Casual
РЦБ.RU

Инфраструктурные облигации: быть или не быть в России?

Июнь 2009

Современная действительность диктует необходимость разработки новых и совершенствования действующих инструментов инфраструктурного финансирования. Принимая во внимание социальную значимость объектов инвестирования с точки зрения текущих потребностей (обеспечение функционирования государственных институтов, создание рабочих мест, востребованность производства и т. п.), а также важности развития национальной экономики и улучшения качества жизни населения (строительство и реконструкция дорог, путей сообщения, сетей передачи электроэнергии, аэропортов, образовательных учреждений, больниц и иных инфраструктурных объектов), государство и частный капитал объединяют свои усилия для достижения указанных целей. И такое объединение можно осуществлять на взаимовыгодных, рыночных условиях.

Экономика многих стран построена на принципе допустимости участия частного капитала в развитии инфраструктуры1. Данная концепция получила развитие и в Российской Федерации (приватизация, реформа электроэнергетической отрасли, концессионные соглашения и пр.). С 2008 г. началась реализация 13 крупных инфраструктурных проектов на основе государственно-частного партнерства, в том числе за счет средств Инвестиционного фонда РФ2. Сокращение объемов реконструкции и строительства объектов инфраструктуры, а также темпов пополнения и обновления парков подвижного состава транспорта привело к тому, что в последние годы существенно ухудшилось техническое состояние (возрастная структура, увеличение износа и т. д.) и работоспособность транспортных средств3. В этой связи особо значимой представляется консолидация усилий государственного и частного капитала для развития инфраструктуры, в том числе и транспортной сети (рис. 1).

В данной статье мы рассмотрим такую форму государственно-частного партнерства, как инфраструктурное финансирование, привлекаемое концессионером посредством выпуска инфраструктурных облигаций4, и выявим основные пробелы и ограничения в действующем российском законодательстве и (или) складывающейся судебной практике, которые препятствуют широкому использованию данного инструмента, с предложениями по преодолению барьеров российской правовой действительности. Нами был проанализирован зарубежный опыт с целью возможного заимствования с учетом выявленных практических сложностей применения5 при разработке концепции развития действующего российского законодательства.

Инфраструктурные облигации как самостоятельный институт не регламентированы российским законодательством и представляют собой в настоящее время корпоративные облигации, выпускаемые эмитентом-концессионером с целью привлечения финансирования для реализации концессионного соглашения (строительство или реконструкция объектов инфраструктуры). Выплата процентного (купонного) дохода по инфраструктурным облигациям обеспечивается доходом эмитента-концессионера от эксплуатации инфраструктурного объекта, т. е. будущим денежным потоком, что позволяет рассматривать инфраструктурные облигации как разновидность секьюритизации. В данной статье под эмитентом-концессионером понимается российское юридическое лицо, заключившее концессионное соглашение в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 21 июля 2005 г. № 115-ФЗ "О концессионных соглашениях", концедентом по которому является Российская Федерация или субъект Российской Федерации.

Поэтапная схема инфраструктурного облигационного займа, соответственно, может быть представлена следующим образом:

  • создание специального юридического лица с целью участия в конкурсе на заключение концессионного соглашения;
  • участие в конкурсе на заключение концессионного соглашения;
  • заключение концессионного соглашения;
  • размещение инфраструктурных облигаций со сроком обращения не менее срока строительства и последующего периода окупаемости проекта;
  • направление денежных средств, полученных от размещения инфраструктурных облигаций, на строительство, реконструкцию инфраструктурного объекта;
  • государственная приемка инфраструктурного проекта;
  • сбор платежей от пользователей реконструированного или законченного строительством объекта и направление денежных средств на выплаты облигационерам по погашению номинальной стоимости и накопленного купонного дохода по облигациям.

Инфраструктурные облигации позволяют частному капиталу участвовать во взаимовыгодных проектах с государством, снижая бремя последнего по несению расходов, однако этот инструмент практически не востребован на российском рынке ценных бумаг ввиду недостатков отечественного правового регулирования.

Следует отметить, что Стратегией развития финансового рынка на период до 2020 г.6 отмечается необходимость внесения в законодательство Российской Федерации изменений, обеспечивающих защиту прав владельцев инфраструктурных облигаций, а также возможность инвестирования в такие облигации средств кредитных организаций, пенсионных накоплений, в том числе аккумулируемых Пенсионным фондом Российской Федерации, пенсионных резервов негосударственных пенсионных фондов и активов паевых инвестиционных фондов. Указанная мера позволит привлечь инвестиции для финансирования инфраструктурных проектов и одновременно расширить перечень объектов для инвестирования средств пенсионных накоплений и размещения средств пенсионных резервов негосударственных пенсионных фондов.

Препятствия широкого применения облигационного инфраструктурного финансирования в Российской Федерации

Мы не ставим перед собой цель в короткой журнальной статье привести исчерпывающий перечень норм, подлежащих закреплению в российском законодательстве для должной регламентации и применения инфраструктурных облигаций. Наша задача — обратить внимание на основные барьеры применения института инфраструктурных облигаций, который мог бы стать весьма действенным инструментом в современных российских реалиях.

Такими препятствиями, на наш взгляд, являются:

  • невозможность залога денежных средств на счете;
  • отсутствие института номинальных счетов;
  • отсутствие законодательно регламентированной процедуры секьюритизации денежных потоков, не являющихся платежами по ипотечным кредитам;
  • недопустимость залога прав требования по концессионному соглашению;
  • исчерпывающий круг объектов инвестирования крупных потенциальных инвесторов (например, средства пенсионных накоплений могут быть вложены в специально предусмотренные Правительством Российской Федерации ценные бумаги);
  • отсутствие органа, уполномоченного осуществлять контроль за реализацией эмитентом инфраструктурного проекта, и обязательств по инфраструктурным облигациям;
  • отсутствие специальной правоспособности эмитента инфраструктурных облигаций;
  • отсутствие института соглашений акционеров;
  • отсутствие института собрания или представителя облигационеров;
  • ничтожность отказа акционера от отдельных прав в отношении эмитента инфраструктурных облигаций с целью недопущения добровольной ликвидации или банкротства эмитента до исполнения им всех обязательств по инфраструктурным облигациям;
  • отсутствие налоговых льгот для владельцев инфраструктурных облигаций как на федеральном, так и на местном уровнях, в том числе применительно к ОЭЗ;
  • отсутствие налоговых льгот для эмитента-концессионера;
  • ограничения возможностей выпуска облигаций хозяйственными обществами.

Следует также отметить, что действующим законодательством установлено императивное правило: номинальная стоимость всех выпущенных обществом облигаций не должна превышать размер уставного капитала общества и (или) величину обеспечения, предоставленного обществу для этих целей третьими лицами. При отсутствии обеспечения, предоставленного третьими лицами, выпуск облигаций допускается не ранее третьего года существования общества и при условии надлежащего утверждения годовой бухгалтерской отчетности за два завершенных финансовых года. Указанные ограничения не применяются для выпусков облигаций с ипотечным покрытием и в иных случаях, установленных федеральными законами о ценных бумагах7. Аналогичные требования действуют и в отношении акционерных обществ.

Принимая во внимание, что эмитентом — концессионером инфраструктурных облигаций может быть специально созданное юридическое лицо (SPV), представляется необходимым расширить перечень исключений из обозначенного правила.

Облигационное инфраструктурное финансирование как инструмент государственно-частного партнерства

Для определения путей развития отечественного законодательства с целью обеспечения использования института инфраструктурных облигаций исключительно полезно обратиться к зарубежному опыту структурирования государственно-частного привлечения инфраструктурного финансирования.

Анализ зарубежного опыта свидетельствует о том, что инфраструктурные облигации могут выпускаться в форме:

  • государственных или муниципальных облигаций;
  • корпоративных облигаций, эмитентом которых является специально созданное государством юридическое лицо (государственная корпорация) для финансирования конкретного инфраструктурного проекта;
  • корпоративные облигации, выпускаемые функционирующими юридическими лицами, которые являются собственниками инфраструктурного объекта и намерены модернизировать старый или построить новый объект на привлеченные облигационные средства;
  • корпоративных облигаций, эмитентом которых является юридическое лицо- концессионер, в том числе SPV.

Следует подчеркнуть, что институт концессионных соглашений известен многим иностранным юрисдикциям именно как инструмент государственно-частного партнерства9. Обязательства и роль государства в данном партнерстве проявляются в том, что государство, сохраняя за собой право собственности на инфраструктурный объект, предоставляет концессионеру эксклюзивное право его эксплуатации в течение определенного срока, а также государственную поддержку при реализации проекта, в том числе при привлечении финансирования и последующей эксплуатации инфраструктурного проекта.

Иностранные государства принимают все возможные меры для стимулирования развития облигационного финансирования концессионеров, в том числе путем:

  • предоставления налоговых льгот владельцам облигаций в форме льгот по налогу на доходы физических или юридических лиц;
  • предоставления налоговых льгот концессионеру;
  • предоставления государственных гарантий по денежным обязательствам концессионера перед владельцами инфраструктурных облигаций;
  • путем введения на законодательном уровне моратория на предъявление облигаций к выкупу или досрочному погашению, обеспечением следования которому является неприменение налоговых льгот к владельцам облигаций, в собственности которых облигации находились менее установленного законом срока;
  • путем предоставления так называемых молчаливых гарантий на случай нереализации инфраструктурного проекта, презюмируя социальную значимость проекта;
  • предоставление возможности залога облигаций в качестве обеспечения по кредиту, предоставляемому государственным банком, в целях привлечения кредитных организаций как инвесторов.

Законодательству зарубежных государств известны также элементы поддержки инфраструктурных облигаций со стороны местных органов власти. Это может быть предоставление муниципальных гарантий или дополнительных налоговых льгот с учетом территории реализации инфраструктурного проекта.

Отдельные льготы и преимущества устанавливаются также для особых экономических зон (ОЭЗ), что выражается в освобождении от налогообложения владельцев инфраструктурных облигаций, размещенных с целью финансирования определенных инфраструктурных проектов на территории ОЭЗ.

Надо сказать, что инфраструктурные облигации, выпускаемые юридическим лицом-концессионером, скорее исключение, нежели общепринятая мировая практика облигационного финансирования инфраструктурного финансирования.

Более распространен выпуск государственных или муниципальных облигаций, источником выплат дохода по которым являются поступления от использования конкретного инфраструктурного объекта, созданного или реконструированного на привлеченные в результате облигационного займа денежные средства. Такие облигации выпускаются в США и странах Европы (revenue bonds, industrial revenue bonds и т. д.).

Однако в последнее время государства предпочитают смещать акцент на частный сектор, играющий большую роль в реализации инфраструктурных проектов, поэтому на первый план, как ожидается, выйдут именно корпоративные облигации, выпускаемые концессионером или кредитной организацией в интересах концессионера с целью финансирования конкретного инфраструктурного проекта (например, страны Латинской Америки)10. При этом данные корпоративные (инфраструктурные) облигации не являются самостоятельным правовым институтом, а представляют собой корпоративные облигации с длительным сроком обращения и особыми способами обеспечения интересов инвесторов (см. таблицу).

Виды и способы обеспечения исполнения обязательств по инфраструктурным облигациям

Во всех странах по-разному решается вопрос обеспечения интересов инвесторов и распределения рисков дефолта эмитента инфраструктурных облигаций. Способы обеспечения зависят, прежде всего, от того, является ли инфраструктурная облигация государственной (муниципальной) или корпоративной ценной бумагой.

На практике применяются следующие способы обеспечения исполнения эмитентом обязательств по инфраструктурным облигациям:

  • аккредитив первоклассного банка,
  • формирование резерва;
  • государственная или муниципальная гарантия;
  • страхование риска ответственности за неисполнение обязательств;
  • залог прав требования по концессионному соглашению;
  • залог прав требования поступлений от пользователей инфраструктурным объектом (доход от эксплуатации законченного строительством или реконструированного инфраструктурного объекта);
  • аккумулирование денежных средств, полученных в ходе облигационного займа, на специальном доверительном счете доверителя (институт trustee и escrow account);
  • залог денежных средств, размещенных на депозите, в размере поступлений от эксплуатации инфраструктурного объекта и (или) полученных от размещения облигаций в объеме, достаточном для обеспечения исполнения обязательств эмитента по облигациям в текущем году;
  • уступка прав требований в пользу владельца облигаций по договорам эмитента-концессионера;
  • непосредственный контроль регулятора (органа государственной власти) за размещением и исполнения обязательств по инфраструктурным облигациям;
  • залог недвижимого имущества;
  • уступка прав требований по договорам с пользователями инфраструктурного объекта;
  • хеджирование валютных рисков и пр.

В свою очередь российское законодательство предусматривает только такие формы обеспечения облигаций, как залог недвижимого имущества или ценных бумаг, государственная или муниципальная гарантия и поручительство. Есть мнение, что, если эмитент добровольно выберет способ обеспечения исполнения обязательств, не указанный в Федеральном законе от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг", облигация будет признана не обеспеченной. Между тем законодатель, не определяя специфики обеспечения инфраструктурных облигаций и само понятие "инфраструктурная облигация", предпринимает попытки выделить инфраструктурные облигации, предоставив их эмитенту определенные льготы при включении в котировальный список, с целью привлечения к ним институциональных инвесторов11.

Чилийская модель организации облигационного инфраструктурного финансирования концессионных соглашений

Учитывая тот факт, что последние изменения российского законодательства делают акцент на особых преференциях при листинге инфраструктурных облигаций именно эмитента-концессионера, весьма интересен с точки зрения потенциального заимствования опыт облигационного финансирования при реализации концессионных соглашений в Чили.

Законодательству данной страны известен институт инфраструктурных облигаций, выпускаемых эмитентом-концессионером с целью привлечения финансирования для реализации конкретного инфраструктурного проекта. Облигационное финансирование при этом отличается сложной системой распределения рисков между государством и частным сектором, подлежащей закреплению в эмиссионной документации, которая представляет собой соглашении об облигационном займе (bond indenture). В частности, законодательство Чили требует предусмотреть в соглашении об облигационном займе:

  • обязательное назначение представителя облигационеров — кредитную организацию или иное лицо, специально уполномоченное государственным органом (The Superintendency of Securities and Insurance, SVS);
  • обязательное привлечение управляющего агента (extraordinary administrator) для осуществления контрольных функций;
  • обязательное привлечение агента строительного надзора (independent engineer);
  • обязательное утверждение инвестиционной политики, очерчивающей круг допустимых инвестиций эмитента инфраструктурных облигаций;
  • обязательность соответствия допустимых инвестиций эмитента установленным уполномоченным органом (SVS) требованиям, в том числе к рейтингу и валюте инвестирования;
  • обязательное привлечение доверительного управляющего для управления активами эмитента инфраструктурных облигаций;
  • открытие и ведение нескольких специальных счетов, в том числе депозитных;
  • залог депозитных денежных средств эмитента облигаций в пользу владельцев облигаций;
  • недопустимость обращения взыскания или ареста заложенных депозитных денежных средств;
  • по усмотрению эмитента специальный залог в пользу владельцев облигаций прав требования по концессионному соглашению.

Обозначенные механизмы распределения и минимизация рисков далеко не идеальны, и их можно оспаривать, тем не менее они заслуживают внимания российского законодателя и правоприменителя.

Механизмы распределения и снижения рисков при инфраструктурном облигационном финансировании в России

Распределение гражданской ответственности между контрагентами эмитента

При разработке концепции по инфраструктурным облигациям необходимо придерживаться принципа максимального распределения рисков по инфраструктурным облигациям между частными инвесторами и государством. Кроме того, реальным видится применение по аналогии схемы построения договорных отношений по сделкам секьюритизации ипотечных активов для максимально возможного распределения рисков между участвующими в сделке субъектами и обеспечения многоступенчатого контроля за действиями того или иного субъекта взаимодействия с конечной целью не допустить дефолт по обязательствам, снижение кредитного рейтинга и пр. (рис. 2). Следует отметить, что круг субъектов взаимодействия эмитента-концессионера при реализации инфраструктурного проекта зависит от отрасли экономики, к которой относится инфраструктурный объект.

Немаловажным является также наделение контрольными или управленческими функциями государственных корпораций, которые бы стали значимым игроком на рынке инфраструктурных облигаций по аналогии с ОАО "Агентство по ипотечному жилищному кредитованию" на рынке ипотечного кредитования.

Установление специальной правоспособности эмитента-концессионера

Представляется целесообразным применение подхода по сделкам секьюритизации ипотечных активов к обсуждаемому варианту с тем, чтобы исключить риски истории эмитента, требований к эмитенту со стороны третьих лиц, его добровольной ликвидации до достижения цели создания и пр.

Разумным было бы предусмотреть возможность передачи (либо передачу) полномочий единоличного исполнительного органа эмитента управляющей организации, а ведения бухгалтерского и налогового учета специализированной бухгалтерской организации.

Обеспечение исполнения обязательств по облигациям

Обязательства эмитента-концессионера перед владельцами облигации могут быть обеспечены государственной и муниципальной гарантией, поручительством прогосударственной кредитной организации или государственной корпорации (по аналогии с поручительством ОАО "Агентство по ипотечному жилищному кредитованию" применительно к обязательствам по ипотечным ценным бумагам).

В этой связи соответствующие изменения рекомендуется внести в требования, предъявляемые для включения ценных бумаг в Ломбардный список Банка России, что позволит привлечь кредитные организации к инвестициям в инфраструктурные облигации.

Принимая во внимание заинтересованность эмитента-концессионера в максимальном снижении стоимости обеспечения облигационного финансирования, особо значимым инструментом обеспечения исполнения обязательств по инфраструктурным облигациям должен стать залог прав требования эмитента к пользователям инфраструктурным объектом, а также права требования эмитента как концессионера.

Относительно залога имущественных прав в обеспечение облигационного займа следует отметить следующее. Действующее законодательство об акционерных обществах и открытых акционерных обществах не допускает возможности выпуска хозяйственными обществами облигаций, обеспеченных залогом имущественных прав. Так, в частности ст. 33 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ "Об акционерных обществах", предусмотрено, что общество вправе размещать облигации, обеспеченные залогом определенного имущества общества, либо облигации под обеспечение, предоставленное обществу для целей выпуска облигаций третьими лицами, и облигации без обеспечения.

Законодательство о рынке ценных бумаг еще более узко определяет, что предметом залога по исполнению эмитентом обязательств по облигациям могут быть только ценные бумаги или недвижимое имущество. При этом к отношениям, связанным с обеспечением исполнения обязательств по облигациям залогом имущества эмитента или третьего лица, положения Гражданского кодекса Российской Федерации и иных федеральных законов применяются с учетом особенностей, установленных Федеральным законом от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг"12.

Несмотря на указанные ограничения, относительно предмета залога по облигациям Федеральным законом "Об ипотечных ценных бумагах" определенно обозначено, что исполнение обязательств по облигации с ипотечным покрытием обеспечивается залогом ипотечного покрытия, которое составляют не только недвижимое имущество и ценные бумаги, но в первую очередь права требования о возврате основной суммы долга и (или) об уплате процентов по кредитным договорам и договорам займа, в том числе удостоверенные закладными, и денежные средства13.

С учетом вышесказанного представляется необходимым внести соответствующие изменения в Федеральный закон "О рынке ценных бумаг".

Действующее законодательство не допускает также залог прав концессионера по концессионному соглашению. В частности, ст. 5 Федерального закона от 21 июля 2005 г. № 115-ФЗ (ред. от 30 июня 2008 г.) "О концессионных соглашениях" предусматривает, что концессионер не может передавать в залог свои права по концессионному соглашению. Как было отмечено выше, зарубежное законодательство допускает возможность залога прав требования по концессионному соглашению.

В связи с этим целесообразно снять данный запрет или уточнить его с тем, чтобы обеспечить возможность залога прав требований в пользу владельцев облигаций, которые представлены уполномоченным лицом облигационеров.

Из-за неоднозначности формулировок ст. 334, 349 и 350 ГК РФ судебная практика признает недопустимым залог денежных средств. Президиум ВАС РФ аргументирует это тем, что "одним из существенных признаков договора о залоге является возможность реализации предмета залога. Денежные средства, тем более в безналичной форме, этим признаком не обладают, и, исходя из сути залоговых отношений, денежные средства не могут быть предметом залога"14. Однако институт залога денежных средств на счете является необходимым инструментом по сделкам секьюритизации, в том числе при выпуске инфраструктурных облигаций.

В соответствии со ст. 336 ГК РФ предметом залога может быть всякое имущество, в том числе вещи и имущественные права (требования), за исключением имущества, изъятого из оборота, требований, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и иных прав, уступка которых другому лицу запрещена законом. При это м объектами гражданских прав являются вещи, включая деньги и ценные бумаги, иное имущество, в том числе имущественные права; работы и услуги; охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность); нематериальные блага (ст. 128 ГК РФ). Из буквального толкования данных норм следует, что возможен как залог прав требования, так и залог денежных средств. При этом если возможность залога прав требований широко поощряется судебной практикой, то по залогу денежных средств позиции судов по-прежнему неизменны. Хотелось бы подчеркнуть, что действующее законодательство (ст. 340 ГК РФ) допускает залог будущих прав требования.

Уступка будущих прав требования эмитента-концессионера по договорам с пользователем инфраструктурным объектом после введения его в эксплуатацию (широко используется во Франции и Англии) также является эффективным инструментом, который законодательно может быть признан допустимым применительно к обеспечению исполнения обязательств эмитента по инфраструктурным облигациям. Следует отметить, что действующее законодательство и судебная практика не запрещают оборот будущих прав, в том числе уступку прав, возникших в будущем15.

В данном отношении, особенно для целей сделок по облигационному инфраструктурному финансированию, особый интерес представляет Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 25 августа 2005 г. № Ф08-3670/2005, согласно которому имущественные права вкладчика, вытекающие из договора банковского вклада (депозита), могут быть предметом залога, поскольку это не запрещено законом. Важно отметить, что Федеральный закон от 21 июля 2005 г. № 115-ФЗ "О концессионных соглашениях" рассматривает передачу концессионером концеденту в залог прав концессионера по договору банковского вклада (депозита) как один из способов обеспечения обязательства концессионера по договору16. В данной связи возникает вопрос: кто должен быть бенефициаром данного способа обеспечения обязательств: государство или облигационеры? Представляет, законодательный выбор должен был сделан в пользу последних.

Залог денежных средств предусматривает не только Федеральный закон "Об ипотечных ценных бумагах". Если уполномоченным органом было установлено требование обеспечения исполнения государственного или муниципального контракта, государственный или муниципальный контракт заключается только после предоставления участником конкурса, с которым заключается контракт, безотзывной банковской гарантии, страхования ответственности по контракту или передачи заказчику в залог денежных средств, в том числе в форме вклада (депозита), в размере обеспечения исполнения контракта, указанном в извещении о проведении открытого конкурса. Способ обеспечения исполнения контракта из всех перечисленных такой участник конкурса выбирает самостоятельно17.

Применительно к рассматриваемой схеме облигационного финансирования концессионер может открыть депозит в кредитной организации, которая будет одновременно выступать уполномоченным представителем облигационеров, с тем, чтобы в случае дефолта по облигациям взыскание предмета залога было осуществлено простым списанием денежных средств со счета эмитента, открытого в данной кредитной организации, на счет кредитной организации как представителя интересов владельцев облигаций в пользу последних. Однако реализация данного механизма требует изменения российского законодательства.

Зарубежному законодательству также известен институт залога денежных средств или депозита (Чили, США, Казахстан). В п. 4 ст. 301 ГК Республики Казахстан записано, что деньги, являющиеся предметом залога, размещаются в банке. В то же время п. 5 ст. 303 ГК Республики Казахстан оговаривает, что если иное не установлено договором о залоге, то деньги, являющиеся предметом залога, размещаются в банке.

В США вопросы реализации прав залогодержателя регулируются, в частности, нормами Универсального торгового кодекса США (Uniform Commercial Code, далее — УТК США), согласно которому залогодержатель осуществляет контроль над депозитным счетом:

  • если залогодержателем является банк, в котором открыт депозитный счет;
  • если должник, залогодержатель и банк имеют соглашение о том, что банк будет следовать инструкциям, исходящим от залогодержателя, по распоряжению средствами, находящимися на депозитном счете, без согласия должника;
  • если залогодержатель становится клиентом банка по данному депозитному счету.

Следовательно, за рубежом вопросы обеспечения прав залогодержателя с использованием денежных средств реализуются как через непосредственный залог денег, так и через контроль залогодержателя за частью средств залогодателя18.

Что касается страхования исполнения обязательств по инфраструктурным облигациям, то оно обозначено как средство обеспечения обязательств многими законодательными актами, несмотря на то, что страхование не является поименованным ГК РФ способом обеспечения обязательства. В частности, страхование предусматривает Федеральный закон "Об ипотечных ценных бумагах"19, вышеупомянутый Федеральный закон № 94-ФЗ. Страхование законодательно относят к финансовому обеспечению также ст. 4.1 Федерального закона от 24 ноября 1996 г. № 132-ФЗ "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации", ст. 56 Федерального закона от 21 ноября 1995 г. № 170-ФЗ "Об использовании атомной энергии", что означает признание фактического выполнения обеспечительной функции страхования. При этом следует учитывать, что понятие "обеспечение исполнения обязательств" является несколько условным, поскольку реально происходит не столько собственно обеспечение исполнения лицом своих обязательств, сколько создание механизмов финансовой защиты интересов лица на случай неисполнения обязательств иным лицом20. Применение страхования ответственности эмитента инфраструктурных облигаций также требует внесения изменений в действующее законодательство.

В любом случае сочетание механизмов залога (в том числе залога денег) и страхования как обеспечительных инструментов может стать надежным способом защиты имущественных интересов инвесторов облигаций.

Выводы

Устойчивое и эффективное функционирование инфраструктуры — необходимое условие высоких темпов экономического роста, обеспечения целостности, национальной безопасности и обороноспособности страны, повышения качества жизни населения, рациональной интеграции Российской Федерации в мировую экономику. Строительство и модернизация инфраструктурных проектов в настоящее время нуждается в объединении государственного и частного капитала, и одним из вариантов этого является размещение инфраструктурных облигаций концессионером.

Российское законодательство не свободно от отдельных и весьма существенных запретов и пробелов, препятствующих в настоящее время широкому использованию института инфраструктурных облигаций, апробированного мировой практикой и демонстрирующего один из лучших механизмов государственно-частного партнерства. Вместе с тем инфраструктурные облигации имеют право на существование при текущем правовом регулировании и окажутся весьма востребованными при доработке отечественного законодательства, несколько отстающего от нужд экономики, ориентированной на развитие инфраструктуры. В этой связи представляется необходимым разработать концепцию изменений российского законодательства, базируясь на опыте сделок секьюритизации ипотечных активов и зарубежных юрисдикциях. Поскольку инфраструктурные облигации представляют собой вид секьюритизации, особо важным видится доработка широко обсуждаемого в настоящее время законопроект о секьюритизации без введения отдельного термина "инфраструктурные облигации" и самостоятельного специального закона. При этом отдельные конструкции и подходы зарубежного права относительно способов обеспечения исполнения обязательств по облигациям, в частности залог имущественных прав и (или) денежных средств на депозите, уступка имущественных прав, страхование страхование могут быть заимствованы.



  • Рейтинг
  • 7
Оставить комментарий
Добавить комментарий анонимно, введите имя:

Введите код с картинки:
Добавить комментарий как авторизованный посетитель: Войти в систему


  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100