Casual
РЦБ.RU

«Вэбовки»

Апрель 2011

Судя по условиям выпуска «вэбовок», эмитент изначально не рассчитывал, что сложится сколько-нибудь серьезный рынок ОВГВЗ и тем более что он станет одним из основных сегментов рынка ценных бумаг России. Вероятно, исходили из советского опыта выпусков облигаций, когда о рынке ценных бумаг речь не шла в принципе.

Становление рынка

Поначалу рынок складывался очень вяло. Большинство владельцев ОВГВЗ не знали, что делать с облигациями. Разум подсказывал, что продать их можно лишь очень дешево. При этом сохранялась надежда получить 100% номинала в будущем. Самой распространенной стала схема передачи «вэбовок» в доверительное управление. Характерно, что в дальнейшем больше всего неприятностей у первоначальных владельцев облигаций возникало по причине невозврата ценных бумаг из доверительного управления.

Постепенно крупные пакеты ОВГВЗ стали собирать ведущие российские банки. Интерес к этим бумагам начиная с 1994 г. появился и у иностранцев, которым было разрешено приобретение ОВГВЗ за рубли. Наличие объемных пакетов ценных бумаг у профессионалов стимулировало развитие торговли этими инструментами. Рынок «вэбовок» складывался как неорганизованный, внебиржевой. Вместе с тем крупные участники нуждались в определенных правилах функционирования рынка. Появилась потребность в едином центре расчетов по ОВГВЗ, оказывающем одновременно услуги по хранению сертификатов «вэбовок», участвующих в расчетах. Таким центром, по существу, стал Внешторгбанк.

Уже на начальном этапе выпуска «вэбовок» функции по их обслуживанию были четко распределены между Внешэкономбанком и Внешторгбанком. ВЭБ занимался первичной выдачей ОВГВЗ и выполнял функции генерального платежного агента Минфина России по выплате доходов, причитающихся владельцам этих облигаций, а ВТБ стал основным хранителем «вэбовок», поступивших на вторичный рынок и учитываемых у него на счетах ответственного хранения, центром расчетов по результатам торговли ОВГВЗ на внебиржевом рынке. Внешэкономбанк помог ВТБ приобрести соответствующий статус, направляя первичных владельцев облигаций на обслуживание во Внешторгбанк.

Внешторгбанк внес существенный вклад в развитие рынка ОВГВЗ. Еще на заре формирования рынка ВТБ собрал своих ведущих контрагентов по сделкам с ОВГВЗ и предложил порядок, при котором, в частности, стандартный лот в торговых сделках с «вэбовками» был определен в 2 млн долл. США, а срок для расчетов по этим облигациям — Т + 7. Эти условия были одобрены основными участниками рынка. Процесс пошел живее.

Рынок начал быстро развиваться в 1995—1996 гг. Сильным катализатором его развития стало погашение Минфином России 1-го транша ОВГВЗ в 1994 г. и 2-го транша в 1996 г. Зенита своего развития рынок достиг в 1997 — начале 1998 г. Рынок к этому времени в значительной мере утратил свою «экзотичность», стал относительно стабильным. Быстро росло число операторов. Участники приобрели опыт работы с ОВГВЗ, привыкли к условиям рынка. Всех в основном устраивал уровень ликвидности рынка, доходность по операциям с ОВГВЗ.

В 1997 г. во Внешторгбанке был создан депозитарий. Общий объем «вэбовок», учитываемых на счетах депо в ВТБ, достиг 10,3 млрд долл. США, что составляло примерно 80% от общего объема эмиссии. Таким образом, Внешторгбанк становится основным хранителем ОВГВЗ. Количество депозитарных расчетов по «вэбовкам» в форме «поставка/получение против платежа» (DVP) и «поставка/получение, свободные от платежа» (DFP) составляло в периоды максимальной активности рынка 1300 в день. Среднемесячный оборот по номиналу ОВГВЗ вышел на уровень 40—45 млрд долл. США. В конце 1997 — начале 1998 г. рынок ОВГВЗ становится стабильным. К этому времени участники приобрели опыт и привыкли к условиям функционирования рынка.

Проблемы арестов ОВГВЗ

Однако документарная предъявительская форма выпуска, значительный номинал ОВГВЗ — все это привлекало к «вэбовкам» не только добросовестных инвесторов, но и различных мошенников. Кражи ценных бумаг, различные виды мошенничества, в том числе при совершении операций доверительного управления ОВГВЗ, были далеко не единичными. Поэтому практически с начала функционирования рынка ОВГВЗ инвесторы столкнулись с проблемой арестов облигаций. Причем из-за несовершенства законодательства под удар попадали добросовестные приобретатели, на счетах которых блокировались ценные бумаги.

Аресты или иные ограничительные решения и запреты по «вэбовкам» налагались органами предварительного следствия, судами общей юрисдикции, арбитражными судами и судебными приставами-исполнителями. За период с 1994 по 2003 г. уполномоченными органами было принято около 40 решений в отношении ОВГВЗ на сумму более 120 млн долл. США по номиналу.

Усложняло ситуацию несовершенство законодательства в сфере как гражданского, так и уголовного процессов. У правоохранительных органов и в судах отсутствовала практика по делам, связанным с обращением ценных бумаг.

С 1994 по 1997 г. решения о наложении ареста или запреты производить платежи в основном принимались органами предварительного следствия по находящимся в их производстве уголовным делам в целях обеспечения гражданских исков или конфискации имущества. При вынесении решений следственные органы не учитывали тот факт, что облигации имеют свободное хождение на рынке ценных бумаг, и не устанавливали, кто являлся держателем облигаций на момент ареста. В результате основная часть арестованных «вэбовок» находилась у добросовестных держателей, в том числе на их счетах депо во Внешторгбанке. Обращения держателей в соответствующие органы с просьбой пересмотреть принятые решения результатов не давали, на рынке назревал серьезный конфликт.

Ситуация негативно отражалась на репутации России как заемщика. ФКЦБ России, Минфин России и Банк России обратились в Генеральную прокуратуру, Министерство внутренних дел и Министерство юстиции с предложением урегулировать вопрос наложения ареста на предъявительские ценные бумаги в случаях, когда есть основания полагать, что владелец является добросовестным приобретателем. В ноябре 1996 г. Генеральным прокурором было подписано Указание «Об упорядочении практики наложения ареста на облигации государственного внутреннего валютного займа». Однако, несмотря на данное указание, практика ареста органами предварительного следствия ОВГВЗ у добросовестных приобретателей возобновилась. Так, в мае 1997 г. единовременно УВД Самары с санкции прокурора Самарской области был наложен арест на облигации номинальной стоимостью более 10 млн долл. США.

Подобные факты арестов ОВГВЗ и, как следствие, блокирование на счетах депо или изъятие ценных бумаг у владельцев подрывали доверие участников рынка к «вэбовкам».

Только обращение в июне 1997 г. ФКЦБ России, Минфина России и Банка России по данной проблеме в Правительство Российской Федерации, Верховный суд Российской Федерации и Высший арбитражный суд Российской Федерации с просьбой дать разъяснения по порядку и основаниям ареста предъявительских ценных бумаг и внести необходимые изменения в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации позволило частично решить проблему арестов. В октябре 1997 г. Генеральным прокурором было подписано Указание № 63/36 «Об изъятии и наложении ареста на облигации внутреннего государственного валютного займа при проведении предварительного расследования по уголовным делам». Этот документ предлагал следственным органам учитывать предъ­явительский характер ОВГВЗ, при решении вопроса о наложении ареста на «вэбовки» исходить из того, что данная мера может быть применена с санкции прокурора только в том случае, если они являются собственностью обвиняемого, подозреваемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия. В соответствии с этим документом ценные бумаги на предъявителя, похищенные из собственности физических или юридических лиц и перешедшие в незаконное владение и распоряжение преступника, относятся к числу вещественных доказательств, не могут служить средством обеспечения исков и не подлежат аресту в порядке ст. 175 УПК РСФСР.

Проведенная Генеральной прокуратурой разъяснительная работа позволила отменить необоснованно принятые решения. Арест с облигаций, наложенный в мае 1997 г. УВД Самары, был снят в июле того же года. Тем не менее аресты ОВГВЗ продолжались.

В 2001—2003 гг. судами общей юрисдикции в рамках гл. 33 ГПК РСФСР от 11.06.1964 (в последующем гл. 34 ГПК РФ от 14.11.2002) выносились определения с предписаниями эмитенту облигаций (Минфину России) и платежному агенту (Внешэкономбанку) не производить платежи или выдачи по ценным бумагам. По состоянию на 14 мая 2003 г. доля арестованных на основании таких решений ОВГВЗ составила около 63% от общего объема арестованных «вэбовок». Всего за 1994—2003 гг. общегражданскими судами в рамках процедуры вызывного производства было принято 11 запретов на совершение платежей по ОВГВЗ на общую сумму около 30 млн долл. США по номиналу.

Процедура вызывного производства предусматривает несколько этапов:

1) лицо, утратившее документ на предъявителя, подает в суд заявление о признании утраченного документа недействительным;

2) судья выносит определение о запрещении производить по утраченному документу платежи и обязывает опубликовать сведения о нем в печатном издании;

3) держатель документа направляет в суд заявление о своих правах на него;

4) суд принимает решение: или оставляет заявление лица, утратившего документ, без рассмотрения, или признает утраченный документ недействительным.

Заявителями, как правило, являлись организации и предприятия, добровольно передавшие ценные бумаги в российские коммерческие банки или иные организации в доверительное управление или на хранение на основании соответствующих договоров. В результате мошеннических действий или банкротства банков организации лишались возможностей возврата причитавшихся им облигаций. При этом требования бывших владельцев по возврату конкретных номеров ОВГВЗ, переданных по договору доверительного управления, по сути, являлись некорректными, поскольку доверитель мог претендовать только на возврат облигаций на определенную сумму по номиналу без привязки к конкретному номеру сертификата облигации и предъявлять требования по возврату облигаций непосредственно к организации, с которой был заключен договор.

Однако бывшие владельцы, пытаясь любыми способами вернуть принадлежавшие им облигации, обращались в суды общей юрисдикции в рамках вызывного производства. Приостановление платежей по значительным по объемам пакетам облигаций серьезно беспокоило участников рынка. В то же время это не решало проблем и бывших владельцев по возврату утраченных облигаций. Из-за высокой оборотоспособности, попав на вторичный рынок, ОВГВЗ неоднократно меняли своих владельцев и на момент приостановления операций, как правило, находились у добросовестных приобретателей.

Аналогичным образом складывалась ситуация в рамках арбитражных процессов. Суды выносили решения об аресте ОВГВЗ, принадлежавших когда-то истцу (или должнику), не учитывая их свободного обращения на рынке ценных бумаг. В результате ущемлялись права добросовестных приобретателей бумаг.

Рынок «вэбовок» середины 1990-х:развитие в зените

Несмотря на значительный потенциал рынка ОВГВЗ, возможности его более эффективного функционирования были ограничены спецификой учета облигаций на счетах депо в обслуживающих депозитариях с указанием номеров облигаций. Торговля ОВГВЗ производилась по сумме номинала соответствующего транша вне зависимости от номеров облигаций, однако на счета депо зачислялись конкретные номера облигаций. Учет по номерам являлся сложным и дорогостоящим. Кроме того, поскольку ОВГВЗ выпущены в нескольких номиналах, проведение расчетов по ним в привязке к номерам облигаций создавало трудности для операторов рынка, вынуждая во многих случаях для совершения сделки проводить размен облигаций при недостатке на счете облигаций нужного номинала.

С целью дальнейшего развития рынка Внешэкономбанком были переданы на рассмотрение в Министерство финансов Российской Федерации предложения по организации депозитарного учета ОВГВЗ открытым способом, т. е. без указания в учете номеров сертификатов облигаций, что обеспечило бы возможность вывода данного финансового инструмента на биржевой рынок.

Открытый способ учета ОВГВЗ предполагал ведение депозитарного учета указанных ценных бумаг в штуках и по сумме номинала в разбивке по траншам (сериям) без указания номеров сертификатов и номинальной стоимости каждой облигации. Номера сертификатов ОВГВЗ фиксировались бы в разовом порядке при приеме «вэбовок» на депозитарное обслуживание и снятии с обслуживания с одновременным приемом/выдачей из хранилища Внешэкономбанка.

Предложения по внедрению открытого способа учета ОВГВЗ получили поддержку Минфина России, Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг РФ и одобрение Банка России. Однако все участники обсуждения данного вопроса отметили, что основным препятствием перехода к открытому способу учета ОВГВЗ является проблема арестов облигаций. К сожалению, эта проблема так и не была полностью решена в течение всего периода функционирования рынка «вэбовок».

Одновременно с предложениями о переходе на безномерной учет неоднократно предпринимались попытки вывода торговли ОВГВЗ на биржевую площадку (ММВБ). Но эти попытки не имели успеха, потому что вывод облигаций на биржу не мог быть осуществлен без перехода депозитариев на безномерной учет облигаций. Условия выпуска ОВГВЗ изначально сделали «вэбовку» внебиржевым товаром.

К 1996 г. свыше половины «вэбовок», находившихся в обращении, оказались в портфелях иностранных инвесторов, проявлявших большой интерес к российскому рынку ценных бумаг. Начиная с 1996 г. Bank of New York стал осуществлять совместно с Salomon Brothers программу выпуска американских депозитарных расписок, обеспеченных «вэбовками». В 1997 г. сумма по номиналу облигаций, участвующих в этой программе, достигла 1 млрд долл. США. С 1998 г. ОВГВЗ начал обслуживать международный расчетно-клиринговый центр Euroclear Bank. В течение чуть более полугода Euroclear Bank аккумулировал на своем счете депо во Внешторгбанке ОВГВЗ на общую сумму по номиналу 1,5 млрд долл. США. Рынок «вэбовок» стал вторым по величине иностранных инвестиций после рынка ГКО.

Август 1998 г. нанес серьезный урон и этому сегменту рынка ценных бумаг. Так, количество ежедневных расчетов по ОВГВЗ сократилось в 2000 г. в десятки раз — до 40—50, вероятность дефолта заставила нерезидентов уйти с рынка «вэбовок».

Особенностью кризиса 1998 г. являлось то, что в мировой истории еще не было случая, когда государство объявляет дефолт по внутреннему долгу, номинированному в национальной валюте. В России был объявлен дефолт по внутреннему долгу. Государство отказалось от выполнения своих платежных обязательств по государственным краткосрочным облигациям (ГКО), доходность по которым непосредственно перед кризисом достигала 140% годовых. Обычной практикой в других странах являлось то, что государство начинало печатать деньги и путем обесценивания национальной валюты производило погашение долга. Однако у нас этого не произошло.

Новация ОВГВЗ III серии

Финансовый кризис 1998 г. сказался и на состоянии долга по ОВГВЗ. Правительство Российской Федерации не смогло 14 мая 1999 г. погасить облигации III серии на сумму 1,3 млрд долл. США по номиналу. Минфином России ввиду отсутствия соответствующих средств в бюджете было предложено всем держателям ОВГВЗ III серии согласиться на реструктуризацию этого долга. Одновременно Россия вела переговоры с Лондонским клубом кредиторов по списанию части и реструктуризации оставшихся долгов бывшего СССР. При этом Минфин России перевел средства на оплату купонов 1999 г. по всем траншам ОВГВЗ, включая облигации III серии. 14 мая 1999 г. Внешэкономбанк произвел выплаты купонного дохода на сумму свыше 300 млн долл. США, но на оплату основного долга по ОВГВЗ III серии денежных средств не было.

Внешэкономбанк направил держателям, предъ­явившим ценные бумаги в ВЭБ к погашению, обращение Минфина России о предстоящей реструктуризации основного долга по ОВГВЗ III серии и предложил оставить облигации на бесплатном хранении до 14 ноября 1999 г. В результате на хранении во Внешэкономбанке оказались облигации, принадлежащие почти 400 клиентам. Характерно, что уже в начале 1999 г. владельцы крупных пакетов ОВГВЗ адекватно оценили содержание принятого бюджета на 1999 г. и не ожидали погашения ОВГВЗ III серии. Это можно было наблюдать по котировкам облигаций III серии, которые снизились в конце зимы — начале весны 1999 г. до 6—7% от суммы номинальной стоимости. К сожалению, многие физические лица, невзирая на высокий риск неплатежа, приобрели облигации именно в этот период. Расчет был на то, что государство пойдет на дифференцированный подход по отношению к различным категориям инвесторов, как это было с ГКО, и выплатит если не 100%, то по крайней мере 30% физическим лицам. Однако при этом не учитывалась предъявительская форма выпуска ОВГВЗ, допускающая свободное перемещение ОВГВЗ от одного владельца к другому.

В отличие от именных бездокументарных ценных бумаг или документарных ценных бумаг с обязательным централизованным хранением, сбор реестра реальных владельцев предъявительских ценных бумаг не предусмотрен. Право владения такой ценной бумагой передается одновременно с передачей ее сертификата. Поэтому любое лицо, предъявившее ОВГВЗ физически к оплате купона или к погашению, будет рассматриваться как владелец этих ценных бумаг. Особенность выпуска ОВГВЗ не позволяла провести по ним реструктуризацию задолженности по схеме ГКО. Кроме того, первоначально ОВГВЗ выдавались только юридическим лицам, поэтому каких-либо специ­фических обязательств перед физическими лицами, которые приобрели ОВГВЗ III серии добровольно на рынке, у государства не было. Это объясняет принцип равенства в правах всех владельцев ОВГВЗ III серии, которым руководствовался Минфин России при проведении реструктуризации основного долга по этим ценным бумагам.

В итоге было принято Постановление Правительства РФ от 29.11.1999 № 1306 «О новации облигаций внутреннего государственного валютного займа III серии», которое открывало возможности каждому владельцу ОВГВЗ III серии сохранить за собой право на получение дохода по принадлежащим ему облигациям. Генеральным агентом по новации ОВГВЗ III серии и уполномоченным депозитарием по выпускаемым для проведения новации облигациям государственного валютного займа (ОГВЗ) 1999 г. был назначен Внеш­экономбанк.

Внешэкономбанком совместно с Минфином России и по согласованию с Банком России были подготовлены документы, регламентирующие порядок проведения новации: Положение об обмене облигаций внутреннего государственного валютного облигационного займа III серии на облигации государственного валютного облигационного займа 1999 г. и/или облигации федерального займа с фиксированным купонным доходом и Положение о техническом порядке обмена облигаций внутреннего государственного валютного облигационного займа III серии на облигации государственного валютного облигационного займа 1999 г. и/или облигации федерального займа с фиксированным купонным доходом, утвержденные Приказами Министерства финансов Российской Федерации от 28.01.2000 № 12н и № 13н соответственно.

В этих документах было определено, что ОВГВЗ III серии по желанию их владельцев могут конвертироваться в следующие новые обязательства:

• облигации государственного валютного займа (ОГВЗ) 1999 г. со сроками погашения основной суммы долга двумя равными платежами: 50% суммы основного долга — 14 ноября 2006 г., оставшиеся 50% суммы основного долга — 14 ноября 2007 г.; со ставкой купонного дохода 3% годовых, начислением и выплатой процентов каждые полгода;

• облигации федерального займа с фиксированным купонным доходом (ОФЗ-ФК) со сроком погашения 14 ноября 2003 г., начислением по облигациям 15% годовых в первые два купонных периода и 10% годовых в остальные купонные периоды и выплатой процентов каждые полгода.

Обмен ОВГВЗ III серии производился на ОГВЗ 1999 г. по номинальной стоимости в соотношении 1:1 и/или на ОФЗ-ФК по номинальной стоимости путем пересчета номинальной стоимости ОВГВЗ III серии по курсу 26,2 руб./долл. США. Курс рассчитан как среднее арифметическое из курсов, установленных Центральным банком Российской Федерации на первую рабочую неделю ноября 1999 г. Кроме того, было определено, что при новации держателям облигаций выплачивается накопленный купонный доход за период с 14 мая по 14 ноября 1999 г. в долларах США по ставке 3% годовых. При этом срок проведения новации не ограничивался.

Весь выпуск новых валютных облигаций был оформлен глобальным сертификатом, который передан на обслуживание во Внешэкономбанк как уполномоченный депозитарий Минфина России. Внеш­экономбанку было поручено осуществлять все операции по этим бумагам, в том числе прием заявок на новацию.

Обмен «вэбовок» III серии на новые облигации шел достаточно динамично: уже к сентябрю 2000 г. были обменены облигации на сумму 1,07 млрд долл. США, что составляло более 80% от всего объема выпущенных в обращение ОВГВЗ III серии (1,32 млрд долл. США). Во многом этому способствовала четкая организационная работа агента Минфина России по новации — Внешэкономбанка: оперативно был разработан порядок проведения операций новации, в кратчайшие сроки открывались счета депо для владельцев ОВГВЗ III серии, велась активная информационная работа среди держателей «вэбовок» о порядке обмена и оформлении соответствующих документов. Внешэкономбанк не прекратил проведения операций новации даже в основной платежный период по ОВГВЗ в мае 2000 г. Несмотря на значительный объем работы по выплате купонного дохода, новация проводилась в установленные сроки.

Новая «вэбовка» потенциально являлась более привлекательным инструментом, чем ОВГВЗ прежних выпусков. Преимущество новых ценных бумаг обеспечивалось формой выпуска — «глобальный сертификат». При этом передача прав собственности осуществлялась путем зачисления ОГВЗ 1999 г. на счета депо владельцев в депозитарии, выдача индивидуальных сертификатов ценных бумаг не предусматривалась. Таким образом, учет ОГВЗ 1999 г. производился в депозитарии открытым способом — в штуках и по сумме номинала, без указания номеров индивидуальных сертификатов. Благодаря такому порядку исключалась возможность ареста облигаций правоохранительными и судебными органами без привязки к конкретным владельцам, что обеспечивало защиту интересов добросовестных держателей ОГВЗ. Исключалась возможность утраты, кражи и подделки сертификатов.

Выплата купонного дохода производилась по ОВГЗ 1999 г. автоматически в установленные сроки на основании платежных инструкций депонентов. Явка владельцев ОГВЗ для оплаты купонов или погашения облигаций не требовалась. Кроме того, безномерной учет ОГВЗ открывал возможности торговли данными облигациями на организованном рынке, т. е. на бирже.

К сожалению, эти возможности практически не были востребованы — операторы рынка ценных бумаг восприняли ОГВЗ 1999 г. как «вэбовку» 8-го транша и проводили операции с ней хоть и очень активно, но главным образом на внебиржевом рынке. Операции с ОГВЗ 1999 г. на бирже были единичными и не оказали какого-либо существенного влияния на развитие биржевого рынка в России.

Уроки рынка «вэбовок»

Подводя итоги работы рынка «вэбовок», можно определенно сказать, что «вэбовка» стала существенным этапом становления и развития рынка ценных бумаг в России в целом, первой валютной облигацией, выпущенной Российской Федерацией в лице Министерства финансов.

ОВГВЗ отчетливо выявили все достоинства и недостатки, присущие документарной форме выпуска ценной бумаги: простоту обращения ценной бумаги, с одной стороны, и негативные последствия ее утраты, кражи, подделки и мошенничества, с другой стороны. Эти недостатки в последствии эмитенты успешно исправили, перейдя к выпуску документарных ценных бумаг в виде индивидуальных сертификатов с обязательным централизованным хранением или в форме одного глобального сертификата (например, ОГВЗ 1999 г.).

Функционирование рынка ОВГВЗ также выявило пробелы и недоработки в сферах российского уголовно-процессуального и гражданского процессуального законодательства, относящиеся к обращению ценных бумаг. К сожалению, устранение этих проблем заняло существенный промежуток времени, а принимаемые законодателем решения зачастую были половинчатыми, что не позволило рынку «вэбовок» развиваться более активно и полноценно. Однако изменения, внесенные в процессе функционирования этого сегмента рынка, позволили в дальнейшем существенно уменьшить риски необоснованного наложения арестов и запретов на обращение ОВГВЗ, находящихся у добросовестных держателей.

«Вэбовки» дали возможность развить внебиржевой рынок ценных бумаг в России, создать предпосылки и инфраструктурные возможности для последующего выхода российских инвесторов на международный рынок еврооблигаций и национальные рынки иностранных ценных бумаг.

  • Рейтинг
  • 0
Оставить комментарий
Добавить комментарий анонимно, введите имя:

Введите код с картинки:
Добавить комментарий как авторизованный посетитель: Войти в систему


  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100