Casual
РЦБ.RU
  • Автор
  • Пахомов Сергей, Председатель Комитета государственных заимствований города Москвы

  • Все статьи автора

Долг Москвы: итоги 2008 года

Ноябрь 2008

Интервью с председателем Комитета государственных заимствований города Москвы Сергеем Пахомовым

КЭ Сергей Борисович, Москва как эмитент отсутствовала на рынке субфедеральных облигаций в течение 2 лет, в начале 2008 г. Москомзайм вернулся на рынок облигаций. Как эта пауза отразилась на ваших действиях на рынке в этом году?

С. П. Как организаторы аукционных размещений мы отсутствовали 2 года, но продолжали обмен облигаций: проводили операции по замене коротких облигаций на более длинные (это, естественно, не размещение, не увеличение долга). Долгое отсутствие никогда не проходит даром, оно отразилось на нашем рынке негативно: долг был значительно сокращен, внутри нашего долгового массива облигационных займов на внутреннем рынке произошло перераспределение держателей (рис. 1). Наши займы в основном сосредоточились в очень крупных государственных банках, прежде всего в Сберегательном банке, в итоге они потеряли ликвидность. Это первое.

Во-вторых, поскольку наши облигации практически перестали торговаться, для нас самих исчез реальный рыночный ориентир цены. Когда мы попытались возобновить размещение займов в начале 2008 г., нам пришлось заново искать для себя ценовой ориентир. Ситуация была достаточно сложной, потому что существовала очень большая программа заимствований, запланированная в законе о бюджете г. Москвы. После поправок в этот закон реальная сумма привлечений должна была составить около 74 млрд руб.

Ситуация осложнялось тем, что в начале года, в течение I и II кв., с экономической точки зрения займы Москве были не нужны, так как на счете бюджета города находился большой переходящий остаток средств. Он размещается на депозитах в ряде российских банков. Формально все расходы города оплачивались из бюджетных поступлений и из суммы переходящего остатка. Тем не менее мы вынуждены были начать нашу программу заимствований, потому что объем размещений и сложность обстановки на рынке требовали целенаправленной и систематической работы. Работа в условиях надвигающегося кредитного кризиса и постоянного роста процентных ставок фактически привела к тому, что с каждым новым аукционом мы размещали все более короткие облигации по все более высокой цене (рис. 2).

К концу июня стало понятно, что объем сверхплановых дополнительных доходов города даст нам возможность сократить программу заимствований. Поэтому в июле мы взяли тайм-аут, когда увидели надвигающуюся угрозу кредитного кризиса, который бушевал на Западе и подбирался к российскому рынку. В банковском секторе нарастала неуверенность. Банкам очень не нравилась ситуация, когда они получали на аукционах одни и те же наши облигации по все более высокой доходности. Это приводило к негативной переоценке портфелей уже имеющихся у них московских облигаций, естественно, они несли убытки.

В августе были получены значительные налоговые платежи, а также сверхплановые доходы от реализации активов РАО ЕЭС — я имею в виду московскую долю этих налоговых доходов — и стало понятно, что оставшиеся 44 млрд руб. плановых заимствований городу не нужны. С учетом того, что ситуация на рынке очень напряженная, было принято решение сократить программу заимствований. Поэтому до конца года мы не будем присутствовать на рынке. Последующее развитие событий подтвердило, что это решение было единственно правильным. Москва, естественно, продолжает образцово обслуживать все имеющиеся займы.

В настоящий момент российский рынок переживает тяжелые времена, и я думаю, в нынешней ситуации размещение облигационных займов на внутреннем российском рынке практически нереально, вне зависимости от ранга эмитента. Федеральное правительство сокращает программу заимствования, и почти все российские эмитенты "голубых фишек" из тех, кто планировал занимать на российском внутреннем рынке, отказались от этих планов. Мы сумели в текущем году разместить облигации на более чем 27 млрд руб. по номиналу, привлечь более 29 млрд руб. в городской бюджет и при этом удержаться по привлеченным средствам на уровне средней доходности 7,14% . Считаю, что в нынешней ситуации это очень хорошее достижение.

Кривая нашей доходности на внутреннем рынке сейчас не отражает рыночной реальности, она чрезвычайно искажена (рис. 3). В целом ряде случаев доходность по коротким облигациям гораздо выше, чем доходность по длинным. Облигации с длительным сроком обращения находятся в нескольких крупных банках, которые не заинтересованы показывать по ним высокую доходность, чтобы не понести убыток по переоценке своего портфеля. Они переводят эти облигации в так называемый инвестиционный портфель и не торгуют ими. Этим объясняется искаженная кривая, когда 10-летние облигации имеют доходность гораздо более низкую, чем облигации 3-, 4- и 5-летние.

Тем не менее многие банки продают эти облигации себе в убыток, потому что они получали их по цене гораздо более высокой, чем та, по которой вынуждены продавать. Это делается из-за напряженной ситуации с ликвидностью в банковском секторе, которая сейчас имеет место. Очевидно, этим банкам очень нужна наличность (рис. 4).

Иностранные банки также продавали наши облигации по достаточно низким ценам, с очень высокой доходностью. Это было связано с тем, что их клиенты, ради которых были приобретены эти облигации, приняли решение уйти с российского рынка, зафиксировать определенные убытки, но получить наличные средства. Поэтому мы не можем сказать, что в результате нашей деятельности в 2008 г. получили реальную рыночную кривую доходности, ее все равно нет.

КЭ Вы не считаете, что эти, такие успешные с точки зрения доходности, аукционы оттолкнули от вас некоторых инвесторов, которые работали с московскими облигациями?

С. П. Если они приобретали наши облигации, значит, цена их удовлетворяла. Я не могу сказать, что мы кого-то оттолкнули. Те, кого якобы отпугнула предлагаемая нами доходность, просто не купили эти облигации и не участвовали в аукционах. Такие банки были, поэтому круг участников сузился, он сосредоточился на крупнейших государственных банках, крупнейших брокерских компаниях, инвестиционных банках, которые работают в интересах крупных клиентов. Но это были размещения по той цене, которую был готов заплатить в тот момент покупатель, и с этой точки зрения они были рыночными.

Произошло дальнейшее повышение процентных ставок, ухудшение ситуации на международном и российском кредитных рынках, практически случился коллапс фондовых рынков во всем мире. Российский, может быть, упал больше, чем остальные, но рынки обрушивались по всему миру. Сейчас нет ни одной страны, где рынки бы росли, все они находятся в глубоком пике, включая рынки развитых стран. Поэтому сейчас ситуация для банков, которые приобрели наши облигации, достаточно напряженная.

Тем не менее все наши облигации, находящиеся в обращении, включены в Ломбардный список Центрального банка России. Под них Центральный банк посредством сделок РЕПО свободно предоставляет средства участникам рынка. Кроме того, существует активный рынок межбанковского РЕПО с участием наших облигаций: крупные банки "репуют" под них мелкие банки. Наконец, мы сами являемся участниками рынка РЕПО и тоже удовлетворяем потребности банков в кредитовании под залог наших собственных облигаций. Нельзя сказать, что банки получили некий безнадежный актив, с которым они вообще не могут работать. Напротив, это актив очень высокого качества, они использую его для управления своей ликвидностью и балансом банка, получения наличных средств, проведения различных залоговых операций.

КЭ Москомзайм в этом году начал новую деятельность — проведение операций обратного РЕПО. С апреля было проведено 15 конкурсов по размещению финансовых средств г. Москвы. Как эта деятельность отразилась на работе Комитета и как она сочетается с его основной деятельностью?

С. П. Это хорошее дополнение к нашей основной деятельности, потому что присутствие Москвы на рынке РЕПО своих собственных облигаций повышает ликвидность этих облигаций, усиливает интерес к ним участников рынка. Мы стали еще одним источником средств для поддержания ликвидности банковской системы, кредитования тех профессиональных участников рынка, которые в этом нуждаются и имеют в своем портфеле наши облигации. Нельзя сказать, что мы крупнейшие операторы этого рынка: гораздо большие объемы проходят на межбанковском рынке РЕПО, сделки РЕПО в крупных объемах с нашими облигациями проводит Банк России. Однако на наши ресурсы существует устойчивый спрос, у нас обращается на рынке примерно 7 млрд руб., оборот на сегодня составлит чуть больше 56 млрд руб. (рис. 5).

Мы начинали в апреле с 2-недельного, а с июня полностью ушли в сектор месячного РЕПО, потому что здесь меньше конкуренции. Другие участники рынка практически не предоставляют месячного РЕПО. В основном банки привыкли работать на 1-дневном, максимум 2-недельном РЕПО. Это ограниченный рынок: не всем банкам нужны такие длинные ресурсы, потому что цена на них выше. Они предпочитают "реповаться" на короткий срок: все время продлевать 1-дневное РЕПО. Тем не менее мы ведем эти операции, это хорошее дополнение к нашей деятельности. Мы, к сожалению, не можем проводить операции 1-дневного РЕПО, так как биржевая технология, при строго ограниченном объеме предоставляемого нами ресурса, не позволяет нам их проводить. 1-дневное РЕПО фактически сводится к револьвированию контракта, т. е. поставке денег без предоставления облигаций. В нашем случае требуется обязательная поставка облигаций на момент проведения аукциона: в такой ситуации для нас реально проводить либо 2-недельное, либо месячное РЕПО. Банки находятся в другой ситуации: им часто выгодно пролонгировать 1-дневное РЕПО по новым ставкам каждый день.

КЭ В начале года Вы планировали провести операцию валютного свопа для минимизации валютного риска при выплате купонных платежей в евро по московским внешним облигациям. Почему эти планы не осуществились?

С. П. Главная причина — полная дестабилизация рынка производных финансовых инструментов в мире. Это очень большой объем контрактов, они заключаются на внешнем внебиржевом рынке с крупными операторами этого рынка. Ситуация такова, что многие операторы этого рынка обанкротились и исчезли, поэтому сейчас в мире мало кто проводит эти сделки.

С другой стороны, нестабильность на валютном рынке отразилась и на ценовых параметрах: это хеджирование стало очень дорогим, т. е. экономический стимул к проведению таких операций в настоящее время отсутствует. Добавился и очень высокий риск: мы не знаем, с кем сейчас проводить эти сделки, рейтинги банков уже не отражают реальную ситуацию. Банк Lehman Brothers за день до банкротства имел рейтинг АА, поэтому все те, кто заключил контракты на производные финансовые инструменты с этим банком — а он был одним из крупнейших операторов и кредитных, и валютных деривативов — сейчас находятся в очень сложной ситуации. Понятно, что Lehman Brothers никаких взятых на себя обязательств уже не выполнит.

Дестабилизация валютных рынков в мире в целом говорит о том, что мы не можем пока заключать такие контракты. Рубль в общем и целом пока сохраняет стабильность, скорее, речь идет о снижение курса евро и росте курса доллара. Сохранится, очевидно, устойчивая тенденция к повышению курса доллара. Девальвации рубля не предвидится, хотя какое-то снижение курса возможно, но это снижение наверняка не будет таким, которое оправдывало бы заключение валютного свопа по высокой цене.

КЭ Как Вы оцениваете состояние рынка субфедеральных и муниципальных облигаций?

С. П. Примерно так же, как и состояние всего внутреннего облигационного рынка: сейчас он переживает стагнацию. Мы не видим и не увидим новых размещений облигаций региональных и муниципальных эмитентов. Субфедеральные облигации, естественно, имеют тенденцию к повышению доходности, на рынке происходит падение цены. Конечно, эти облигации активно используются в сделках РЕПО, а также при залоговом кредитовании. Центральный банк принимает в качестве базового актива ряд региональных облигаций и даже некоторые муниципальные.

Ситуация такова, что размещения региональных или муниципальных эмитентов в этом году вряд ли возможны. Но вполне вероятно, что в этом и нет особой нужды. Консолидированный бюджет регионов этого года будет сведен с профицитом. В настоящий момент, по статистическим данным, консолидированный бюджет субъектов Федерации положительный, поэтому для регионов в целом острой потребности в заемных средствах нет. Но это не значит, что она отсутствует полностью, особенно на муниципальном уровне. Муниципальные образования достаточно остро нуждаются в деньгах, у них никакого профицита нет.

Я бы не стал характеризовать состояние рынка региональных и муниципальных облигаций как кризисное. Естественно, Россия оказалась задета негативными процессами, происходящими в мире. Все это ведет к тому, что субъектам РФ и муниципалитетам придется в этом году полагаться на собственные средства. По всей видимости, не будет и рефинансирования займов, которые будут погашаться в этом году: их придется просто выплачивать или заменять на краткосрочные банковские кредиты, если будет такая возможность.

КЭ Должно ли Министерство финансов что-либо предпринять, чтобы улучшить состояние субъектов Российской Федерации?

С. П. С точки зрения доходов ситуация с субъектами РФ достаточно благоприятная. Я не думаю, что Минфин будет принимать какие-то особые меры для стабилизации ситуации, поскольку бюджетная обеспеченность всех обязательств регионов и муниципалитетов в целом достаточная. Не требуется никакого вмешательства: никакой санации, "пожарного" кредитования вышестоящим бюджетом. Минфин озабочен ситуацией, складывающейся на кредитном рынке, в банковском секторе, на фондовом рынке. Это сейчас приоритет.

КЭ В нынешней кризисной ситуации проблема создания федерального Агентства муниципального финансирования потеряла актуальность?

С. П. Мне кажется, она стала еще более актуальной, потому что этот кредитный кризис не закончится завтра и мы нескоро вернемся к ситуации, которая существовала до августа 2007 г. Как известно, кризисы всегда развиваются обвальным путем, а вот выход из них происходит постепенно. Кризис — это быстрое падение в пропасть, а выход из кризиса идет по очень пологому склону. Мы не ждем, что банковская система России в этом и в следующем году вдруг резко оправится от шока, опять начнет активно кредитовать и приобретать облигационные займы субъектов федерации, тем более муниципалитетов. Думаю, ситуация будет оставаться сложной, а подход к риску со стороны нашей российской банковской системы будет гораздо более жестким, чем ранее.

К сожалению, сейчас последует череда дефолтов на рынке корпоративных эмитентов второго и третьего эшелонов. Они уже идут — оферты не исполняются. Я когда-то говорил о том, что оферты — это "бомбы замедленного действия" на российском облигационном рынке корпоративных займов. Эта бомба начинает срабатывать: инвесторы приходят с офертой, а у банка или корпорации нет возможности перекредитоваться, и оферта не исполняется. Даже резкое повышение купона не оказывает положительного воздействия на держателя облигаций: они все равно хотят денег, купон им не нужен. Поэтому банки будут гораздо жестче подходить к долговым обязательствам муниципалитетов. Вот здесь-то нужна рука государства для создания федерального Агентства муниципального финансирования, которое раскрыло бы "зонтик" федеральных гарантий над этим массивом долговых обязательств и дало бы нашим городам и муниципалитетам долгосрочные ресурсы для финансирования их программ развития, а также для создания условий для выхода из нынешнего кризиса. Потому что это, конечно же, кризис: надо называть вещи своими именами, — это кризис кредитный, кризис ликвидности, кризис доверия — все эти вещи связаны между собой.

Преодоление этого кризиса лежит не в области решений повысить или понизить учетные ставки, выделить кому-либо триллион долларов. Все это лишь "пожарные" меры, тушение отдельных очагов пожара. Они не обращаются к истокам кризиса, фундаментальным его причинам. Я думаю, эти меры, несмотря на огромное количество выделяемых государством средств, не дадут быстрого и серьезного оздоравливающего эффекта. А вот ориентация на внутреннее развитие страны, на экономическое развитие регионов России — это реальный, долгосрочный и устойчивый путь выхода из кризиса. Именно таким путем наша страна может обрести экономическую и финансовую устойчивость и породить внутренние источники стабильного экономического роста, связанные не с "дешевыми" деньгами, которые приходили с Запада, не с высокими ценами на нефть, которые тоже сейчас падают, и не с потребительским спросом, порожденным за счет этих "дешевых" денег.

Прежде всего необходимы внутренние инвестиционные источники роста экономики: реализация крупных инфраструктурных проектов на основе государственно-частного партнерства; поддержание экономики в рабочем состоянии, сохранение рабочих мест; дальнейшая реформа развития нашего сектора финансовых услуг, его регулирования, реформа законодательства. Необходимо упорядочивание налогообложения в секторе финансовых услуг. Очевидно придется решать серьезные вопросы, связанные с налогообложением бизнеса, экономики в целом. Если нет возможности помочь бизнесу финансовыми ресурсами, — а ситуация именно такова, — то, как правило, помогают налогами: снижают налоги — бизнес получает дополнительные средства для выживания и развития.

Поэтому идея создания Агентства муниципального финансирования сейчас как никогда актуальна. Без него наши муниципалитеты и города очень быстро начнут хиреть со всеми негативными последствиями: социальными и экономическими. Инвестиционные программы на местном уровне являются одним из основных локомотивов развития нашей экономики. Городской заказ, муниципальный заказ, инвестиционные программы, инфраструктурные проекты — это все кормит большое количество людей, составляет значительную часть экономики, порождая спрос на строительные материалы и прочие сопутствующие товары, но прежде всего — на рабочую силу.

КЭ Какой объем средств потребуется выделить государству для создания такого агентства?

С. П. Государству не нужно выделять такому агентству грандиозных средств. Оно должно создать структуру для выпуска долговых обязательств, на которые распространяются государственные гарантии, эта структура сама выйдет на рынок и привлечет средства.

КЭ Разве резервный фонд не потребуется?

С. П. Резервный фонд потребуется, но деньги с точки зрения бюджета незначительны для создания такого отправного капитала. С другой стороны, когда это агентство начнет интенсивно работать по привлечению долга, массив долга будет расти и выйдет на уровень, например, 100 млрд руб., то возникнет вопрос объема гарантий. Но все эти вопросы решаемы.

КЭ Как Вы считаете, в нынешних кризисных условиях у субъектов Федерации как у эмитентов и управляющих долгом в распоряжении достаточно инструментов для эффективного управления долгом или требуется вносить какие-то поправки в законодательство и расширять возможности регионов?

С. П. Как можно управлять долгом в ситуации, когда на рынке господствуют недоверие, кредитный кризис, отсутствие достаточного количества капитала, заинтересованного в приобретении муниципального или регионального долга? Открываются только 3 пути: первый — обслуживать и погашать долг. Второй, если есть дополнительный источник доходов в местном бюджете, — при благоприятной ценовой ситуации можно откупать долг и таким образом экономить деньги на обслуживании. Третий — разновидность второго — предложить рынку обменять облигации. Но, я думаю, при остром кредитном кризисе новые облигации вряд ли кого-то заинтересуют. Поэтому остаются 2 пути: обслуживать и погашать долг или откупать. Все эти пути деятельности регулируются существующим бюджетным законодательством, дополнительных нормативных актов не требуется, никаких новых инструментов изобретать не надо.

КЭ Сохраняются ли планы Комитета по введению в обращение стандартных облигационных выпусков, так называемой эталонизации?

С. П. Планы остались, другое дело, что рынок сейчас не готов воспринимать эти эталонизированные выпуски в полном объеме. При наличии программы заимствований в следующем году и соответствующих экономических условий мы, конечно, будем продолжать выводить на рынок недоразмещенные эталонные выпуски. В этом году целый ряд таких выпусков частично выведен на рынок: МГор-45, 49 и 50, но большая их часть еще не размещена полностью. В том объеме, в котором они присутствуют на рынке, а это примерно от 2 до 8 млрд руб., они еще имеют недостаточную ликвидность. Мы полностью разместили только один выпуск — МГор-46 в объеме 10 млрд руб., — самый короткий, погашаемый в следующем году (рис. 6).

КЭ А такой аспект эталонизации, как большая открытость эмитента, связанная с предложением рынку стабильного графика проведения аукционов, еще неприемлем для Москомзайма?

С. П. Для эмитента нашего ранга это обязательное условие. Другое дело, что мы по ряду причин, к сожалению, не дотянули до выполнения этого условия, я об этом неоднократно упоминал. Причина того, что мы не могли соблюдать график, внутренняя: всегда существовала неясность с объемом доходов бюджета, который мы получим, и с окончательным объемом программы заимствований, которую мы будем реализовывать на рынке. Это вынуждало нас действовать периодически, внезапными выходами на рынок. Ну и, наконец, внешняя причина — это, конечно же, дестабилизация рынка.

КЭ То есть Вы не считаете, что эта постоянная неуверенность в своих планах, внезапность выхода на рынок — неотъемлемая особенность всех субфедеральных эмитентов, и тем более муниципальных, что от этого они никогда не избавятся?

С. П. Да, я не думаю, что это так. Это следствие дискретности нашего экономического развития: сначала очень резкого всплеска положительной конъюнктуры, а теперь — ее резкого ухудшения. Это причины, которые от нас мало зависят, и тут волей-неволей приходится приспосабливаться. Но сейчас подобного рода дискретность характерна абсолютно для всех региональных и муниципальных эмитентов во всем мире. В тяжелом положении находится целый ряд банков, которые традиционно занимались кредитованием местных органов власти. В непростой ситуации сейчас страховые компании, которые страховали муниципальные и региональные займы, чтобы дать им высокий рейтинг.

Рынок муниципальных облигаций во всем мире дестабилизирован, доходности везде растут. Возникают опасения относительно кредитоспособности местных органов власти, потому что у них пропала возможность рефинансирования долга. Некоторые американские муниципальные образования уже заявили о том, что они не сводят концы с концами. Падают налоговые доходы во многих американских и европейских муниципалитетах. Штат Нью-Йорк официально заявил, что недополучит 6,5 млрд долл. налогов из-за краха финансового сектора на Уолл-стрит, исчезновения целого ряда крупных налогоплательщиков. Резкое сокращение работающих в этом секторе означает, что подоходного налога соберут гораздо меньше. Серия дефолтов американских домохозяйств, выселение их из домов оставляют муниципалитет в ситуации, когда налог на имущество не платят, хотя дом остается в муниципалитете. Он принадлежит банку, который часто не может его продать. Ситуация очень непростая, и не только для нас. Сейчас и в США, и в Европе регионам и муниципальным образованиям очень сложно выходить на рынок и перекредитовываться.

КЭ Как Вы в целом оцениваете прошедший год с точки зрения московского бюджета?

С. П. Этот бюджетный год завершается положительно: абсолютно точно, что все наши бюджетные обязательства будут выполнены. Более того, опять будет значительный переходящий остаток средств, потому что пока сохраняется положительная инерция выплаты налоговых доходов. Конечно, появляются и тревожащие моменты: идет сокращение числа работающих в строительном и финансовом секторах. Очевидно, ряд крупных проектов в строительным секторе будет заморожен: не тех, которые финансируются правительством, а тех, которые финансирует частный бизнес. Многие проекты в частном секторе не начнутся, хотя запланированы.

С точки зрения выполнения инвестиционной программы Москвы пока все нормально, но есть определенная тенденция слабого освоения средств. По доходам планы буду перевыполнены, по расходам они, очевидно, будут недовыполнены, и это даст большой переходящий остаток средств на следующий год. Поэтому в следующий год с точки зрения бюджета, доходов и поступления средств Москва вступает уверенно.

С другой стороны, нужно предусматривать и учитывать какие негативные факторы и процессы, происходящие сегодня в мире, окажут влияние на крупнейших игроков российской экономики. Если будет снижение цен на нефть, доходы и федерального, и московского бюджетов, которые связаны с компаниями нефтегазового сектора, естественно, снизятся. Сокращение высокооплачиваемых сотрудников в банках и крупных компаниях скажется на сборе подоходного налога. Снизится потребление: будут меньше покупать, в том числе товаров долговременного пользования, а московская экономика во многом базируется на секторе услуг, прежде всего торговых. Падение торгового оборота приведет к определенному снижению налоговых поступлений. Вот с этими вызовами московскому правительству придется иметь дело в следующем году. В дополнение к этому на протяжении значительной части 2009 г., очевидно, сохранятся напряженность на кредитном рынке и в банковском секторе.

Интервью провел 15 октября 2008 г. Сергей Глазков, директор проекта "Финансы городов и регионов".







Содержание (развернуть содержание)
К чему приведет финансовый кризис
Долг Москвы: итоги 2008 года
Относительная кредитоспособность регионов РФ
Кредитоспособность российских регионов
Особенности субфедеральных и муниципальных займов и дефолта по ним
Субфедеральные и муниципальные облигации в Ломбардном списке
Рынок долгов: смена приоритетов
Перспективы рефинансирования корпоративного долга РФ: расчет на государственные ресурсы
Дефолты на российском долговом рынке: случайность или закономерность?
Итоги января - сентября 2008 г.: чего ждать от рынка корпоративных, субфедеральных и муниципальных облигаций
Автомир
Адмирал-Лизинг
Бахетле
Возрождение
Газэнергопромбанк
ГЛОБЭКС
Интурист
Камская долина
КД авиа
Нижнекамскнефтехим
ОГК-6
АПК "ОГО"
Русский международный банк
Северо-Западный Телеком
ТрансТехСервис
Уралсвязьинформ
ЦентрТелеком
Южная телекоммуникационная компания

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100