Casual
РЦБ.RU
  • Автор
  • Шеметов Андрей, Заместитель Председателя Правления ОАО Московская Биржа

  • Все статьи автора

Менять свои подходы к работе придется многим специалистам

Июнь 2013

Заместитель Председателя Правления ОАО Московская Биржа Андрей Шеметов рассказал журналу «Депозитариум» о том, над чем Биржа работает сегодня и какие проекты планирует запустить до конца года.

— Андрей Викторович, можно ли говорить, что проект слияния двух бирж полностью завершен и Московская Биржа стала единым организмом? Остались ли «швы»?

— Слияние полностью завершено, причем завершено успешно. Основное было сделано еще при Рубене Аганбегяне. Сейчас никаких «швов» не осталось, идет уже тонкая настройка созданного механизма. На Бирже работает единая команда. Это, разумеется, не означает полного единомыслия — у нас, как и в любой компании, есть люди с разными взглядами, мнениями. Если разница в подходах не идет во вред производственному процессу, то почему бы и нет.

— Какие проекты 2012 г. Вы считаете ключевыми?

— Их несколько. И все стоят в одном ряду по степени значимости. Для фондового рынка один из основных проектов — введение режима Т+2. Для Группы «Московская Биржа» в целом очень важен проект РЕПО с центральным контрагентом. Это, наверное, ключевой совместный проект Биржи и НРД как центрального депозитария.

Другие важные проекты — запуск репозитария, клиринг ОТС-деривативов, реформа листинга. Вот основные стратегические направления на текущий год.

Все проекты масштабные, требуют много времени на внедрение, реализация некоторых из них займет больше года. Практически каждый из названных проектов полностью меняет тот привычный бизнес-уклад, который существует сейчас. Менять свои подходы к работе придется также и многим специалистам.

— Что будет происходить на рынке РЕПО?

— Он будет становиться более надежным и более ликвидным, поскольку Биржа работает сейчас над проектом рынка РЕПО с центральным контрагентом.

Сделки РЕПО с центральным контрагентом, как известно, имеют ряд серьезных преимуществ. Участники могут торговать анонимно, не устанавливая множество лимитов на различных контрагентов (лимит лишь один — на центрального контрагента); они могут видеть рыночные ставки в режиме реального времени; количество денег и ценных бумаг для расчетов в результате неттинга обязательств по всем сделкам минимизируется (тем самым снижается нагрузка на капитал участника рынка). Работает система единого риск-менеджмента. Центральный контрагент исполняет обязательства перед всеми добросовестными участниками (центральным контрагентом является ЗАО АКБ «Национальный Клиринговый Центр»). И так далее. В общем, плюсов много. Но чтобы их получить, проект надо реализовать.

Первая часть этой большой и сложной работы должна быть закончена до конца года: планируется объ­единить системы НРД и Московской Биржи, чтобы предоставить участникам доступ к системам управления обеспечением НРД через терминал Биржи. Надеюсь, что до конца года это произойдет.

Потом возьмемся за вторую часть — РЕПО с пулом бумаг. Проект сложный, в нем много подводных камней. Тем не менее сейчас мы идем синхронно с НРД, и, по моему мнению, все должно быть сделано в срок. Стратегия проекта уже проработана, приступаем к постановке задач.

— Что происходит на фондовой площадке Московской Биржи?

— Как известно, доступ к нашей площадке недавно получили Euroclear и Clearstream. В результате на текущий момент обороты на рынке облигаций выросли практически в 2 раза. Это существенно. Лично я не ожидал такого эффекта, поэтому результатами был приятно удивлен. Конечно, часть бумаг торгуется вне Биржи, но пока это незначительная часть. Если будет соблюдаться существующая пропорция торгуемых биржевых и небиржевых активов (сейчас это приблизительно 80 на 20), то такой результат можно считать большим успехом и НРД, и Биржи, и Группы в целом. Спрос на рынке акций сейчас гораздо меньше, хотя и там есть первые успехи.

— О каких успехах идет речь?

— На нашу площадку начали выходить иностранные эмитенты. Это большой прорыв. Сейчас мы организуем для глобальных банков допуск на российский рынок акций из Лондона. Надеюсь, ряд банков откроет на нас DMA уже до конца год. Это тоже будет прорывом.

Тем не менее в целом спрос на российские акции сейчас, повторюсь, незначителен. Картина не внушает оптимизма, но ведь это глобальное состояние. Отдельная биржа не может влиять на кондиции глобального рынка. Мы можем предоставить дополнительные сервисы, но не организовать спрос. Можем конкурировать с Лондоном за качество, но не можем делать обороты.

Однако любой рынок цикличен, так что, думаю, мы еще увидим большой спрос и на рынке российских акций.

Зато на других биржевых сегментах дела идут неплохо. О рынке бондов и рынке РЕПО мы уже говорили. На валютном рынке тоже наблюдается существенный прогресс. Помимо банков, там сейчас работает 30 брокеров, 5,5 тыс. физических лиц.

Мы начали расчет и публикацию индикативных значений фиксинга на рубль, рассчитываемых на основании биржевых валютных сделок. Новый индикатор будет использоваться в производных финансовых инструментах на валюту, он удобен для закрытия риска базового актива. В дальнейшем (в рамках совместного проекта с электронной брокерской системой EBS ICAP) планируется рассчитывать данные международного фиксинга рубля. По идее, это тоже должно повысить привлекательность наших биржевых валютных торгов.

Чтобы не стоять на месте, мы ищем дополнительные инструменты, которые у нас еще не торгуются. Так, недавно начал торги первый в России иностранный биржевой фонд — Exchange Traded Fund (ETF). Объ­емы пока невелики. Но дорожка проторена, это главное. Сейчас такой инструмент хотят запускать и другие компании. Индустрия потенциально большая, и мы будем ее развивать.

— Биржа присматривалась к ETF уже достаточно давно. Как получилось, что первый такой инструмент стал иностранным? Как Вы это расцениваете?

— Грустно, что это иностранный ETF. Но мы рады тому, что все-таки двигаемся, делаем дополнительные шаги. Появление нового инструмента в любом случае не бывает случайным — за ним всегда стоит большая работа коллектива.

Чтобы появились российские ETF, чтобы их запускали крупные российские брокеры, нужны соответствующие изменения в законодательстве. И такая работа ведется.

Сейчас идет отток инвесторов из ПИФов, и это не радует. С точки зрения качества регулирования паевой инвестиционный фонд — один из самых защищенных для физических лиц инструментов. Надеюсь, что со временем эта индустрия станет еще более прозрачной, что в ней появятся системы рейтингования. И к тому же рыночный тренд сменится. Вот тогда люди снова станут искать в ПИФах альтернативы депозитам. Конечно, ПИФы — это весьма пассивные инструменты, а ETF — более рискованные. Но в целом, имея возможность инвестировать в оба эти инструмента, можно диверсифицировать свои риски, выбирая различные базовые активы. Вкладываясь в ETF, можно выбрать достаточно экзотический базовый актив — скажем, золото или недвижимость в Лондоне.

— Можно ли считать Московскую Биржу структурой, которая ориентирована на пользователя? Существует ли у Вас консенсус с брокерским сообществом?

— Московская Биржа, конечно же, ориентирована на пользователя. Мы ведем постоянную работу по совершенствованию клиентского сервиса. Для нас принципиально важно работать вместе с пользователем. Консенсус с брокерским сообществом у нас достигнут, но есть и определенные разногласия, некоторые позиции мы видим по-разному. Но это нормально — все-таки у нас различные рабочие функции. Главное то, что мы стараемся услышать брокерское сообщество в любых ситуациях и делать для них качественный сервис, ведь брокеры — наши основные клиенты. Их важность для нас просто невозможно переоценить. Мы стремимся выработать совместные решения и на комитетах пользователей, и при личных встречах.

— Какова тактика Биржи в отношении алготрейдеров?

— На текущий момент те меры, которые приняты, уже работают. Дальнейших шагов по ограничению работы алготрейдеров мы не планируем.

— Как продвигается работа над проектом Т+2? Каковы стадии его внедрения? Как идет реформа листинга?

— Внедрение режима Т+2 развивается очень успешно. На первом этапе к торгам в новом режиме были допущены 15 акций и 34 облигации федерального займа. С 8 июля количество акций, обращающихся в режиме Т+2, увеличится до 25. Также 8 июля будет введена в эксплуатацию новая версия системы торгов (с едиными денежными и бумажными счетами на рынках Т0 и Т+2, с новым режимом сделок без коротких продаж и необеспеченных покупок).

В сентябре режим Т0 мы намерены отключить. Но уже сейчас практически все крупные брокеры торгуют в режиме Т+2, многие к тому же предоставляют на него и клиентский доступ. Поэтому в оценке этого проекта Биржа исключительно оптимистична.

Реформа листинга находится в состоянии согласования с ФСФР. Мы надеемся, что в уже в этом году новые документы вступят в силу. К сожалению, точные сроки здесь трудно назвать, потому что они определяются не нами, а регулятором.

— Как Вы оцениваете текущее состояние биржевой инфраструктуры?

— Главным итогом объединения бирж мне представляется создание центрального депозитария. После того как российский рынок наконец получил центральный депозитарий, выяснилось, что и эмитент заинтересован выходить на наш локальный рынок, и клиенты готовы покупать на нем. Собственное размещение Биржи также показало, что локальная природа российских бумаг не является ограничителем спроса инвесторов. Так что инфраструктура, безусловно, сделала гигантский шаг вперед. Мы здесь очень успешны.

На базе объединения бирж центральный депозитарий был создан очень быстро. Выражусь категорично: создание центрального депозитария — это мега­достижение всей страны, как бы пафосно это ни звучало.

Мы видим, что появление российского центрального депозитария послужило определенным триггером важных для нас процессов. Теперь у глобальных банков появилась заинтересованность давать DMA-доступ на отечественный рынок. Т+2 и центральный депозитарий — два фактора, которые возвращают нас в конкурентную среду. Без них мы являлись неким неуловимым ковбоем Джо, которого никто не может поймать.

Реализация названных проектов выводит Московскую Биржу на новый уровень. Тут, пожалуй, следует упомянуть о запуске репозитария. Проект нашумевший, необходимый, реализуемый в конкуренции с НП РТС. Конкуренция — это вообще замечательно. Мы считаем, что наш репозитарий будет более качественным, чем любой другой. Стремимся делать его грамотно, чтобы он был максимально удобным для клиента.

Однако далеко не все наши иностранные коллеги в курсе произошедших на российском рынке глобальных достижений. Многие до сих пор не осознали, что мы не передаем ценные бумаги физически, не гоняем курьеров с бланками поручений, что наш рынок перешел на новую ступень технологического развития.

Мы много ездили с презентациями нашей обновленной инфраструктуры, в том числе с Эдди Астаниным, Председателем Правления НРД. Но нужно продолжать делать серьезный промоушен нашему центральному депозитарию и в России, и в Америке, и на других важных рынках.

— По мере реализации своих планов Биржа сможет конкурировать с Лондоном с более сильных позиций?

— В конкуренции с Лондоном мы находимся все время, но иногда проигрываем. Однако за последние месяцы отыграли порядка 2%, сейчас соотношение объемов торгов у нас и на Лондонской бирже составляет приблизительно 60 на 40. Это отчасти связано с тем, что институциональные инвесторы в Лондоне снизили свою активность.

При этом вопрос следует ставить несколько иначе, вне привязки конкретно к лондонской площадке. Мы продолжаем конкурировать за рынок российских эмитентов в целом — и с внебиржевым рынком, и с Нью-Йорком и т. д.

Самая главная задача на данный момент — закончить в намеченные сроки те проекты, о которых мы говорили: внедрить Т+2, запустить РЕПО Банка России с корзиной ценных бумаг, провести реформу листинга. Чтобы все инструменты торговались в России, чтобы была ликвидность, чтобы клиентам было удобно торговать, исполнять сделки в «стакане» — за все это мы и боремся.

— В завершение пара неформальных вопросов. Говорят, Вы увлекаетесь парашютным спортом?

— Спортом как таковым я занимаюсь много лет. С парашютом начал прыгать лет с 24. Сначала было просто интересно, нравился сопутствующий этому выброс адреналина. Теперь занимаюсь этим видом спорта постоянно. В нем несколько дисциплин: групповая акробатика, артистические дисциплины — фристайл, фрифлай. В групповой акробатике основная задача — набрать как можно больше фигур. Фигуры составляет фиксированное количество участников (4 человека) за фиксированный отрезок времени (30 секунд). Артистические виды больше всего напоминают фигурное катание, только у парашютиста возможностей несравнимо больше. В принципе почти нет ограничений по перемещению: можно перемещаться в любых плоскостях, на животе, на спине, сидя, вверх-вниз. Как угодно. Оценки тоже выставляют как в фигурном катании: за технику, артистизм, сложность.

Серьезно заниматься можно лишь чем-то одним: либо групповой акробатикой, либо чем-то артистическим. Уровень требований очень высокий, так что существует специализация. Я лет 5 прыгал по разряду групповой акробатики, где наша команда занимала 2—3-е места на национальных соревнованиях. Потом ушел во фри­флай, дважды был чемпионом России. В чемпионате России принимает участие порядка 13—15 команд. Людей там не так много.

— А в мировых соревнованиях можете участвовать?

— Парашют для меня теперь в принципе закончился — началась Биржа. Спорт вещь такая: занимаешься им либо профессионально, либо как любитель. Быть любителем мне неинтересно. А поскольку на Бирже я сейчас нахожусь по 12—14 часов, то профессиональные спортивные достижения пришлось оставить.



  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100