Casual
РЦБ.RU

У нас было большое преимущество и большая проблема - мы начинали с нуля

Январь 2007

    В своем очерке, написанном для книги "История российского фондового рынка: депозитарии и регистраторы", Константин Корищенко рассказывает интересные вещи о своем приходе на фондовый рынок, о первых биржах, о работе в Цетробанке, но для журнальной публикации мы взяли ту его часть, где речь идет о создании депозитарной системы в России. Отрывками из очерка Константина Корищенко мы открываем блок воспоминаний тех, кто стоял у истоков российского рынка и принимал непосредственное участие в его становлении.

    Центральный депозитарий
    В середине 1990-х гг. начались серьезные проработки учетного механизма. Мы на рынке ГКО тогда точно понимали, что никакой депозитарной модели, основанной на многоуровневом номинальном держании, быть не должно. И это не было случайностью, недопониманием или ошибкой. Исходный посыл заключался в том, чтобы выявить при торговле справедливую цену на товар, максимально сконцентрировать спрос и предложение в одном месте. Для этого было принято решение ограничить всеми возможными способами торговлю вне биржи.
    Надо было централизовать и отрегулировать не только торговлю, но и денежные расчеты и депозитарный учет. Для этого была выстроена система дилеров или уполномоченных участников, каждый из которых обеспечивал все 3 эти функции (торговлю, расчеты по деньгам, расчеты по ценным бумагам). Каждый из дилеров выполнял функцию субдепозитария при едином "центральном депозитарии". Собственно, эта двухуровневая модель с центральным депозитарием и субдепозитариями, без дальнейшего углубления системы учета собственности, сыграла очень большую роль после кризиса 1998 г. Удалось решить полностью проблемы собственников, независимо от того, обанкротились их банки и брокеры или нет. Так что созданная в начале 1990-х гг. система зарекомендовала себя очень позитивно в самый трудный период. Сейчас ее, конечно, следует реформировать, допустить больше гибкости в организации торговли, и прежде всего в системе учета.
    Важной в системе учета является понятие "номинальный держатель". Я, например, считал и до сих пор считаю, что концепция номинального держателя - как минимум спорная. Эффективный рынок основан на более или менее равномерном распределении информации и ее доступности. Если некто скрывается за номинальным держанием, то номинальный держатель, во-первых, де-факто становится барьером в потоках информации, и, во-вторых, сам становится владельцем этой информации. И ограничить ему возможность воспользоваться инсайдерской информацией сложно.
    Да и острой необходимости теперь в номинальных держателях нет. Они были нужны раньше, потому что стоимость перерегистрации ценных бумаг была большой, а скорость перевода - невысокой. Проще было сконцентрировать все бумаги у одного хранителя, для того чтобы ускорить процесс и удешевить его. С развитием же Интернета и различных технологий расчета в реальном времени потребность в промежуточных уровнях хранения исчезает. Постепенно мы придем к тому, что все ценные бумаги будут храниться в одном глобальном депозитарии. Кстати, модель Национального депозитарного центра (НДЦ) на рынке госбумаг ближе всего к такой модели.
    В конце концов, видимо, будет несколько крупных хранителей, имеющих между собой корреспондентские отношения, а другие не будут ломать голову о том, как организовать хранение бумаг.
    А в середине 1990-х гг. одним из важнейших был вопрос о регулировании рынка ценных бумаг. Тогда существовали две его сферы. В сфере регулирования государственных ценных бумаг ответственными были Банк России и Минфин, а за сферу регулирования корпоративных ценных бумаг отвечал ФКЦБ. Было серьезное противоречие в этом вопросе, даже в концептуальном подходе построения депозитарного бизнеса. В частности, долго спорили о разделении функций между депозитариями. Появлялись предложения о разделении на депозитарии-хранители и депозитарии-попечители. Постоянно делались попытки разрешить эти споры административным путем.
    В ряду этих решений был и Указ Президента о создании Центрального депозитария, вышедший в 1996 г. В него следовало сдать все государственные и негосударственные бумаги.
    Уже тогда стал актуальным вопрос о создании одноуровнего депозитария. Систему, созданную в 1993 г., когда несколько десятков компаний-дилеров открывают счета в ММВБ и у себя учитывают клиентов, мы планировали с течением времени поменять на систему, когда все счета на ММВБ открываются напрямую. Так, чтобы все хранилось в едином, если хотите, центральном депозитарии. На наш взгляд, это могло бы консолидировать весь рынок.
    Такая депозитарная модель была необходима и для преодоления технических проблем. Точно так же, как в 1993-1994 гг. торговля на ММВБ велась в залах биржи, потому что технических решений организовать удаленную торговлю не было. С появлением в 1995 г. новой торговой системы с удаленными терминалами все изменилось.
    В начале октября 1995 г. произошло важное событие - была открыта первая региональная площадка по торговле ГКО и облигациями федерального займа с переменным купоном на Сибирской межбанковской валютной бирже (СМВБ).
    С нее начал создаваться межрегиональный торгово-депозитарный комплекс ММВБ, единая национальная система расчетов для торговли государственными ценными бумагами.
    Но хочу подчеркнуть: речь о создании одноуровнего депозитария шла только для рынка государственных бумаг.
    СМВБ стал первым региональным представителем и первым региональным расчетным центром на организованном рынке ценных бумаг. В дальнейшем к системе торговли ГКО/ОФЗ были подключены и другие валютные биржи. С тех пор трейдеры в региональных центрах смогли участвовать в торгах в одной торговой системе одновременно с московскими коллегами. Связь между регионами сразу стала осуществляться по спутниковому каналу, для надежности продублированному наземными каналами связи.
    Средства теперь депонировались не на ММВБ, а на региональных биржах. Все рублевые расчеты по сделкам стали проводиться региональными расчетными центрами, а перевод денег между регионами по итогам торгов осуществлялся через Банк России день в день. Депозитарное обслуживание операций по ГКО/ОФЗ осуществлялось глобальным депозитарием ММВБ, доступ к которому для региональных дилеров обеспечивали региональные биржи.
    Следует отметить, что система учета ценных бумаг и система хранения денежных средств всегда были разными. Система хранения денежных средств, как я уже сказал, с середины 1990-х гг. была распределена по регионам, а система хранения ценных бумаг продолжала оставаться централизованной. Все ценные бумаги хранились в одном месте.
    В июне 1995 г. была введена система ЦТОСД (центр технического обслуживания субдепозитариев), и все операции, проводимые субдепозитариями в режиме реального времени, стали отражаться в единой базе данных. Фактически была централизована вся база технических данных по всем клиентским счетам.

    Как нарисовали НДЦ
    Важное, хотя внешне не заметное, событие произошло в конце 1995 г. в Стокгольме. Мы ездили туда с Андреем Козловым и Николаем Егоровым знакомиться с работой Шведского центрального депозитария (VPC). У нас зашел спор на какую-то тему, в результате которого мы нарисовали на салфетке перспективную конструкцию инфраструктуры рынка ГКО. Наверху внешне простой схемы в виде звезды была торговая система, посредине клиринговая организация, от нее отходила расчетная организация и депозитарий. По этому пути мы все 10 лет и шли. Из ММВБ мы вскоре вывели расчетную часть, еще тогда включающую клиринг и депозитарную часть. Потом расчетные центры отделились, а в 1997 г. был выделен депозитарий в виде НДЦ. И только сейчас появилась самостоятельная клиринговая организация. Так нарисованная на салфетке в 1995 г. конструкция обрела реальность.
    Времени на внедрение изменений было мало, но из-за того что рынок ГКО уже тогда играл важную роль, период 1995-1996 гг. был потрачен на развитие технической инфраструктуры и на различные баталии по моделям фондового рынка (тогда появился Закон "О рынке ценных бумаг" и целый ряд связанных с ним Постановлений и других законодательных актов). Много времени отнимали известные споры между ФКЦБ и ЦБ РФ. 1996 г. к тому же был годом выборов, и тогда, конечно, тоже было не до изменения инфраструктуры - актуальнее был вопрос о доступе нерезидентов на наш фондовый рынок, о привлечении в него денег. Так, действия, связанные с изменением инфраструктуры, были отодвинуты на более поздний период.
    В то время я уже больше занимался вопросами размещения ценных бумаг и торговлей. Поэтому моя роль в становлении Национального депозитарного центра не столь важна, хотя я и был в январе 1997 г. в числе первых учредителей НДЦ.
    Вот Андрея Андреевича Козлова можно без натяжки назвать отцом депозитарного дела в России. Он всегда был сильно заинтересован в его развитии и был главным вдохновителем и двигателем этого процесса.
    Кстати, уже при открытии подразумевалось, что НДЦ будет заниматься не только государственными ценными бумагами. Круг его интересов будет более широким. И более того, он был нашим "ответом Чемберлену", потому что уже тогда позиционировался как кандидат на роль Центрального депозитария.
    Рынок корпоративных бумаг на ММВБ начался после кризиса 1998 г. с торговли облигациями. Тогда в целях продажи нерезидентам, получившим "замороженные" активы, были выпущены облигации Газпрома, ЛУКОЙЛа. Потом постепенно на ММВБ начали заниматься и торговлей акциями.
    В 2000 г. появился Интернет-трейдинг.

    Постскриптум
    Все то, что связано с учетом ценных бумаг, безусловно, очень важно и требует правильной методологической поддержки. Но то, что касается операционной работы в этой области, слишком "наворочено", там много ненужного. Все это мы унаследовали от древних механизмов еще периода наличных ценных бумаг.
    С моей точки зрения, ценные бумаги должны приближаться, по легкости их перевода, к денежным средствам. И вся депозитарная система должна резко упроститься. А причина того, что она не упрощается, в том, что чем сложнее и непонятнее система, тем большим источником дохода она является. Естественно, упрощение системы не входит в интересы крупных участников этого рынка. Еще недавно зарубежные кастодианы пугали своих западных клиентов, рассказывая о сложностях работы на российском рынке - огромных рисках, опасностях, сопровождающих поездки в Сибирь к регистраторам.
    Получается, что, кроме инвесторов и некоторых специализированных компаний, стандартизация депозитарного процесса и его упрощение не выгодны никому! Именно поэтому совершенствование инфраструктуры - это задача государства.
    И вообще все инновации в этой сфере идут очень тяжело, потому что каждый участник рынка думает: "Сегодня у меня есть моя ниша и мой кусок пирога. А вот введут какое-нибудь новшество, и неизвестно, останутся ли они у меня!" И второе его соображение: "Сегодня я делаю 50 операций в день и зарабатываю на каждом 2 руб., соответственно, 100 руб. в день, что меня устраивает. После инновации я смогу сделать 100 операций, но за счет усовершенствования они будут стоить по 1 руб. Зачем работать больше, получая столько же?" Контраргумент на это - завтра ты будешь делать не 100, а 200 операций и будешь получать 200 руб. Но психологический переход к тому, что завтра я буду продавать свою услугу дешевле, пусть в итоге получать больше денег, очень тяжело принимается.
    Так же обстоит дело и с созданием Центрального депозитария. Все говорят, что он нужен, но люди боятся, что их доход, получаемый на депозитарном бизнесе, может быть перераспределен не в их пользу! Аргумент, что не урегулирован вопрос о его принадлежности, на мой взгляд, "шумовая граната", предназначенная для отвлечения от основного мотива. Поэтому и вопрос о собственности Центрального депозитария - это вопрос о том, насколько я сумею обеспечить при том или ином владельце сохранность своей доли в бизнесе.
    Пытаясь бросить взгляд на процесс развития российского рынка ценных бумаг, охватывающий последни 15 лет, приходишь к главному выводу: все происходящие изменения были в значительной мере объективными, несмотря на всяческие субъективные действия его участников. С моей точки зрения заслуживает особого внимания то, насколько быстро все происходило. Некоторые укоряют: потрачено 10 лет, а Центральный депозитарий, так и не создан. Но давайте сравним время, потраченное на это в других странах, и станет ясно, насколько это ничтожный промежуток времени.
    Во-вторых, все, что было сделано здесь у нас, сделано сознательно и целенаправленно, даже при всех петляниях. Во всяком случае, это не история Центрального депозитария во Франции. Там первый ЦД был создан в 1940 г. представителями окупанта - Германии, для того чтобы учитывать ценные бумаги, изъятые у французов.
    Созданная в России за 10 лет полномасштабная учетная система быстро эволюционирует. При этом мы жили и живем в состоянии мощнейшей конкуренции со стороны внешнего мира (иностранных кастодианов, банков, бирж?). Поэтому вынуждены делать все быстро, иначе будем терять целые куски своего бизнеса. Именно поэтому, особенно после 2000 г., и происходит быстрая консолидация всех бизнесов: банковского, депозитарного, брокерского. И вскоре, через 3-5 лет, никто не будет вспоминать о реалиях сегодняшней жизни, в частности о болезненном процессе переговоров о Центральном депозитарии. А сейчас мы находимся уже в финальной стадии его создания. Федеральной службой по финансовым рынкам (ФСФР) найден разумный компромисс: они говорят, пускай будет 2, 3 Центральных депозитария. Ничего плохого в этом не будет, только пусть они работают по одинаковым стандартам. В процессе работы и станет ясно, эффективна ли такая система. И выбор будет делаться уже спокойно.
    Так что, несмотря на все пертурбации и кризисы, реальная инфраструктура рынка ценных бумаг и ее депозитарная часть как один из базовых элементов все-таки сформировались. Система стабильно работает и имеет серьезную перспективу. Единственное, что может быть предметом спора, - так это утверждение, что реальной возможности и дальше развивать эту структуру рыночно-демократическими методами и механизмами в наших условиях нет. У нас просто нет времени годами обсуждать различные модели, потом пробовать их и вновь возвращаться к обсуждению. Так мы все потеряем, внешний рынок не дремлет.
    Поэтому неважно, Центральный банк, ФСФР, Минфин, МЭРТ или какая-то другая государственная структура будет выступать в роли лидера или генератора процесса. Но это должна быть государственная структура! Причем вопрос, чем участвовать в этом процессе - деньгами, административными ресурсами, знаниями ли - вопрос конъюнктурный, тактический, в каждом случае решаемый по-своему.

  • Рейтинг
  • 0
Оставить комментарий
Добавить комментарий анонимно, введите имя:

Введите код с картинки:
Добавить комментарий как авторизованный посетитель: Войти в систему


  • Статьи в открытом доступе
  • Статьи доступны на платной основе
Актуальные темы    
 Сергей Хестанов
Девальвация — горькое лекарство
Оптимальный курс национальной валюты четко связан со структурой экономики и приоритетами денежно-кредитной политики. Для нынешней российской экономики наиболее логичным (и реалистичным) решением бюджетных проблем является девальвация рубля.
Александр Баранов
Управление рисками НПФов с учетом новых требований Банка России
В III кв. 2016 г. вступили в силу новые требования Банка России по организации системы управления рисками негосударственных пенсионных фондов.
Варвара Артюшенко
Вместе мы — сила
Закон синергии гласит: «Целое больше, нежели сумма отдельных частей».
Сергей Майоров
Применение blockchain для развития биржевых технологий и сервисов
Распространение технологий blockchain и распределенного реестра за первоначальные пределы рынка криптовалют — одна из наиболее дискутируемых тем в современной финансовой индустрии.
Все публикации →
  • Rambler's Top100