевому доходу все сложнее компенсировать повышение резервных отчислений. В последнем квартале банки начислили 9 млрд долл. резервов, или 229 млрд руб., поскольку рост ежемесячной просрочки увеличился до 1,7 млрд долл. против обычных 300—400 млн долл. прироста ежемесячно. Даже не столько страшен нулевой доход, сколько убыток, снижающий достаточность капитала. По всей вероятности, в 2009 г. следует ожидать убытка, но об этом ниже.

ВОЛНА ВТОРАЯ,ВОЗМОЖНО, ЗАТЯЖНАЯ

Единодушное мнение участников рынка о второй волне заключается в том, что развитие кризиса проявляется в существенном снижении качества кредитных портфелей по мере ухудшения экономической среды в реальном секторе. Ответ на вопрос: на каком уровне будет просроченная задолженность, — догадка, не больше. Оценки менеджеров Сбербанка (10%), ВТБ (8—12%) и Минфина (10%) на 2009 г. — примерная экстраполяция, хоть и крайне вероятная. История других кризисов не может быть полезной для поиска ответа. Кризисы в 2001 г. в Аргентине (с пиковым значением просроченной задолженностью на уровне 20%), в 1991 г. в Финляндии (13%) или в 1995 г. в Литве (32%) были иными, да и просроченный долг регуляторы измеряют по-своему. Опыт 1998 г. России тоже не слишком полезен, разве что любопытен следующий факт: ЦБ РФ сообщал об уровне плохих долгов на уровне 11%, МВФ оценил на 40% — вероятно, и теперь реальная величина будет сильно отличаться от статистических показателей.

По сути, важна не столько цифра, сколько уровень отчислений в резервные фонды по просроченным долгам, который необходим для поддержания достаточности капитала банков..

  • Где точка убыточности? Доход банков на 2009 г. (без учета резервов) может составить около 30 млрд долл. — и это если предположить рост кредитных портфелей на 1,5—2% в месяц, небольшое увеличение маржи и жесткое управление расходами. Иными словами, если банки резервируют больше этой суммы (равносильно уровню резервов в 10%), не избежать убытка.
  • Какой уровень опасен для капитала системы? При резервировании 14% объем убытков становится критичным для капитала всей системы. До этого уровня проблема достаточности скорее спорадическая.
  • Какой объем капитала необходим банкам при невозвратах в 20%? Если резервировать объем средств, равный невозвратам, то при уровне просроченной задолженности в 20% системе необходимо пополнение капитала в 30—35 млрд долл. Пока уровень программы поддержки капитала банков составляет 255 млрд в виде субдолга без учета денежных средств, направленных на поддержание ВТБ и РСХБ.

Таким образом, скорее всего, в 2009 г. банковская система не получит прибыли, размер убытка будет опасным, но не критичным для капитализации системы в целом. Тем не менее потребность в дополнительном капитале возникнет у большинства банков. Это послужит стимулом к консолидации банков, их количество сократится. По мере роста просроченной задолженности на балансах образуются непрофильные активы, а недавно принятое законодательство об упрощении взыскания на залоги дополнительно ускорит этот процесс. Сбербанк рассмотрит на индивидуальной основе и примет в управлении либо продаст нефтяные поля Urals Energy в Восточной Сибири и недвижимость "Алпи" в Красноярске, полученные в качестве обеспечения. Будут приняты и другие меры — кризис качества активов в умах достаточно силен. Проблемные долги выводятся на специальные "дочки" для управления задолженностью.

МИФЫ О СПАСЕНИИ

Участники российского финансового рынка единогласны в неутешительном прогнозе ближайшего будущего финансовой системы. Мнения рознятся в глубине проблем. Заблуждения, тем не менее, присущи и сейчас.

  • Миф 1. Большинство банков устоят. Не исключено, что большинство, но вряд ли доминирующее. В Аргентине в 1994 г. из 205 банков 63 (30%) покинули рынок путем поглощений, ликвидаций или другими способами. В Венесуэле в 1994 г. из 47 банков 17 потребовалась помощь регулятора, 9 были национализированы, 7 — закрыты. Неплатежеспособные банки аккумулировали 35% депозитов в стране. Если эту фантомно-приблизительную долю покинувших рынок банков в 30% использовать для России, то количество банков должно уменьшиться на 300. Были случаи, когда рынок покидали больше половины игроков, хотя и здесь экстраполяция других кризисов не очень работает. В России в 2008 г. лишились лицензии 33 банка, в деятельность 19 вмешался ЦБ РФ.
  • Миф 2. Госбанкам нечего бояться во время кризиса. Пример, опровергающий этот тезис: в 1998 г. в Китае 4 госбанка оказались неплатежеспособными, на них приходилось 68% активов финансовой системы.
  • Миф 3. Государство поддерживает в кризисы крупнейшие банки и не дает им банкротиться, национализируя их. Это не совсем так. Во время кризисов в 1990-е и 2000-е гг. количество национализированных банков оказалось меньше количества банков, закрытых, объединенных или по другой причине покинувших рынок. Сигналы российских властей очевидны — около 100—150 кредитных учреждений системно важны и являются основными получателями господдержки. Не следует, однако, уповать на строчку в рэнкинге первых 150, это скорее границы участников неформального гражданского договора о более широком доступе к финансированию, где плата за доступ — выполнение функции канала госсредств для реального сектора. Этот договор не обязательно положителен для участников-банков, кредитные риски заемщиков-получателей велики и сложно оцениваемы, часть предоставленных сегодня кредитов никогда не вернется.
  • Миф 4. Если ситуация сильно ухудшится, бегства депозитов не избе­жать. В истории происходили кризисы, которые обходились без бегства депозитов, например в 2000 г. в Турции. В Рос­сии текущий кризис очень отличается от 1998 г. реакцией населения. Вместо интенсивного оттока денежных средств можно было наблюдать, как вплоть до января этого года физлица перекладывали свои накопления в валютные депозиты. Вера в банковскую систему оказалась на удивление сильной, хотя в IV кв. отмечалась девальвация рубля.
  • Миф 5. Спасение банков от мас­совых невозвратов — в наложении взыскания на имущество и недвижи­мость. Во-первых, банк заинтересован в необращении взыскания на залог, когда это возможно. Во-вторых, основной объем просроченной задолженности банков падает на корпоративный сектор, и не только потому, что он составляет 3/4 портфелей, но и потому, что в корпоративном секторе большинство заемщиков рассчитывают рефинансировать долг. Розничные клиенты, предполагая рефинансирование своего долга, не занимают. Следует отметить, что в розничном сегменте меньше доля невозвратов, связанная с долларовым долгом, который теперь на 35% дороже. Доля долларовых кредитов корпорациям составляет 41% портфеля, доля кредитов физлицам — 12%. Усугубляет положение то, что доля долларовой ипотеки велика (22%), особенно в Москве и ЦФО.
  • Миф 6. Докапитализация — край­няя мера. Рекапитализация весьма часто использовалась в истории кризисов, набор способов — от привилегированных акций до гибридных инструментов. В Рос­сии на настоящий момент совокупность мер по пополнению капитала включает: господдержку ВТБ, Сбербанка и РСХБ в IV кв. в виде субординированных кредитов — 725 млрд руб., в этой же форме остальным банкам — 255 млрд руб., предложение о пополнении капитала первого уровня (допэмиссия) ВТБ — 200 млрд руб. и некоторым финансовым институтам (АСВ, ВЭБ, АИЖК). О полученном эффекте можно рассуждать на уровне философии: интерес вкладчиков — в надежности, миноритариев — в неразмытии долей, государства — в макростабильности.
  • Миф 7. Создание фонда плохих активов — необходимая мера для выжи­вания. Количество кризисов, когда системы функционировали без структуры (фонда\банка\др.), выкупающей плохие долги с балансов, приблизительно равно количеству кризисов, когда она была создана. Экономическая суть создания структуры — рефинансирование под залог неподтвержденных активов — сомнительна в части эффективности и спорна в деталях реализации (от цены продажи таких активов до аукционных методов и отбора активов для выкупа), но не исключено, что она будет создана в России.

ЧТО ДЕЛАТЬ?

Как нам представляется, следует быть внимательным к деталям: к ежемесячным цифрам по банковской системе, к законодательным инициативам, любым изменениям ДКП, девальвационным ожиданиям. Снижение доли работающих активов в балансах, существенное ускорение ежемесячного прироста просроченных долгов, рост валютной составляющей балансов — все это опасные сигналы увеличения рисков в банковском секторе. И масса обсуждаемых законодательных инициатив — от временного изменения нормативов, налоговых каникул для банков, изменения соотношения капиталов разных уровней до коррекции процентной политики может оказаться недостаточной для их митигирования. Необходимо быть внимательным, чаще задумываться и избегать мыслить инертно.


Содержание (развернуть содержание)
Облигации специального назначения
Россию ждет банковский кризис
Помогая олигархам, государство выбросило деньги на ветер
До окончания кризиса еще далеко
FITCH готовится к долгой рецессии
Вынесут ли металлурги бремя долгов?
Банки. Неравный бой с кризисом
Недвижимость под давлением кризиса
Венчурные и прямые инвестиции: как оценивается бизнес в условиях кризиса
Час расплаты
Самые низкие затраты и самая высокая ликвидность
Российский рынок IPO в 2008 году: проблемы и перспективы
Перспективы восстановления рынка IPO
IR как защита от дефолта
IR в условиях кризиса: поиск новых возможностей
О скором восстановлении рынка можно не мечтать
Как обеспечить достоверность данных реестров акционеров
"Деньги - нерв войны" Пьеса в пяти действиях, без окончания
Итоги конференции "Биржевой товарной рынок России - 2009. Определение пути развития"
Итоги Первого Славянского международного экономического форума

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100