Casual
РЦБ.RU

Оправданный риск

Октябрь 2006


    Интервью с председателем Административного совета РАВИ, управляющим директором Delta Private Equity Partners Кириллом Дмитриевым

    Российская Ассоциация Прямого и Венчурного Инвестирования (РАВИ) - это организация, которая представляет инвестиционное сообщество в России, основная цель которой заключается в формировании политического и предпринимательского климата, благоприятного для инвестиционной деятельности. Delta Private Equity Partners, работающая в России с 1995 г., является ведущей управляющей компанией, ориентированной на финансирование динамично развивающихся российских компаний - потенциальных лидеров рынка. На сегодняшний день компания инвестировала cвыше 400 млн долл. в 51 российскую компанию через Инвестиционный фонд США - Россия, основанный в 1994 г., и Delta Russia Fund, созданный в 2004 г. О перспективах развития венчурной отрасли, а также о текущей работе и планах Delta мы беседуем с председателем Административного совета РАВИ и управляющим директором Delta Private Equity Partners Кириллом Дмитриевым.

    РЦБ: Кирилл Александрович, какую основную особенность рынка прямых инвестиций Вы можете отметить на сегодняшний день?

    К. Д. В настоящий момент рынок насыщен финансовыми ресурсами. Сделки размером в несколько сотен миллионов долларов заключаются каждый день. Все они связаны с производством товаров и услуг, востребованных потребителями. Но если говорить о сделке объемом, скажем, 1 млрд долл., то, скорее всего, она будет связана с научным потенциалом или инновациями. Цена "входного билета" на инновационный рынок может быть очень низкой: необходимо привлечь всего лишь одного ученого или группу ученых, способных предложить идею, инвестора, который доведет ее до ума, а также внешних соинвесторов. При выходе из бизнеса речь будет идти о прибыли в миллиарды долларов. Другое дело, что в России много идей, которые потенциально можно использовать коммерческими организациями и отлично заработать, но отсутствует защита прав интеллектуальной собственности. Скажем так, приток инвестиций тормозится из-за того, что ученых надо еще учить, как стать бизнесменами.

    РЦБ: Государство начало активное развитие венчурной отрасли: председатель правительства М. Фрадков подписал постановление о создании ОАО "Российский инвестиционный фонд информационно-коммуникационных технологий" (ОАО "РИФИКТ"), правительство одобрило создание российской венчурной компании (РВК). Как Вы оцениваете перспективы этих начинаний?

    К. Д. Российская Ассоциация Прямого и Венчурного Инвестирования активно работала с МЭРТ РФ над этими проектами, в которых заложено много правильных положений. В частности, мы сумели убедить правительство обратить внимание на некоторые очень важные моменты.
    Во-первых, государству не надо вкладывать средства в инновационные компании напрямую. Гораздо лучше инвестировать в фонды, которые будут управляться частными управляющими - профессионалами в венчурных инвестициях. Во-вторых, для защиты государственных средств необходимо, чтобы венчурные управляющие фондов вложили и свои собственные деньги (как минимум 51%). Таким образом, частные управляющие будут напрямую заинтересованы не потерять капитал, а приумножить его. Это основные постулаты, на которых мы настаивали и которые были приняты государством. Поэтому я оцениваю перспективы этих компаний довольно высоко. Попутно замечу, что в настоящее время российских фондов, которые сфокусировали свое внимание именно на венчурном секторе, очень мало - всего 2-3.
    И если государство за счет проведенных и планируемых мероприятий сумеет создать 10-15 подобных фондов, то это действительно позволит говорить о присутствии венчурной отрасли и венчурных фондов в России.

    РЦБ: Как Вы считаете, рынок готов к созданию подобного рода венчурных фондов? Насколько частным управляющим интересно сотрудничать с государством?

    К. Д. Следует отметить любопытный аспект: фактически нигде в мире mutual funds, т. е. то, чем в России являются паевые фонды управления, напрямую не вкладывают в венчурные компании. Из-за ограниченности организационно-правовых форм в нашей стране единственная форма, устраивающая государство, - закрытые паевые инвестиционные фонды. Мне кажется, что появится ряд ЗПИФов, которых проект может заинтересовать. Правда, им понадобится нанимать отдельную команду и финансово мотивировать ее. Скорее всего, придут компании, созданные именно под венчурные инвестиции и которые просто примут правовую форму ЗПИФов.

    РЦБ: Как Вы оцениваете рынок с точки зрения наличия проектов, в которые можно было бы инвестировать эти средства?

    К. Д. Проектов недостаточно. Для того чтобы они были адекватными и жизнеспособными, нужен капитал и люди, способные поддержать компанию не только деньгами, но и советом. Привлеченные деньги помогут существующим проектам раскрутиться и стать примером для других.

    РЦБ: Назовите критерии, с помощью которых государство должно отбирать частные управляющие компании?

    К. Д. Основные критерии - наличие успешного опыта инвестиций в венчурные компании и сильной профессиональной команды. Венчурный бизнес довольно жесткий. Компания должна доказать, что она успешно вкладывает и зарабатывает и при этом привести конкретные цифры (сколько средств она вложила и за сколько продала). Поэтому прежде всего следует сфокусироваться на людях, имеющих опыт работы в инвестиционном бизнесе и хорошую репутацию. Конечно, иногда невозможно набрать таких команд на 10-15 фондов. Тогда возникнет вопрос оценки профессиональной компетенции управляющих, возможного партнерства с опытными венчурными инвесторами, умения и возможности показать какое-то уникальное преимущество, партнерских связей с индийскими, американскими и израильскими компаниями.

    РЦБ: Каким образом будут распределяться доходы от инвестиций?

    К. Д. При закрытии фонда частный управляющий обязан вернуть средства, взятые у государства, плюс 3% годовых. Возможны два сценария. Первый сценарий: фонд неуспешный и денег осталось меньше, чем дало государство. В этом случае государство получит все оставшиеся деньги, а частный управляющий потеряет свои. Второй сценарий: фонд успешный, возвращает больше денег, чем взял у государства, плюс 3% годовых от всех заработанных средств. В этом случае государство получает первоначальную сумму, а частный управляющий - сверх государственного порога. В свою очередь последний сценарий может быть успешным или неуспешным, т. е. в случае удачного вложения денег доходность составит примерно 35-50%, менее успешные инвесторы получат какую-то минимальную доходность, но все равно обязаны государству вернуть изначальную сумму.

    РЦБ: Каким образом государство будет участвовать в текущей работе фонда? Будет ли оно иметь возможность влиять на выбор проекта, принимать какие-то решения по стратегии развития компании?

    К. Д. В идеале государство не должно участвовать в текущей работе фонда, но реалии у нас, как вы знаете, отличаются от идеалов. Чтобы влияние было минимальным в совете директоров должны быть два независимых представителя, не связанных с государством и способных обеспечить объективность и правильные варианты управления. Поэтому основная идея этого фонда - просто вложить средства в правильные проекты и не вмешиваться в дальнейшую работу. Существует много примеров, когда, вмешиваясь, государство усложняет ситуацию. В дискуссии с государством меня поразило то обстоятельство, что многие люди это понимают и согласны с этим.

    РЦБ: Каким образом государство будет участвовать в отборе проектов?

    К. Д. Как планируется, фонды должны будут вкладывать в технологии из довольно обширного списка приоритетных технологий и сфер, подготовленного правительством.

    РЦБ: Расскажите об особенностях деятельности Delta Private Equity Partners. Вы занимаетесь венчурными инвестициями?

    К. Д. Мы не считаем себя венчурными капиталистами и не являемся ими. Мы не делаем "стартапов" Но наш президент, Патриция Клоэрти, которая занимается венчурным бизнесом уже 30 лет, рассматривает инновации более широко. Она считает, что инновации это не только исследовательские и научные проекты, но и идеи, позволяющие бурно развиваться любому бизнесу, например финансовым услугам или производству товаров народного потребления. Вообще, если 3 года назад private equity был представлен практически 3-4 игроками, то сегодня многие российские финансово-промышленные группы создают отделения, которые называются private equity. Разница между российскими и американскими фондами состоит в том, что последние имеют реальных инвесторов и реально "болеют" за каждый проект. Например, за 10 лет мы можем позволить себе произвести списания, несколько "средненьких" выходов и несколько "звездных", чтобы обеспечить доход выше среднего. Отмечу, что пока ликвидность по второму фонду - Delta Russia Fund, официально открытому в 2005 г., такова, что инвесторы свою прибыль оценивают в трехзначных цифрах. По этому фонду были реализованы продажи DeltaBank - GE Consumer Finance по цене, в 3 раза превышающей величину чистых активов, и DeltaCredit - Societe Generale с коэффициентом 3 относительно первичной инвестиции. Недавно мы продали сеть магазинов SPAR в Москве с коэффициентом около 3,3. Другими словами, пока все проекты "звездные".

    РЦБ: Как правило, инвесторы реинвестируют свою прибыль?

    К. Д. Когда инвестор принимает решение об инвестировании в наш фонд, то он обозначает сумму, которую он готов вложить. Далее, по мере нахождения новых проектов, часть этой суммы отзывается на наш счет. Когда же осуществляется продажа портфельной компании, то в течение нескольких дней наши инвесторы получают средства, вырученные в ходе сделки.

    РЦБ: Расскажите о ваших планах по созданию следующего фонда.

    К. Д. Следующий фонд будет примерно на 300 млн долл. Мы очень надеемся, что та группа инвесторов, которая сегодня с нами сотрудничает, - это финансовые структуры и частные инвесторы в основном из США, Великобритании, Японии, Нидерландов - увеличит свое присутствие на российском рынке. Ведь ни для кого не секрет, что для многих это было пробное вложение в Россию. Конечно, особенно отличаются консерватизмом пенсионные фонды.

    РЦБ: Вы стараетесь воздерживаться от инвестиций в какие-либо секторы?

    К. Д. Мы не осуществляем сделки, связанные с природными ресурсами, недвижимостью и приватизацией, - это слишком непрозрачные и капиталоемкие бизнесы. В среднем на одну компанию мы не выделяем более 10-15 млн долл.

    РЦБ: Вы покинули проект "Национальные кабельные сети" (крупный оператор кабельных сетей в Питере, эквивалент НТВ-плюс в Москве) меньше чем за год. Почему?

    К. Д. Действительно, мы вышли из этого проекта меньше чем за 1 год, хотя средний срок пребывания в качестве инвестора примерно 3-4 года. Наша способность обнаружить игрока номер один или два внутри быстрорастущего рынка привела к тому, что московские игроки, посмотрев на Москву, которая уже поделена, обратили внимание на Питер. Главный игрок Питера - наш. Мы получили хорошее предложение от "Базового Элемента" - соинвестора в этой компании. Просчитав, что это очень прибыльный сегмент, "Базовый Элемент" использовал право первого выкупа акций.

    РЦБ: "Дельта" специализируется на потребительских товарах и услугах, на финансовом секторе, а также на телекоммуникациях, медиа и технологиях (TMT). Какие проекты планируются в рамках этих секторов?

    К. Д. Что касается СМИ, то у нас есть компания INTH (канал ТВ). В финансовом секторе мы смотрим на компании, предоставляющие всевозможные финансовые услуги. Отмечу, что после продажи ДельтаБанка и ДельтаКредитБанка мы больше не будем вкладывать средства непосредственно в банки. В свое время мы стали акционерами двух банков, поскольку в 2000 г. не было финансовых институтов, предоставляющих такого рода услуги, и оказалось проще создать их "с нуля" с минимальными затратами. Также замечу, что в рамках тех сумм, которые мы готовы предоставить одной компании (как правило, от 10 до 15 млн долл.), банк уже не создашь. Мы сейчас больше смотрим на проекты технологичного сектора, которые могут быть востребованы в финансовой сфере, например платежные системы или предложения, позволяющие наладить взаимоотношения между банком и конечным потребителем.
    В секторе телекоммуникаций и технологий прежде всего следует выделить в нашем портфеле "Компьюлинк" - сервисного интегратора, компанию, сумевшую наладить все процессы и являющеюся сегодня реальным кандидатом на IPO. Также для изучения сектора новых технологий мы привлекли отдельного специалиста. И я думаю, что в течение нескольких месяцев у нас появятся новые проекты.

  • Рейтинг
  • -1
Оставить комментарий
Добавить комментарий анонимно, введите имя:

Введите код с картинки:
Добавить комментарий как авторизованный посетитель: Войти в систему

Содержание (развернуть содержание)
Факты и комментарии
Новая структура госдолга
Векселя торговых и промышленных предприятий
Оценка фундаментальной стоимости компании
Индикаторы капитализации компании ОАО "Газпром"
Решение сложного вопроса
Иностранные инвестиции в Россию
Оправданный риск
Иностранные инвестиционные фонды в России: слагаемые успеха и факторы риска
Прямые инвестиции: взгляд со стороны инвестора
Развитие отрасли венчурных инвестиций в России: венчурные фонды
Инвестиционная деятельность страховых компаний: навстречу рынку
Переход на "единый инвестиционный пай"
События
Современный подход к оценке кредитных рисков и надежности компаний
Вопросы по управлению портфелем в международной сертификации инвестиционных аналитиков ACIIA
Долгосрочная рыночная информация для инвестиционных аналитиков Совместный проект ГИФА и ВШФМ АНХ
Секьюритизация a la FranCaise
Последние изменения в законодательстве об ИЦБ
Функции центральных депозитариев Северной Европы

  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100